Шрифт:
Ура, раскрыто новое дело
Прошла уже целая неделя как мы погуляли на свадьбе у Оксаны и за всё это время Русов мне не позвонил и не написал ни разу. Было как-то грустно и одиноко, о чём я не признавалась даже сама себе, а только тихо вздыхала и смотрела по вечерам боевики и комедии, стараясь поднять себе упавшее ниже нижнего настроение. Ещё и Аглая Степановна очень сдружилась со своей – нашей соседкой и практически всё время проводила у неё. Я же откровенно скучала.
Время с двенадцати дня до шестнадцати у меня стабильно занимали сеансы гадания, а в остальное время я маялась от скуки и грустила. Особенно по вечерам. Поэтому когда раздался звонок Русова, я чуть не подпрыгнула до потолка.
– Кристин, прости что отвлекаю – начал он.
– Совсем не отвлекаешь! – чуть не заорала я от радости в трубку.
– Тогда слушай – за гаражами в Колпино нашли младенца, его закопали в землю, но дворовая собака откопала и подняла вой на весь район. Живой.
– Фууух. Напугал! – выдохнула я, и схватилась за сердце.
– Кристин, можешь приехать посмотреть, кто его закопал? – попросил Русов. – Рожали, судя по всему, на дому, поэтому официально он нигде не числится. Никаких улик, никаких зацепок, но хочется эту мразь найти и саму..
Конечно я с радостью согласилась с Русовым и тут же поехала в роддом, туда, где в палате реанимации лежал маленький розовенький комочек. Его уже отмыли, пуповину обрезали и обработали, накормили и теперь он спокойно спал, тихонечко посапывая.
– Как он? – спросил Русов у дежурной медсестры.
– Здоров! Никаких последствий для здоровья не успел получить. Его практически сразу откопала собака, ни замёрзнуть, ни задохнуться он не успел. К тому же, на вой сбежались гулявшие за двором собачники и сразу же вытащили из земли и укутали малыша. Ещё два дня его подержим здесь, на всякий случай, и будем переводить в дом малютки. Может быть кто-нибудь и усыновит. Такой лапочка!
Я вздохнула, очень не хотелось увидеть картину до его спасения, но надо было наказать виновных, и я осторожно дотронулась до малюсенькой ножки. Видение накрыло меня. Всё оказалось гораздо хуже, чем я думала.
– Роман, там притон, воруют девчонок и держат у себя. У одной родился ребёнок, роды принимал какой-то прикормленный врач, ему хорошо заплатили, а от ребёнка решили избавиться. Хоть врач и был опытный, но что-то пошло не так и, судя по тому , что я увидела, у девушки было очень мало шансов на выживание.
– Адрес?– грубовато спросил Русов, сжимая кулаки.
– Не знаю, но могу показать. Это какой-то закрытый коттеджный поселок. Мне бы хоть фотографии таких посёлков посмотреть.
Русов задумался на секунду, вытащил телефон, показал мне глазами на выход и мы помчались к машине.
Приехав в отдел, я бросилась в кабинет, в котором уже на настенные панели были выведены фотографии разных элитных коттеджных посёлков. Просмотрев несколько поселков я наконец нашла дом, который был в видении.
–Вот он! – с ненавистью ткнула я в панель.
Моя команда, присутствующая в кабинете, активизировалась и вскоре я осталась в кабинете только с Русовым.
– Хоть бы успели. – прошептала я. Русов согласился кивком.
Часа три прошло с тех пор, как выехала команда задержания и две реанимационных спец машины. Я уже искусала все пальцы, а они всё молчали. Минут через пять, когда я уже думала выпить стакан валерьянки, в кабинет зашёл полковник: – Ну что, я вас поздравляю! Пришло оповещение. Все девушки живы, виновные и причастные почти все задержаны.
– Почти все- это что значит, что часть сбежала? – нахмурилась я.
– Сбежала. – зло ухмыльнулся Русов и указал глазами на небо. – Ты же понимаешь, в таких задержаниях никто потери среди нелюдей не считает.
– А что с девушкой, которая родила? – волновалась я выживет она или нет.
– Она сейчас в реанимации, проходит интенсивную терапию. За неё больше всего волнуются медики, так как она в средне-тяжёлом состоянии и, похоже, что не хочет бороться за жизнь. – со вздохом произнёс полковник.
– Мне надо срочно к ней! Где она? – засобиралась я.
– Зачем тебе к ней? – не понял Русов. – Ты же лечить не умеешь?
– Надо, я сказала! – разозлилась я и стала вызывать такси.
– Ну надо, так надо! Поехали! – пробурчал Русов и махнув головой в сторону двери, пошёл на выход.
Попав в отделение реанимации мы долго уговаривали врачей, пропустить нас к пострадавшей. Сначала я думала прикинуться родственницей этой девушки, но Русов меня отговорил, потому что, как выяснилось, у этой девушки родственники вели аморальный образ жизни и она чудом смогла вырваться из их среды, благодаря своей первой учительнице, которая, можно сказать, и вырастила её, но, умерла незадолго до похищения девушки.
Так что врачи, наверняка уже знали от охраны, что навещать её родственники не будут. Пришлось нам представляться своими именами и показывать удостоверение Русова.
Мы с Романом уже пол часа пытались уговорить врача пропустить нас к девушке, но врач отказывал, объясняя это тем, что девушка очень слабая, к тому же в коме, и сейчас находится под искусственной вентиляцией лёгких и добиться от неё каких либо показаний невозможно.
– Мы не за показаниями! – рассердилась я.
– А зачем тогда? – удивился дежурный врач. – Все нужные материалы для биологической идентификации у неё уже тоже брали. Уже всё выяснили. И она очень ослаблена, большая потеря крови, неизвестно – доживёт до утра или нет.
– Вот именно! – рявкнул Русов, поддержав меня.
– Так вы проститься? – расслабился врач. – Ну хорошо, переоденьтесь, обработайте руки и лицо, и медсестра вас проводит в палату, только не на долго, и, вообще, это в виде исключения!
Я попросила Русова не мешать мне, сделала всё как советовал врач и подошла с медсестрой к прозрачной двери. Русов шёл за нами. У двери стояла охрана, Русов показал им уже приготовленное удостоверение и меня пропустили вовнутрь.