Чтение онлайн

— Вроде Голгофа?

— Ага, Голгоф. Уверен, это мать рассказала тебе о нем.

— Она лишь упомянула о нем, когда я сказал, что мы идем на Англзарк, но больше не говорила почти ничего. Только что он иногда ворочается зимой.

— Это точно, парень, и позже, в более подходящее время, я еще расскажу тебе о нем. А сейчас глянь-ка вон туда. — Ведьмак ткнул пальцем в сторону труб дымохода, из которых высоко в воздух валил густой коричневый дым. — Мы здесь для того, чтобы поднять флаг.

Я поискал взглядом флаг, но по-прежнему видел только дым.

— Я вот что имею в виду. Просто находясь здесь, мы заявляем, что эта земля принадлежит нам, а не тьме. Бросить вызов тьме, да еще не где-нибудь, а на Англзарк, — трудное дело, но таков наш долг, и дело того стоит. Как бы то ни было, — Ведьмак подхватил свой кувшин, — пойдем в дом и займемся уборкой.

Следующие два часа я скреб, мыл, чистил и вытряхивал из ковриков клубы пыли. В конце концов, перемыв и вытерев грязные тарелки, Ведьмак сказал, чтобы я приготовил три постели в комнатах второго этажа.

— Три постели? — переспросил я, решив, что ослышался.

— Да, три, и когда закончишь, пойди и хорошенько промой уши! Давай шевелись! Нечего стоить тут, разинув рот. У нас еще полно работы.

Ну, я и сделал, как он сказал. Белье отсырело, но я развернул простыни, чтобы огонь подсушил их. Чувствуя себя вконец измотанным, я спустился вниз и как раз проходил мимо лестницы в подвал, когда услышал звуки, от которых волосы на голове зашевелились.

Снизу донеслось что-то вроде долгого, судорожного вздоха, а потом еле слышный вскрик. Я замер на краю темной лестницы, внимательно прислушиваясь, однако больше не уловил ни звука. Может, почудилось?

Я пошел на кухню; там Ведьмак мыл в раковине руки.

— Я слышал какой-то вскрик из подвала, — сообщил я. — Это что, призрак?

— Нет, парень, сейчас призраков в доме не водится — я разобрался с ними много лет назад. Нет, это Мэг. Надо полагать, только что проснулась.

И опять я подумал, что, верно, ослышался. Он говорил, что я встречусь с Мэг, ведьмой-ламией, и что она живет где-то на Англзарк. И я ожидал обнаружить ее в доме Ведьмака, но потом увидел, какой дом холодный, заброшенный, и отбросил эти мысли. Почему она спит в промерзшем подвале? Любопытство снедало меня, но я знал, как опасно приставать с вопросами в неподходящий момент.

Иногда Ведьмак бывал в настроении отвечать, тогда он усаживал меня, велел достать тетрадь, перо, чернильницу и приготовиться записывать. В других случаях он хотел поскорее разобраться с неотложными делами, и сейчас в его зеленых глазах стыла характерная для таких минут сосредоточенность. Поэтому я прикусил язык.

Ведьмак зажег свечу и по каменным ступеням повел меня в подвал. Нельзя сказать, чтобы я боялся, ведь он знал, что делает, но все равно мне было не по себе. Никогда прежде я не видел ведьму-ламию и, хотя кое-что прочел о них, не знал, чего ожидать. И как она сумела пережить тут, в холоде и темноте, весну, лето и осень? Что ела? Слизняков, червей, насекомых и улиток — как те ведьмы, которых учитель держит в ямах?

За первым лестничным пролетом дорогу нам преградили решетчатые железные ворота. Ступеньки за ними внезапно заметно расширялись — по ним бок о бок смогли бы пройти четыре человека. В жизни не видел таких широких лестниц в подвал. Неподалеку за воротами видна была дверь в стене. Интересно, что за ней? Ведьмак достал из кармана ключ и вставил его в замок; это был не тот, обычный его ключ.

— Замок сложный, да? — спросил я.

— Верно, парень. Посложнее многих. Если тебе когда-нибудь понадобится этот ключ, знай, что обычно я держу его в кабинете, на ближайшей к двери книжной полке.

Когда он открывал ворота, те лязгнули так громко, что звук отдался звоном в камнях под ногами и над головой; казалось, весь дом превратился в огромный колокол.

— Железо остановит большинство из них, если они сумеют добраться до ворот. Но даже если этого не произойдет, мы наверху услышим этот звон. Такие ворота лучше любого сторожевого пса.

— Большинство из кого? И почему ступеньки такие широкие? — спросил я.

— Давай все по порядку, — буркнул Ведьмак. — Вопросы и ответы могут подождать. Сначала нужно позаботиться о Мэг.

Мы продолжили спуск, и я услышал доносившиеся снизу тихие звуки: стон и что-то вроде царапанья. Все это заставило меня еще сильнее нервничать. Я довольно быстро понял, что под землей по крайней мере столько же этажей, сколько наверху: каждый раз, когда лестница сворачивала, в стене обнаруживалась деревянная дверь, а после третьего поворота мы оказались на маленькой площадке с тремя дверями.

Ведьмак остановился перед средней дверью и повернулся ко мне.

— Подожди здесь, парень. Проснувшись, Мэг всегда поначалу немного нервничает. Нужно дать ей время привыкнуть к тебе.

С этими словами он отдал мне свечу, повернул в замке ключ, шагнул в темноту и закрыл за собой дверь.

Я дожидался снаружи минут десять и, должен признаться, чувствовал себя неуютно. Во-первых, потому, что чем дальше вниз, тем холоднее становилось. И во-вторых, со стороны уходящих вниз ступеней, из-за следующего угла доносились жуткие звуки. В основном шепот, но однажды мне послышался далекий стон, как если бы кому-то там было очень нехорошо.

Потом из-за двери, в которую вошел Ведьмак, донесся приглушенный шум. Казалось, учитель говорит с кем-то негромко, но жестко, потом до меня донесся женский плач. Он, правда, длился недолго, и после был только шепот, как будто оба они не хотели, чтобы я слышал их разговор.

Наконец дверь со скрипом отворилась. Появился Ведьмак, но не один.

— Это Мэг, — сказал он и отступил в сторону, чтобы мне было лучше видно. — Тебе она понравится, парень. Лучше ее в Графстве стряпухи нет.

Мэг оглядела меня сверху донизу и, похоже, удивилась. Я же пораженно таращился на нее. Видите ли, она оказалась самой хорошенькой женщиной, которую мне когда-либо приходилось встречать, и носила остроносые туфли. В первый раз, когда я пришел в Чипенден, во время самого первого урока Ведьмак предостерег меня насчет девушек в остроносых туфлях. «Сознают они это или нет, — говорил он, — некоторые из них ведьмы».