Чтение онлайн

Я достал очки, а Юля на меня вопросительно посмотрела. Дальнозоркость, преследовавшая меня с детства, вынуждала каждый раз за работой или при чтении использовать очки. Но, к моему счастью, постоянно носить их не нужно было.

С экрана фотоаппарата на меня смотрели лица с потрясающим калейдоскопом эмоций, увлеченные обсуждением проблем. Было заметно, как напряжение сменялось расслаблением, осознанием, а в грустных и серьезных глазах появлялись радостные искорки. Все же родительский вопрос никогда и никого не оставляет равнодушным. И тут мне пришла в голову гениальная, на мой взгляд, идея.

– Хм… У меня есть к тебе предложение, – прервав молчание, сказал я. – Мне уже давно нужен был фотограф. Конечно, не для таких маленьких групповых занятий. Для открытых семинаров. У тебя получаются потрясающие репортажные фото. На твоих фотографиях хорошо видно настроение. И самое главное, я, честно говоря, практически не замечал, что ты постоянно перемещаешься и фотографируешь. Это потрясающе! Ты согласишься тут работать? Не могу предложить тебе большую зарплату, конечно…

Сначала она непонимающе смотрела на меня, а затем, радостно взвизгнув, прыгнула мне на шею. Я был ошеломлен. Во-первых, никогда не видел на ее лице столько восторга, от которого глаза по-детски вспыхнули ярким изумрудным блеском, а во-вторых, желание прижать ее к себе покрепче и заслонить от угроз всего мира стало еще сильнее, чем раньше. Неловкость ситуации для меня зашкаливала, все профессиональные навыки куда-то пропали, и я не понимал, как же поступить. Ничего лучше не придумав, я дружески похлопал ее по спине.

Юля так же внезапно отошла, заливаясь краской и старательно высматривая что-то на полу.

– Спасибо, – тихо произнесла она. Я развел руками, мол, что в этом такого, но, взглянув внимательно в глаза, она повторила: – Нет, правда, спасибо. Мало того, что ты даешь мне возможность делать то, что нравится, но еще и предлагаешь платить за это!

– Ты очаровательна, когда не скрываешь своих эмоций, – я улыбнулся. Она в этот момент будто светилась изнутри, наполняя этим светом всю комнату. – Впервые вижу тебя такой раскованной.

Немного удивленно взглянув на меня, Юля хотела было сказать что-то еще, но осеклась и прикусила щеку. Интересно, какая мысль созрела в этой милой головке?

– Сейчас небольшой перерыв, а потом индивидуальная консультация, поэтому, прости, не могу тебе предложить остаться. Но, возможно, мы можем выпить еще по чашечке кофе? Я угощаю, – я был почти уверен, что она согласится, а я смогу понять ее лучше. Но моим планам не суждено было исполниться.

– Лекс, ты как обычно забурился в свой скворечник и не вылазишь отсюда? – этот голос я узнаю в каком угодно состоянии.

Мой старинный приятель, которому я обязан всем, что есть сейчас в моей жизни. В том числе и сотрудничеством с полицией. Не уверен, что это то, чем я больше всего дорожу, но, учитывая происходящее в клубе, это большой плюс. Ну и да, это самый проницательный человек в моем окружении. Поэтому сейчас он стоял, почесывая короткий ёжик рыжих волос, и внимательно рассматривал меня и Юлю:

– Кхм… Надеюсь, не помешал?

– Макс? Привет. Твои внезапные появления перестают быть внезапными, – сдерживая смех, отозвался я. – Знакомься, это Юля. Новая официантка в клубе и по совместительству мой новый фотограф.

Он с усмешкой глянул на меня, а потом протянул руку:

– Максим, давний друг этого зануды.

Ну, конечно, как же без сарказма. Хотя это именно Макс уговорил меня в свое время защищать диссертацию и даже подкинул материала.

– Да уж, благодарю за потрясающую характеристику, мой милый друг, – пожав ему руку, я перевел взгляд на Юлю. – Видимо, мой перерыв откладывается. Но кофе за мной!

Девушка пожала плечами, захватила свои вещи, и я проводил ее до двери.

– А она тебя зацепила, да? – как только закрылась дверь, спросил Макс. Бесцеремонность – это тоже его отличительная черта.

– Не начинай. Ты увидел то, что захотел, – с ним, конечно, бесполезно спорить, – она приходила просто посмотреть, чем я еще занимаюсь.

– Ага. А теперь напомни мне, скольких официанток с работы ты приглашал «просто посмотреть»? Да ты ж от них шарахаешься, как от прокаженных, – ехидно заметил Макс, взяв маркер и рисуя на доске сердечки. – К тому же не вижу ничего зазорного в том, чтобы тебе хоть раз кем-то увлечься.

– Уже раз увлекся, хватит, – пробурчал я, подойдя к окну. Перед глазами носилась стайка стрижей, а где-то внизу от жары под колесами машин плавился асфальт. Что-то почти никогда не меняется. – Да ты посмотри на нее, она же еще совсем девчонка. Когда я паспорт получал, она только родилась. Я ж ей чуть ли не в отцы…

– Ой, хватит тут заливать, Саня. Мало кто в 14 отцом становится. Не то чтобы я в тебе сомневался, друг… – он поймал мой взгляд исподлобья и кашлянул. – Короче, нормальная девушка. Если уж тебя зацепить смогла, значит, в ней что-то точно есть, – Макс встал рядом и по-братски закинул мне руку на плечо. – Но если тебе все равно, я бы не против с ней пообщаться…

– Слушай, бросай свои шуточки уже, – мне его последнее предложение совсем не понравилось. – Ты же не просто так пришел, поэтому давай к делу, а то у меня консультация скоро.

– Да… не просто так, – тон Макса резко стал серьезным. – В общем, проверили мы твое последнее сообщение. Ну, помнишь, тех двоих парней. И хорошо, что проверили. Ну и Марк ваш молодец, позаботился, не оставил.

– Ну давай, договаривай уже, – поторопил я, хотя понимал, что не особо хочу слышать эти новости.

– В общем, один в реанимации лежал пару дней, второй просто больничной койкой отделался, а в крови тот самый синтетик, – Макс отошел к диванчику и устало на него плюхнулся, вытянув перед собой ноги. – Откуда, как и что ребята не рассказывают. Типа ничего не знаем, не слышали и так далее.

– Я тоже пока ничего не узнал и не увидел нового. Марка просил под предлогом недосчета бутылки, мы даже камеры просматривали, ничего подозрительного, – я сел рядом. Это дело становится более личным. Когда работаешь консультантом, на все смотришь со стороны, все складывается как пазл. Сейчас же это касается того места, в котором я работал уже долгое время, того коллектива, который стал отчасти семьей (хотя, как говорится, не без урода). И теперь приходится принять, что кто-то там играет не за ту команду. Но кто?