Чтение онлайн

Ответом было молчание.

– Джимми?

– Я написал ему письмо, – признался Джимми.

– О, Джимми, я так довольна.

– Я сделал это главным образом потому, что ты хотела этого.

– Ну что ж, спасибо.

– Довольно, – быстро проговорил он, – как твое новое семейство? Собираются ли они навестить тебя?

– Они говорят… Джимми…

– Что, Дон?

– Мое семейство все еще вы.

На другом конце провода повисла пауза.

– Мне нужно собирать вещи.

– Будь осторожен Джимми. И пиши. Пожалуйста! – попросила я.

– Конечно, я буду писать тебе, только не забудь меня, когда станешь звездой.

– Никогда, Джимми, я обещаю.

– Пока, Дон.

– Пока.

– Дон! – крикнул он.

– Что, Джимми?

– Я люблю тебя.

Я знала, как ему сложно было сказать эти слова.

– Я люблю тебя тоже, Джимми. – Я повесила трубку. Только потом я подумала, что Агнесса могла подслушать наш разговор, а вдруг бабушка Катлер наняла ее шпионить за мной. Я почувствовала, что сейчас заплачу. Закрыв лицо руками я медленно пошла в комнату.

Триша лежала на кровати и читала журнал, когда я вошла, она вопросительно посмотрела на меня:

– Кто такой Джимми?

– Мальчик, которого я долгие годы считала своим братом.

– Ты думала, что он брат? – Я кивнула. – А кем тебе приходится бабушка, написавшая письмо?

Я поняла, что пришло время рассказать о себе. Если я хотела иметь друга, истинного друга, то не должна была хранить от него слишком много тайн, я должна доверять ему.

Но я должна была быть уверенной, что ни до кого больше мой рассказ не дойдет.

– Обещаешь ли ты хранить тайну? – спросила я.

– Конечно, – сказала она, широко раскрыв глаза. – Скорее умру, чем выдам. – И перекрестилась.

Мои мысли вернулись к Джимми, к нашим разговорам с ним. На минуту обратившись к прошлому, я начала:

– Вскоре после рождения меня похитили, – и рассказала всю мою историю.

В течение всего рассказа Триша не проронила ни звука. Я думаю, что она боялась меня прерывать. После того как я сообщила ей все относительно мамы и папы Лонгчэмп, Ферн и Джимми, я описала нашу жизнь. Описала мое возвращение на побережье Катлеров. Я постыдилась рассказывать о коротком романе с Филипом и о том, что произошло между нами в гостинице.

– Клэр ужасна, – подытожила Триша. – Бедный, бедный Джимми.

– Чем дольше я не буду видеться с ней, тем лучше. Триша встала и подсела ко мне на кровать.

– Когда ты столкнулась с Артуром в ванной, то сказала о каких-то плохих воспоминаниях. Каких? Что-нибудь еще случилось в гостинице?

– Я была чуть не изнасилована в душе, – я подумала, что дальше лучше соврать, – рабочим гостиницы.

– Это ужасно! Но как?

– Я сопротивлялась, и он убежал. Полиция до сих пор его разыскивает. – Я была уверена, что Триша не заметит ловко примешанную к правде ложь. Почему я должна снова и снова вытаскивать на свет вещи, которые хотелось бы забыть навсегда? Сердце мое сжалось от мысли, что теперь Триша должна думать обо мне.

– Ты такая счастливая! – внезапно воскликнула она.

– Почему? Ну почему счастливая?

– У тебя такая захватывающая жизнь, – объяснила она. – А у меня все так тривиально. – Старенькая общественная школа, только один настоящий парень и тот уехал, поездки на побережье Флориды, которые я никогда не считала развлечением. В гостиницах было все тихо и мирно. Приличное общество, проницательная мать… – Она пододвинулась поближе. – Но когда я стану известной балериной, то стану настоящим возмутителем спокойствия, – сказала она твердо. – Множество мужчин со скандальными репутациями, дым от сигарет в длинных мундштуках, изящное окружение, толпы репортеров и никаких мужей до тридцати лет… Захватывает воображение? – спросила она.

– Да, – подтвердила я, чтобы не разочаровывать Тришу, но глубоко внутри не принимая этого. Я хотела стать великой певицей, покорить весь мир, но так же хотела иметь семью, любовь, детей, другого я желать не могла.

– Агнесса знает твою историю?

– Я не знаю, какую смесь правды и лжи ей преподнесла в письме бабушка Катлер. Агнесса постоянно темнит.

– Мы все узнаем, – пообещала Триша.

– Как?

– Когда Агнессы и Лидди не будет дома, мы найдем письмо и прочитаем его.

– Я не знаю, хорошо ли это, – только одна мысль заставила мое сердце биться сильней.

– Положись на меня, – успокоила Триша, – я все устрою.

Она заставила меня еще раз описать, какие чувства испытывает человек, переезжая из школы в школу, из города в город. Мы разговаривали до тех пор, пока не выключили свет. Тогда я закрыла глаза и еще раз прокрутила в уме свой первый день в Нью-Йорке. Но потом меня еще долго не отпускали воспоминания, которые я тщетно гнала. Первый вечер на побережье Катлеров – странный новый мир со странным новым семейством. Прощание с мамой и папой Лонгчэмп, Ферн и Джимом.

Я встала с кровати. Триша крепко спала, и я тихо, чтобы не разбудить ее, пробралась в ванную. На обратном пути я услышала странные звуки из комнаты Артура и подошла поближе к его двери.

– Артур! – позвала я, – у тебя все в порядке?

Шум прекратился, но никто не отозвался. Спустя некоторое время я вернулась к себе, с удивлением думая о странном темном мальчике в темной комнате, который как улитка спрятался в собственной раковине.

Лето имеет обыкновение заканчиваться, и вот наступило последнее утро августа. Я открыла глаза, и меня захлестнули эмоции перед первым посещением школы Искусств имени Сары Бернар. Я запаниковала, попытки успокоить меня, которые предпринимала Триша, не имели успеха.

Но все оказались дружелюбны, особенно преподаватели, менее консервативные, чем в предыдущих школах. Все занятия, кроме точных наук, проходили в форме диалога. Мы располагались полукругом, преподаватели просили называть их по имени.