Чтение онлайн

— Дайте мальчику сигару, — шутливо произнес отец Томас. — Мы можем найти подборку случаев, которая документировала бы гибель людей по странным или невыявленным причинам. Эти люди должны были выглядеть идеально здоровыми до самой смерти. Возможно, мы отыщем такие упоминания в газетных хрониках.

Джек тихо присвистнул.

— Намек, который мы искали.

Он с восхищением посмотрел на отца Томаса.

— Интересно, чем ты зарабатываешь на жизнь?

— Ты же знаешь. Я священник.

— Тебе нужно было стать ученым.

— У нас уже есть один ученый в семье, — с улыбкой ответил Томас.

Он повернулся к Килрою.

— Безумный хакер! Озари пещеру Бэтмена! Нас ожидает серьезный поиск!

Первые четыре часа напоминали безмолвный взрыв.

Килрой 2.0, хихикая, взломал архивы «Лексис-Нексис», «Ассошиэйтед пресс» и других новостных веб-страниц. Он выпустил на волю какую-то доморощенную «паучью» программу, которая, перебирая тысячи сайтов, выискивала некрологи и списки пациентов, умерших в больницах. Томас был ошеломлен, узнав, какое огромное количество американцев погибло за прошлые шесть месяцев от аневризмы мозга. И стариков, не перенесших апоплексические удары, тоже было много. Но Томас верил этой информации. Ему часто приходилось провожать в последний путь пожилых и больных прихожан.

И кого же им было подозревать в пособничестве Альфе? Взять, например, Лукаса Кволлу, сорокачетырехлетнего учителя из Сан-Диего, у которого в прошлом месяце остановилось сердце прямо во время урока. Он откусил себе половину языка перед ошеломленной группой четвероклассников и умер еще до того, как его голова ударилась об пол. Был ли он агентом Джона Альфы? А что сказать о Кимберли Форчунер, старшем вице-президенте по финансам в компании «Гликман-Бишем», производящей фармакологические энергетические коктейли? Кровеносный сосуд в ее мозгу лопнул вовремя телефонного звонка домой. Ее «сааб» перелетел разделительную полосу и выскочил на противоположную часть трассы, вызвав столкновение семи машин. Авария унесла с собой четыре жизни и потребовала несколько часов на приведение дороги в порядок.

Был ли жертвой Альфы Оскар Флорес из Бренданвилля, штат Канзас? Или Нора Рид из Литтл-Рок? А может быть, Джаред Рейнольдс, всю жизнь проживший в Мемфисе? Или преподобный Терри Брюс из Батон-Руж? Или Сьюзен Зеканис, социальный работник из Манхэттена? Что тут можно было сказать? Фактически ничего.

Второй час они посвятили расследованию наиболее подозрительных случаев. Килрой без труда обходил защитные пароли и, нарушая закон о неприкосновенности внутренних сетей, предоставлял им отчеты о вскрытиях. Затем за дело брались Томас, Джек и Джей. Поначалу их внимание привлек вышеупомянутый преподобный Терри Брюс — глава церкви пятидесятников «Спасительный огонь с небес» (прием в члены с двадцати восьми лет). Между газетных строк проглядывали подозрительные обстоятельства: за последние две недели жизни его поведение стало сумасбродным. Вдова Брюса утверждала, что он вел себя необычно и «действовал как другой человек». Медики связали его неожиданную смерть с «неврологией».

Перебрав перекрестные ссылки, «близнецы» наткнулись на отчет коронера, сохранившийся на внутреннем сервере полицейского участка Ист-Батон-Руж. Реальность отличалась от газетной истории. Брюс скончался в местном мотеле от передозировки кокаина — прямо во время секса со своим любовником-геем. Томас вычеркнул его имя из списка.

Каждые несколько минут один из компьютеров Килроя призывно пищал. Это означало, что сравнительный поиск паучьей программы давал очередной результат. Клоны покорно анализировали очередной случай смерти и выясняли, достоин ли он дальнейшего изучения по перекрестным ссылкам на других сетях. Часто такой необходимости не возникало. Если история казалась им подозрительной, они находили ее подоплеку или адекватное объяснение. Так, например, один житель Чикаго случайно перебрал героина, пока вдыхал наркотик, попавший в слезный проток. Но в основном смерть забирала людей по естественным причинам. Томас знал, что она, как тихий коммивояжер, обходила дом за домом, стучалась в двери и предлагала товар, от которого невозможно было отказаться.

Файлы, проходившие перед взором «близнецов», выглядели суровыми, холодными и стерильными: рапорты токсикологов о вскрытии мужчин и женщин отличались строгостью и немногословностью. Однако после первых двух часов работы Томас почувствовал отвращение. Он любил наблюдать за людьми, но это расследование напоминало ему мерзкую разновидность вуайеризма. Одно дело, когда кто-то подглядывает за пациентами доктора, зашедшими в медицинский кабинет, или за парочкой на вечеринке с коктейлями. И совсем другое дело, когда ты узнаешь, какая пища была в желудке человека, когда он умирал.

Компьютер Килроя вновь запищал, и Томас взглянул поверх пустой чашки, на которую он тупо смотрел уже пару минут. Священник сидел слева от хакера. Джей — справа. Некролог на экране рассказывал о владельце банка из Уичиты, который скончался как раз на вечеринке с коктейлями. Рыдавшая сестра утверждала, что он был хорошим человеком. «Я не могу поверить, что он ушел, бла-бла-бла… миленький, родной». Неужели я стал настолько безразличным к смерти незнакомых людей?

— Мне не хочется признаваться в этом, но, похоже, наш поиск ведет в никуда, — немного презирая себя, сказал отец Томас.

— Я согласен с тобой, — ответил Джек, стоявший за его спиной. — Еще чашку кофе?

— Давай.

Джек забрал пустые чашки и побрел к кофеварке, которая располагалась у входной двери. Через минуту он передал товарищам горячий напиток.

— Поначалу я думал, что это расследование даст нам какой-то результат, — сказал Томас. — Сравнивая данные о вскрытиях, мы могли бы найти необычные случаи. Так делал профессор Плюм в телефильме «Случай с револьвером». Однако вся эта канитель…

Он указал рукой на жужжавшие башни компьютеров.

— …не оправдала мои ожидания. Возможно, где-то в газетах и остался след, ведущий к Альфе, но чтобы найти его, потребуется вечность.

Он отхлебнул кофе и пожал плечами. Джей одобрительно похлопал его по плечу.

— Поверь мне, при анализе событий мы так и ищем скрытые тенденции. Ждем, собираем факты, преодолеваем скуку. Затем ломаем голову над данными. И наконец наступает уверенность, ведущая к действиям.

— Ты говоришь о своей миссии в ООН? — спросил Томас.

— Да, в некотором смысле. Я работаю в подразделении по правам человека. Моя команда отслеживает нарушение гражданских прав и дискриминацию национальных меньшинств. Мы призываем политических лидеров к принятию ответственности за то неравенство, которое скрытно распространяется в их странах. Наше подразделение старается исправить ситуацию, пока варево в горшке политики не выплеснулось наружу. Мы проводим дискуссии, собираем статистические данные, совершаем поездки в различные страны, обсуждаем злободневные вопросы с их лидерами и направляем Генеральной Ассамблее свои рекомендации о возможном вмешательстве. Иногда наши советы остаются без внимания.