Шрифт:
Глава 1
С трудом пробираясь сквозь тяжелые, тугие ветки старых, покосившихся и невообразимо изуродованных деревьев, Джеймс неожиданно остановился, словно намертво пригвожденный… – Что, черт возьми, происходит? Куда я попал? Явно, дьявольское и черт бы его побрал, жуткое место. Джеймс пытался пристально всмотреться в бесконечно- темную завесу ночи и увидеть, наконец, то, что ему даже в ярких фантазиях бы не привиделось. Вокруг же, был слышен только странный и отдаленный гул неведомой птицы, зловещее завывание ветра, которое, едва не сбивало Джеймса с ног, настолько оно было сильным и неудержимым в своей силе.
В этот момент Джеймсу показалось, что все силы природы в одночасье сплотились против него. Он хотел протиснуться вперед, сквозь корявые и убогие ветки деревьев, пока еще, в непонятную ему бездну, но они упорно стягивали острой болью его руки, и тянули назад. Деревья по-прежнему с особой и острой болью скручивали ему ноги и в одночасье норовили ткнуть острием обломленных им веток, в лицо, в глаза…
Когда Джеймс уже отчаянный и изможденный, выбился из сил и ослаб, казалось, силы природы странным и таинственным образом, вдруг оставили его в покое и он, едва поверив своим ощущениям, наконец, выбрался из проклятых и въедливых деревьев.
Мужчина поднял глаза и увидел…
Буквально в нескольких шагах, на небольшом холме, среди дремучих деревьев и затуманенных облаках, находился дом.
Черные дрозды медленно пролетали над его крышей, посверкивающей в свете ясной луны.
– Неужели это и есть тот самый дом, о котором ему рассказывал его старый приятель, и такой же проныра, как и он, журналист Эндрю, подумал про себя, Джеймс.
Кстати, сам Эндрю уже давно отошел от журналистских дел. Он был на порядок старше Джеймса и к тому же, как оказалось, крылья ему подломило никудышное здоровье, из-за которого ему раньше времени пришлось почивать на лаврах, это следовало из собственных слов Эндрю…
Но, в свое время, Джеймс был уверен, Эндрю, ни за что бы, не упустил возможность упустить такого рода сенсацию…
Джеймс уже не помнил, как он пробрался в дом. Казалось, что ноги сами его туда привели. В его голове на тот момент была только одна мысль, как можно скорее покинуть этот жуткий лес, который заставил его сильно понервничать. Вот только Джеймс не задумывался о том, что он увидит в этом доме. В доме, что находился в лесной глуши.
– Ты ищешь сенсации? Будет тебе, сенсация! Прошипел как змея голос Эндрю над ухом Джеймса. При этом глаза Эндрю источали азарт, ту самую неуемную и непобедимую страсть, когда дело шло о чем-то необычном, о чем-то очень важном, что может даже заставить замереть на мгновение целый мир. Эти слова заставили пульсировать кровь в висках Джеймса, утвердившись в его сознании и побуждая к действию. Он должен идти вперед, чтобы докопаться до истины, до которой, пока еще, по словам Эндрю, никому не удавалось дойти в этой странной истории.
Неожиданно, как затмение, перед Джеймсом предстало лицо мертвой девушки и необычайно заворожило его…
Необыкновенно красивые, на редкость, волшебные черты лица, заставили Джеймса замереть на месте.
Странным было то, что девушка выглядела не мертвой, а просто, ненадолго заснувшей. Её черты лица и кожа были не посиневшими и не безжизненными, как у покойника, а светлыми, словно, слегка заснеженными. Веяние зимней свежести и легкой прохлады исходили от неё.
Да, девушка будто находилась в хрупких кристалликах льда. На её длинных ресницах спокойно и таинственно оседал белоснежной каймой – иней.
Какая-то неведомая доколе сила, заставила Джеймса протянуть руку к девушке, в желании коснуться этого неземного существа, но неожиданно, девушка открыла глаза и Джеймс замер, едва дыша.
Вдруг, за спиной мужчины послышался звонкий, как ручей, девичий смех. Джеймс невольно оглянулся и увидел, что, та самая девушка, которой он только, что любовался и был несравненно очарован, как никем и никогда, легкими, будто невесомыми шагами, весело смеясь, унеслась вдаль.
В следующее мгновение перед Джеймсом, снова возникло таинственное и насмехающееся лицо Эндрю. Сейчас, он в упор смотрел на него, а его тонкие, бледно-розовые губы отчетливо произнесли:
– Это она, Джеймс! Она! Ты должен… раскрыть эту тайну, слышишь, должен! Это и будет сенсация!
Джеймс проснулся, широко и нервно открыв глаза, затем, ощупал мокрой рукой свой вспотевший лоб и, тяжело покачав головой, встал с кровати.
– Это был сон, всего лишь сон, – твердил, невразумительно себе под нос, Джеймс. Вот только удивительным было то, что сон этот был настолько ясным и правдоподобным, что Джеймс все еще с трудом приходил в себя.
За завтраком, мужчина сидел в глубокой задумчивости и, опустив низко голову над столом, он неожиданно встрепенулся. Его посетила одна мысль, мысль, от которой все похолодело внутри.
Впрочем, как он отметил про себя, он еще с детства замечал за собой ту странную особенность, которая сейчас навела его на мысль о том, что он обладает определенными способностями.
Так, иногда Джеймсу снились вещие сны. Эти сны, отличались от других, характерной особенностью: они были яркими и казались, настолько правдоподобными, словно все действия, происходящие во сне, приключались с ним на яву.
– Нет, не может быть…Я просто, схожу с ума. Видимо, от этих навязчивых мыслей, мне в голову уже приходит всякий несусветный бред. Не понимаю, зачем я вообще ввязался в эту авантюру и приехал сюда.
Может, этот Чертов Эндрю, вообще решил посмеяться надо мной. К тому же, его всегда задевало, когда мы еще работали вместе в газете, что больше хвалили меня и именно мои заметки ставили на первые страницы газеты, а не его.
Черт, черт, что я несу. Ведь, Эндрю не такой, достаточно вспомнить лишь то, сколько раз он выручал меня из всяких сложных ситуаций и каким наставником он, в свое время, был для меня. Нет, все это не похоже на Эндрю, значит остается одно…Эндрю, действительно, нащупал
то, что может послужить новой сенсацией, вот только сам, уже отошел от дел и утратил былые связи. К тому же, что не говори здоровье – вещь не маловажная. Особенно в том возрасте, когда вряд ли будет уже уместна поговорка, что « волка ноги кормят» впрочем, все мы, в своем время, будем находиться в этом предстарческом возрасте. Такова жизнь, как бы это печально не звучало, – заключил вслух Джеймс и поднялся из-за стола.
– Что же, в таком случае…не будем терять время, – твердо, произнес Джеймс и направился к выходу.