Чтение онлайн

— На заметку: то, что я пью с тобой, ни капли не прибавило мне возраста в его глазах.

А затем до меня доходит, что я только что сказала. Я выпиваю с Саймоном. Я никогда не пила с ним раньше, так как была с его дочерью каждый раз, когда видела его. Впервые мы вдвоем за пределами его дома, без Хейден.

Понимание этого обрушивается на меня.

Это первый раз.

Мы в ресторане.

За столиком на двоих.

Попытайтесь так же, как и я, осознать, что во второй половине дня, когда на часах еще совсем невинное время, мы с ним сидим за столиком на двоих, заказываем вино и еду, и это отчетливо напоминает…

Неа.

Не буду об этом думать.

Не хочу об этом думать.

Потому что сейчас ничего непристойного произойти не может… не со мной, пьющей вино, хотя Саймон и выглядит великолепно, и мы далеко от его дома.

Ой-ой.

Это и есть все составляющие для идеального блюда под названием «Искушение».

Я заставляю себя зафиксировать в голове этот час с ним, как индивидуальное занятие, а не как свидание с человеком, которого я уже очень давно хочу.

Я достаю свой iPad, нажимаю на «Французские заметки» и говорю:

— Ну что ж, приступим.

Он кивает и улыбается мне, демонстрируя свои ровные белые зубы. На мгновение его взгляд встречается с моим.

— Учи меня, Эбби, — говорит Саймон, и все внутри меня сжимается, потому что он только что сделал эти три слова самыми сексуальными на свете.

Я — учитель, который хочет ученика.

И я облажалась.

Эбби

Час спустя Саймон выучил несколько новых ключевых терминов, которые сможет использовать в беседе с бизнес менеджером Габриэля, и еще мы попрактиковали другие фразы, которые также будут ему полезны, например «условия контракта» и «возврат инвестиций».

— Ты быстро учишься, — замечаю я, и это правда. Хотя я и не ожидаю, что он сможет поддерживать долгие разговоры, однако новые слова Саймон схватывает налету. — У тебя, определенно, есть хорошая база знаний.

— Спасибо. Еще у меня хороший учитель, — говорит он и поднимает свой бокал вина, чокаясь с моим. — Выпьем за то, чтобы не приглашать своих бизнес-партнеров искупаться голышом.

— В точку. Моя цель — не дать тебе допустить еще больше словесных ошибок в будущем, — говорю я с улыбкой, прилагая все усилия, чтобы она оставалась непринужденной.

Саймон допивает свое вино и ставит бокал на стол.

— Замечательная цель. Как ты думаешь, сколько еще уроков мне потребуется, чтобы добиться этого?

Бесконечное множество. Столько, сколько мы сможем организовать, потому что этот последний час еды, выпивки, обеда и разговоров выглядел в точности, как свидание.

Ой. Я подумала об этом.

Я делаю еще один глоток из своего второго по счету бокала вина. Этот напиток помогает моим нервам успокоиться и сосредоточиться на французском.

— Еще немного, — говорю я, пожимая плечом.

Черт. Это был кокетливый жест. Я. Должна. Сдерживать. Свое. Желание. Накинуться. На. Саймона.

Он откидывается на спинку стула.

— Тогда мы должны запланировать экскурсию по всем французским кафе и ресторанам для наших занятий. — Он делает жест рукой, будто демонстрирует рекламный щит. — Еда и урок.

Да, звучит идеально. Своди меня поесть вкусной еды, и я научу тебя говорить на этом гребаном сексуальном языке, потому что ты так чертовски горячо говоришь «условия контракта» на французском.

— Звучит как отличный план, — говорю я, скрещивая ноги и судорожно обдумывая новую тему, которая будет более безопасной, чем болтовня о том, что мы будем делать. — Итак, как ты попал в ресторанный бизнес? Тебе просто надоело работать на Уолл-стрит?

Он хмыкает, а затем отвечает:

— У меня был хороший опыт работы с финансами, но это бездушный бизнес и потенциально всепоглощающий тоже. Я хотел уйти от этого, пока не стал бездушным и одержимым.

— Ты уже начал таким становиться?

— Я был на пути к этому, уже повернул в нужном направлении. Я слишком часто работал по ночам. До рождения Хейден это уж точно. — Он тяжело вздыхает, и его голос наполняется сожалением. — Возможно, даже после, — говорит он так, будто признается в чем-то тяжком.

— Ты был трудоголиком?

Саймон пожимает плечами и поджимает губы.

— Меня так называли.

Ему не нужно произносить эти слова вслух, чтобы я поняла, кто его так называл. Его бывшая жена. Мое сердце разрывается, и я бы очень хотела, чтобы у него никогда не было бывшей жены. Чтобы я могла взмахнуть волшебной палочкой, и она просто растворилась в воздухе. Но это ужасно несправедливое желание по отношению к Хейден. Пусть так, но это то, что я чувствую — желание стереть его историю. Забрать ту боль, что она ему причинила. Но, опять же, именно эта боль и привела его в мою жизнь. Это часть того, кем он есть — отец-одиночка, выполняющий большую часть работы по воспитанию дочери.

Я провожу пальцем по краю бокала, а затем встречаюсь с ним взглядом.

— Кто, по-твоему, ты сейчас? Трудоголик?

Он смотрит мне в глаза.

— А как ты думаешь? — Его вопрос пропитан беспокойством, и я уверена, он отчаянно надеется услышать «нет».

Говорить «нет» легко, потому что это правда. Саймон усердно работает, но я не думаю, что он отчаянно зависим от работы. Успокаивающая улыбка появляется на моих губах.

— Нет. Ты вовсе не трудоголик. А еще я думаю, что ты — отличный отец для Хейден.

Он отвечает мне, широко улыбаясь:

— Я не могу передать тебе, как сильно рад это слышать.

— Когда я наблюдаю за вами двумя, мое сердце наполняется теплом. Видеть вас вместе — самое милое зрелище в мире. Ты одержим ею, а она обожает тебя. — Он не может перестать улыбаться, а затем опускает взгляд, но улыбка не сходит с его лица. — Я смутила тебя, сказав это?

Саймон поднимает взгляд и качает головой. Его голубые глаза сияют.

— Нет. Ты меня не смутила. Ты меня осчастливила.