Чтение онлайн

– А он еще и мудак. У Кирсти, между прочим, все хорошо. На следующий день я видела ее интервью в журнале «Би», и, оказывается, с ней ведет переговоры какое-то модельное агентство.

Все это говорит о том, что шоу продержится еще две или три серии. Но заманить людей на шоу скоро станет совсем невозможно, потому что вся страна охвачена страхом неверности. Нужно использовать прибыль от шоу и приобретенную популярность для создания других программ. Наш обзор прессы прерван звонком.

– Привет, пропащая.

– Иззи, привет. – Я жду, что она будет меня ругать, имеет на это право. Я совсем не звоню ни ей, ни Джошу, полностью ушла в работу. Когда я в последний раз была у мамы? Хорошо, что она не вспомнила об этом…

– Не хочешь вечером встретиться?

– Хочу, но дело в том, что я опять набираю людей для шоу. Бейл намерен выпустить еще несколько серий.

– А дальше? Еще и еще?

– Кажется, он собирается продолжать. Я сомневаюсь, что это стоит делать. Неужели он думает, что люди так доверчивы?

– Ты можешь себе позволить и погулять. Невозможно постоянно жить в таком ритме.

– А что ты предлагаешь? – спрашиваю я.

– Может, выпьем, поедим пасты? Посидим где-нибудь, поговорим, наверстаем упущенное? Мы же целую вечность не виделись.

Она что, намекает, что я бросила ее в беде?

– Давай пойдем к «Папе Бианки», – предлагаю я, – там вкусно кормят. Конечно, не так, как в ресторанах из «Путеводителя Миш лен», но там дешево и весело, и, главное, официанты еще помнят, как обслуживать быстро и с улыбкой. – Я не упоминаю о том, что этот ресторан к тому же находится в двух шагах от студии, и я смогу вернуться на работу после обеда, но когда я назову ей адрес, она догадается.

– О'кей, не клади трубку, я возьму ручку. В трубке слышно, что у нее играет музыка.

Слышно, как Иззи переворачивает все в поисках ручки. Я знаю, где она ее ищет. Она начинает с ящика в телефонном столике, но там ее нет. Постепенно добирается до ящиков кухонного стола, до банки с вареньем на подоконнике, потом ищет под диванными подушками. Она нашла несколько ручек, но ни одна из них не пишет, а карандаши сломаны. Для научного работника Иззи слишком неорганизованная. Она снова берет трубку.

– Не могу найти ручку. Нашла одну сережку, которую давно искала, один номер телефона и рецепт, а ручки нет.

– Посмотри в сумке.

– Хорошая идея. – Она снова уходит, и на этот раз ручка находится.

Иззи записывает, где и когда мы встречаемся, и я кладу трубку. Я довольна, что предотвратила неминуемое несчастье, потому что она наверняка опоздает. Она или заблудится, или поедет не туда, а може'т, и вообще не приедет. Вся моя жизнь состоит из таких вот маленьких одолжений, которые облегчают судьбу другим людям. Если только люди это понимают.

Я снова поворачиваюсь к Фи и возвращаюсь к проблеме нравственного роста нации. Я знаю, что эта лицемерная щепетильность скоро будет забыта, но меня она раздражает.

– Знаешь что, Фи?

– Что?

– Эта пресловутая английская этика, проснувшаяся так необъяснимо… – я полна презрения, – …должна работать на нас.

– Ну и что?

– Как я и предполагала, все они не устояли. Все до одного. Мы живем в мире лжи. Неверность безгранична. Она свирепствует, не делая различий, и ранит тех, кто осмеливается доверять другим.

– Но это же отличная передача, – говорит Фи, не поняв, к чему я клоню.

– Но невеселая.

– Ну, да. Нам сегодня пришло письмо из Ирландии, с шелкопрядильной фабрики.

– Серьезно? – Этот пустяк меня моментально отвлек.

– Да. В прошлом году это заведение – забыла название – получило Королевскую награду в сфере промышленности и в поддержку экспорта. Видимо, спрос в этом году ощутимо снизился.

– Да что ты! – я довольна, а Фи не чувствует иронии. – Я знаю, что это огромная ответственность.

– Ответственность огромная, а история слишком долгая.

Иногда Фи меня просто убивает.

– Так о чем я говорила? А, да. На следующей неделе, пока я буду брать интервью, постарайтесь найти тех, кто – по вашему мнению – может устоять.

– Ты, кажется, сама говорила, что таких не существует, – возражает Фи.

– Вот и докажите, что я не права. – Она что-то нервничает. Я стараюсь быть тактичной. – Найдите неуверенных в себе людей, которые сами себе не нравятся, не говоря уж о других. Или отберите тех, кто так жаждет публичного признания, что не рискнет быть униженным.

– Как многообещающие политики?

– Да, или масоны.

– Ты произвела сенсацию! Ты просто чудо!

– Спасибо, Найджел.

– Где ты их нашла?

– Это было не так-то просто, ты уж поверь.

– Твой расчет был безукоризненным. Мы уже выпустили шесть шоу, и только когда появилась опасность, что измена станет предсказуемой, ты нашла пару, которая смогла устоять.

Я улыбаюсь ему. Я стараюсь выглядеть спокойной, но, если честно, я тоже довольна. Мы нашли пару, которая устояла перед этим соблазном. Эти люди меня удивили. Они устояли не потому, что бывшая оказалась занудой или знала все слова песен «Дюран Дюран», не потому, что обеспокоены состоянием текстильной промышленности, и не потому, что боялись, как бы их не поймали. А просто потому, что верны друг другу.

Любовь.

Они ею дорожат, И хотят всю жизнь быть вместе.

– Зеленые еще, – комментирую я.

– Зато программа получилась отличная, – добавляет Фи.

Именно. Они совершили переворот. Вот во что хотят верить люди. Это их манит. Я снова вернула им веру в вечное счастье.

Мы собираемся сделать большое специальное шоу. Мы оплатим самое роскошное венчание, ведутся переговоры об аренде Вестминстерского аббатства для съемок. Эти слова подразумевают, что не существует такого члена королевской семьи или потомка аристократического рода, которого бы мы не заполучили. Я хочу дать людям то, чего они ждут.