Сёгун
Шрифт:
– Наши испанские и португальские враги очень сильны и могучи, господин Торанага. Мы должны защищаться и…
– Ты говоришь, что ваше вооружение только оборонительное?
– Нет. Мы используем его не только для защиты, но и для того, чтобы атаковать своих врагов. И мы в большом количестве производим его для торговли, наше оружие – лучшее в мире. Может быть, мы могли бы торговать с вами этими или другими товарами, которые мы привезли.
– Кто такой пират?
– Люди вне закона. Человек, который насилует, убивает или грабит для личной выгоды.
– Это не то же самое, что наемник? Это не то, что вы? Пират и вожак пиратов.
– Нет. Правда, мои корабли имели каперское свидетельство от законных властей Голландии, разрешающих нам вести войну во всех морях и местах, которые в данный момент принадлежат нашим врагам. И искать рынки для наших товаров. Для испанцев и большинства португальцев – да, мы пираты и религиозные еретики, но я повторяю, что на самом деле это не так.
Отец Алвито кончил переводить, потом начал спокойно, но твердо говорить что-то Торанаге.
«Как бы я хотел вот так прямо разговаривать с ними», – подумал Блэксорн, чертыхаясь. Торанага взглянул на Хиро-Мацу, и старик задал иезуиту несколько вопросов, на которые тот долго отвечал. Потом Торанага повернулся к Блэксорну, и его голос стал еще жестче.
– Тсукку-сан говорит, что эта Голландия была вассалом испанского короля несколько лет назад. Это верно?
– Да.
– Следовательно, Голландия – ваш союзник – мятежник по отношению к своему законному королю?
– Они воюют с испанцами, да. Но…
– Разве это не мятеж? Да или нет?
– Да, но есть смягчающие обстоятельства.
– Нет «смягчающих обстоятельств», когда это касается мятежа против своего суверена.
– Если вы не победите.
Торанага внимательно поглядел на него. Потом громко рассмеялся. Он что-то сказал Хиро-Мацу сквозь смех, и Хиро-Мацу кивнул.
– Да, господин иностранец с невозможным именем, да. Ты назвал один смягчающий фактор. – Еще одно хихиканье, потом веселое настроение исчезло так же внезапно, как и появилось. – Вы выиграете?
– Хай.
Торанага опять заговорил, но священник не переводил синхронно, как раньше. Он улыбался странным образом, его глаза задержались на Блэксорне. Он вздохнул и сказал:
– Вы уверены?
– Это он говорит или ты говоришь?
– Это сказал господин Торанага. Он сказал это мне.
– Да, скажи ему, да. Я совершенно уверен. Могу я объяснить, почему?
Отец Алвито разговаривал с Торанагой намного больше, чем этого требовал перевод такого простого вопроса. «Так ли ты спокоен, как кажешься? – хотел спросить его Блэксорн. – Как же тебя достать? Как мне справиться с тобой?»
Торанага ответил и вынул веер из рукава.
Отец Алвито начал опять переводить с той же самой жуткой недружелюбностью, с мрачной иронией.
– Да, кормчий, ты можешь мне сказать, почему ты думаешь, что вы выиграете эту войну.
Блэксорн попытался остаться уверенным, понимая, что священник берет над ним верх.
– Мы в настоящее время главенствуем над всеми морями в Европе – над большинством морей Европы, – сказал он, поправляя сам себя. «Не давай отвлечь себя. Говори правду. Изворачивайся, как это уверенно делают иезуиты, но говори правду».
– Мы, англичане, разгромили в боях две огромные военные армады – испанскую и португальскую, и не похоже, чтобы они смогли собрать другие. Наши маленькие острова представляют собой крепости, и мы там теперь в безопасности. Наши морские силы господствуют на море. Наши корабли быстрее, современнее и лучше вооружены. Испанцы не побеждали после более чем пятидесяти лет террора, инквизиции и кровопролитий. Наши союзники безопасны и сильны и, даже более того, они обескровят Испанскую империю и приведут ее к концу. Мы победим, потому что мы владеем морями и потому что испанский король со своим высокомерием не дает свободы другим народам.
– Вы владеете морями? Нашими морями тоже? Морями вокруг наших берегов?
– Нет, конечно, нет, Торанага-сама. Я не хотел вас обидеть. Я, конечно, имел в виду европейские моря, хотя…
– Хорошо, я рад, что это прояснилось. Что ты хотел сказать? Хотя…
– Хотя на всех высоких широтах мы скоро сметем всех врагов, – это Блэксорн произнес очень четко.
– Вы говорите «враг». Может быть, мы тоже враги? Что тогда? Вы попытаетесь потопить наши корабли и опустошить наши берега?
– Я не могу и представить себе, чтобы быть вашим врагом.
– Я думаю, это очень легко представить. Что тогда?
– Если вы выступите против моей страны, мне придется атаковать и попытаться разбить вас, – сказал Блзксорн.
– А если ваш господин прикажет вам напасть на нас здесь?
– Я бы отсоветовал ему. Очень серьезно. Наша королева бы послушалась. Она…
– Вами управляет королева, а не король?
– Да, господин Торанага. Наша королева мудра. Она бы не могла – не отдала бы такой неразумный приказ.
– А если бы отдала? Или если бы ваш законный командир приказал?
– Тогда бы я доверил свою душу Богу, так как я бы наверняка погиб. Так или иначе.
– Да. Ты бы погиб. Ты и все твои войска, – Торанага переждал момент. Потом спросил: – Сколько времени вы плыли сюда?
– Почти два года. Точнее, один год, одиннадцать месяцев и два дня. Примерное расстояние по морю в четыре тысячи лиг, каждая лига – три мили.
Отец Алвито перевел, потом добавил краткое уточнение. Торанага задумчиво обмахивался веером.