Чтение онлайн

Времени оставалось в обрез. Стараясь не строить предположений, о чем думали встретившие её адепты, Франсуаза быстро покормила пса, причесалась, сменила платье на жакет с юбкой и поспешила в академию. Бонни радостно потрусил следом за хозяйкой. Девушка не стала одергивать его, после бессонной ночи она нуждалась в поддержке верного друга.

Кофе с круассаном, купленные по дороге, придали сил, и в академию девушка вошла почти в миролюбивом расположении духа. Воспоминания о ночных приключениях и утреннем пробуждении в управлении при свете дня казались пустяковыми, а ненавязчивая забота капитана Богарне вызывала улыбку.

Её не могли стереть ни глупые шутки профессора Ле Шовена, ни перешептывания и косые взгляды адептов, ни глупые ухмылки коллег. Судя по всему, весть о ночном практикуме уже разлетелась по учебному заведению, вызывая зависть тех, кто не присутствовал при столь неординарных событиях.

Франсуаза постоянно слышала за спиной шушуканье.

– Полисмаги весь день списки составляли...

– А тело в морг забрали...

– Совсем голая была...

– Повезло же вам, не то что нам! – воскликнул кто-то с задних рядов аудитории, прерывая профессора.

Ле Шовен нахмурился.

– Еще одна фраза, адепты, и вы лишитесь возможности практикумов вне стен академии на весь семестр! – пригрозил он. – Тишина в аудитории!

Ученики испуганно притихли.

Зная лекции наизусть, Франсуаза почти не следила за речью профессора, мыслями то и дело возвращаясь к полисмагу, пытавшемуся допросить ее утром.

Капитан Богарне знал слишком много о магии и о практикумах в академии, а значит, он сам учился в Суар де Бонне. Странно, что он решил стать стражем закона. Как правило, выпускники академии предпочитали более интересные занятия, нежели ходить на государственную службу.

Едва заслышав звонок, возвещавший об окончании лекции, Франсуаза вскочила и, игнорируя недовольство профессора, направилась в архив. Огромное помещение со сводчатыми потолками, поддерживаемыми колоннами, когда-то было храмом, при котором и возникла академия, тогда еще колледж богословия, магии и права. За прошедшие века студенты все менее охотно делали пожертвования Создателю и здание ветшало. Пока наконец его не передали в ведомство академии. Франсуаза любила бывать здесь: толстые стены поглощали весь шум извне, и в здании царила тишина.

Вот и сейчас девушка с удовольствием переступила порог некогда святого места. Хранитель Мсье л'Омбр встретил ее ворчанием.

Призрак не слишком жаловал адептов, лебезил перед преподавателями, опасался некромантов, а девушка в священных стенах старого здания заставляла его кривиться от досады.

При виде Бонни хранитель скривился еще больше. Пес нагло вывесил язык и подмигнул.

– И не сидится же вам дома, мадемуазель! – процедил он сквозь зубы. – С чем пожаловали?

– Этьен Богарне, – почти по слогам произнесла Франсуаза. – Я хочу ознакомиться с его личным делом!

– Выдавать истории выпускников на руки запрещено!

– С каких это пор?

– С тех самых, когда девки некромантией занялись! Срам, да и только! – призрак скрестил руки на груди. – И уж тем более, с чего вдруг такой интерес к мужчине?

– Мне надо знать, насколько ему можно доверять.

– Ни насколько, – фыркнул мсье Л’Омбр.

– Почему? – изумилась Франсуаза.

– Доверять мужчине удумала тоже! У них при виде твоей мордашки только одно на уме! – он похабно вильнул бедрами.

Девушка покраснела, прекрасно поняв, на что намекает призрак.

– Упокою! – процедила она сквозь зубы.

– Прокляну!

– Испепелю кости!

– Не найдешь!

– Они вмурованы в стену храма!

Призрак издал звуки больше всего напоминавшие зубовный скрежет:

– Твоя взяла!

Он воспарил над книжными шкафами и полетел вглубь зала. Послышался шорох, бормотание, сменившиеся грохотом и забористыми ругательствами. Франсуаза даже бровью не повела, прекрасно понимая, для кого разыгрывается это представление.

Противный старикашка во всю пытался выжить ее из академии, не гнушаясь любыми методами: подсыпал в кофе порошки, украденные у целителей, подкладывал болванки заклинаний взрыва под стул, дразнил Бонни. Докладные ректору эффекта не произвели, казалось, что глава академии негласно поощряет призрака. Франсуаза даже подозревала, что мсье Л’Омбр действует по личной просьбе главы академии, не меньше остальных возмущенного тем, что девушка решила стать некромантом.

Только угроза пожаловаться королю возымела действие. Пакости прекратились, но призрак все равно продолжал высказывать свое негодование, хотя и без последствий.

– Вот, держи, – вернувшись, он протянул Франсуазе папку. – Надеюсь, читать ты умеешь.

– Спасибо, – подчеркнуто вежливо поблагодарила девушка.

– И тебе не болеть, хе-хе, – злобно закашлялся мсье л'Омбр, поправляя гофрированный воротник. Зная своего противника, Франсуаза торопливо прошептала заклинание от порчи. Сработало.

От отраженного проклятия призрак стал почти прозрачным.

– Ты… ты что твориш-шь! – зашипел он, с трудом возвращаясь в более привычный вид. – Я декану пожалуюсь! Нет, ректору!!!

– Советую в жалобе использовать те же слова, что и несколько минут назад, – хмыкнула Франсуаза. – Кстати, проклятье слабого желудка лет сто как накладывается совершенно по-другому!

– Как это? – от беспокойства призрак снова помутнел. – А почему? Где это сказано?

– В книгах. Они находятся на стеллажах в библиотеке, надеюсь, вы не разучились читать! – девушка очаровательно улыбнулась, подхватила папку и вышла.

– А ну, стой! – донеслось вслед. – Верни немедленно! Ворюга!