Чтение онлайн

А ночью Клавдию убили. И вот теперь, по прошествии суток, Соня должна узнать об этом.

Серое небо. Серая вода. Серые ветки прибрежных ив… В пасмурном свете раннего октябрьского утра все казалось одинаково мрачным. А ведь еще вчера, когда светило солнце, и небо, и вода, и лес радовали глаз различными оттенками. Соня каждый день ходила гулять к реке. Путь занимал не меньше получаса, но ее это не останавливало. Она любила гулять. И реку любила.

Но только не в такие пасмурные дни!

Софья натянула на голову капюшон, предполагая, что с минуты на минуту пойдет дождь, и отправилась в обратный путь.

Именно на реке, правда в другом месте, она познакомилась с Ромой. Это произошло три года назад.

Соня отправилась с друзьями на природу. Они разбили лагерь, развели костер, нажарили шашлыков и, попивая красное вино, пели песни под гитару. На звук их голосов Рома и вышел. Он был одет не по-походному, в костюм, а обут в элегантные ботинки.

– Я думал, сейчас уже никто не поет у костров под гитару, – были первые его слова. – Можно, посижу с вами, послушаю?

Никто не возражал. Роман просидел тогда с ними почти час. Не подпевал, только слушал, но делал это с огромным удовольствием. Все то время, что он провел в их компании, Соня не сводила с незнакомого молодого мужчины глаз. Не то чтобы тот ей очень сильно понравился, просто заинтересовал. У него было очень красивое лицо с правильными чертами, спокойное и немного печальное. Соня тогда еще подумала, что с такой внешностью нужно возглавлять какой-нибудь благотворительный фонд.

Но Роман, как потом оказалось, занимался строительным бизнесом. Имел свою фирму. В деревне, что располагалась неподалеку от реки, он собирался купить огромный участок земли и в тот день приезжал его смотреть.

У Сони неожиданно разболелся живот, и девушка решила не оставаться на ночь на природе, а уехать домой. И, поскольку Роман как раз собирался возвращаться в Москву, попросила его взять ее с собой. Всю дорогу они болтали о пустяках.

Вернее, болтала Софья, а Рома больше слушал. И улыбался. Соне в какой-то момент показалось, что он вообще ее не слушает, но стоило ей замолчать, как Роман задал вопрос по существу и попросил продолжить рассказ.

Он довез ее до самого дома. Вышел из машины, чтобы открыть перед девушкой дверцу – Рома был очень хорошо воспитан. Так хорошо, что Соня сразу поняла: его воспитывала одна мама. Оказалось, не ошиблась. Уже на следующий день, когда Роман позвонил и пригласил в театр, девушка и познакомилась с его мамой, которая воспитывала его одна.

Софья очень удивилась, когда вышла к машине и увидела, что в салоне кроме Ромы сидит еще пожилая женщина.

– Соня, познакомься, это моя мама Клавдия, – представил он даму.

– Вы уж извините, девушка, что нарушаю ваш тет-а-тет, мне крайне неудобно за это, – проговорила та без малейшего сожаления в голосе, а скорее с едва уловимой ехидцей. – Но спектакль, на который вы с моим сыном идете, я давно мечтала посмотреть, да все хворала. Сегодня же чувствую себя неплохо, вот и напросилась. Надеюсь, не сильно вам помешаю?

– Нет, что вы. Мне будет очень приятно провести с вами этот вечер, – живо откликнулась Соня.

Конечно, она врала. Но, заметив, с каким обожанием Рома смотрит на мать, сделала все, чтобы ей понравиться.

Софья не могла упустить такого парня – симпатичного, воспитанного, умного, успешного, без вредных привычек, а главное – холостого. Ей еще не доводилось знакомиться с подобными. Все мужчины, появлявшиеся в ее жизни, были либо большими дуралеями, либо пьяницами, либо женатыми. Соня не понимала, почему притягивает только таких, и немножко комплексовала по данному поводу. Но однажды подруга ей сказала: «Ты думаешь, только тебе так «везет»? Наивная! Нормальных мужиков нынче днем с огнем не сыщешь. Нам с тобой по двадцать пять, и те, кто подходит нам по возрасту, либо уже прибраны к рукам, либо на фиг никому не нужны. Есть еще она категория – закоренелые холостяки. Но не дай боже с ними связаться!»

Софья в принципе сама понимала, что припозднилась. За рубежом-то женщины и в тридцать лет чувствуют себя перспективными в плане замужества, а в России клеймо «старая дева» пугает даже двадцатитрехлетних. Даже если они давно перестали быть девами.

Ей было двадцать пять. И это уже почти приговор. Ты либо довольствуешься тем, что осталось, либо уводишь из семьи того, кто мил сердцу и, в твоем понимании, способен составить тебе достойную пару. Но даже если уведешь, призрак бывшей его жены всегда будет маячить на горизонте. Плюс алименты. И еще ребенок, с которым супруг станет периодически встречаться и с которым тебе придется учиться ладить.

В общем, масса проблем. А тут такой подарок – парень с идеальным набором качеств, к тому же ровесник. Как за такого не ухватиться?

То, что мама будет мешать отношениям, Софья поняла сразу, едва познакомившись с Клавдией. Но все же надеялась найти с ней общий язык. Наверное, потому, что обычно хорошо ладила с людьми пожилого возраста. Ее обожали старушки-соседки, престарелые уборщицы в учреждении, бабушки подруг. Соня производила на них благоприятное впечатление своей вежливостью, тихим голосом, открытой улыбкой. Они даже представить не могли, что эта милая девушка может нагрубить, рявкнуть или скорчить уничижительную гримасу. А Соня не была особо положительной. Обычная девушка, как все. Просто она лучше остальных могла держать себя в руках. Научилась этому, когда работала, еще учась в школе, с пожилыми людьми, которым помогала по хозяйству за небольшие, но так необходимые ей на мелкие расходы деньги.

С Клавдией поладить у нее не получилось. И сколько бы Рома ни внушал Соне мысль, что она нравится его маме, та не верила. Даже если бы женщина и вела себя с ней идеально (а она не вела, постоянно придиралась, подкалывала, выставляла дурой), Софья не начала бы питать иллюзий насчет ее отношения к себе. Поздние мамаши, воспитывающие мальчиков в одиночку, никогда не полюбят тех, кого их сынулька выберет. Любая, даже самая распрекрасная девушка не будет дотягивать до ненаглядного чада. Даже если оно, то чадо, объективно средней паршивости. А что уж говорить о сыне Клавдии, парне во всех отношениях замечательном.