Чтение онлайн

Я никогда не видела, как он возвращается с утренней пробежки, и образ его горячего и потного от упражнений тела возбуждает меня. Когда подхожу к двери, я решаю дать ему понять, насколько сильно. Сбрасываю полотенце, поворачиваю ручку и открываю дверь.

И мне становится плохо.

Кровь стынет в жилах, когда Мириам надменно выгибает бровь. Я захлопываю дверь, так как смущение наполняет все мое тело.

Я бегу. Буквально бегу в комнату Саймона, открываю шкаф и натягиваю его футболку.

Но это не спасает. Мне нечего надеть под нее. Черт.

Мое сердце бешено стучит о грудную клетку. Проблема не только в Мириам. А в человеке, который с ней. В маленьком человечке. Той, кто имеет значение. Дочери моего любовника.

Я стаскиваю с себя футболку, нахожу на полу свое платье, надеваю его, застегиваю молнию и через минуту возвращаюсь к двери.

Затем делаю глубокий вдох, высоко поднимаю подбородок и снова открываю дверь.

— Эбби! — кричит Хейден, но не бросается в мои объятия, как обычно.

Вместо этого она наклоняет голову в сторону со смущенным взглядом на лице, а затем спрашивает:

— Почему ты здесь в воскресенье утром? И почему ты была голой, когда открыла дверь?

Я краснею, и мое смущение приумножается. Она копает мне могилу.

— Мне нужно было принять душ, — заикаюсь я. По крайней мере, в этом есть доля правды. — Я не ожидала увидеть вас.

Мириам взглядом кидает в меня кинжалы.

— Это очевидно, — говорит она, а затем проходит мимо меня, толкая меня плечом, когда заходит в дом Саймона. — Где Саймон?

— Он вышел на пробежку, — говорю я.

— Я написала ему, что привезу Хейден на день раньше.

Хейден упирает руки в боки.

— Ты часто открываешь дверь голой?

Зажмурившись, я качаю головой.

— Это было ошибкой. Мне очень жаль.

— Это было странно, — говорит Хейден. — Но я все равно рада тебя видеть. И я рада, что теперь на тебе есть одежда.

Мириам проводит рукой по волосам Хейден.

— Не привыкай к ней, дорогая. Гэбби, наверное, не задержится здесь.

— Эбби, вообще-то, — поправляю я.

Мириам усмехается.

— Эбби. Гэбби. Не важно. Я обязательно оповещу всех своих подруг мам, что тебе нельзя доверять общение с отцами. И я не могу представить, что ты задержишься здесь еще хоть на один день.

Смущение превращается во что-то похуже. В то, что на вкус похоже на стыд. Не так я хотела, чтобы Хейден узнала про нас с ее отцом, а вместо этого я голой открыла дверь ей и ее матери.

Через пять секунд раздается еще один стук в дверь, и Хейден радостно бежит ее открывать.

— Я получил сделку! — радостно кричит Саймон в то же время, как маленькая девочка кричит: — Папочка!

Выражение его лица меняется за секунду. Саймон переводит взгляд с дочери на бывшую жену, а затем на меня.

Этот момент. Эта неизвестность. Именно этого я боялась, и это не из-за его бывшей жены. Просто я не хочу быть женщиной, которая спит со своим боссом.

Мириам нарушает неловкое молчание:

— Так-так-так, — говорит она. — Разве это не клише?

Саймон

Я не повышаю голос, хотя и хочу этого. Но крики на Мириам ни к чему не приведут. Даже когда она снова набрасывается на меня после того, как Эбби уходит, а Хейден отправляется в свою комнату, чтобы спокойно поиграть.

Мириам выдвигает металлический стул на кухне, усаживается на него и качает головой так, будто она судья и так сильно разочаровалась во мне.

— Серьезно, Саймон? Трахать няню?

Я сгораю от гнева. Сжимая кулаки, я стараюсь говорить спокойно.

— Кто бы говорил.

Она надменно смеется.

— Я не спала с няней.

— Ты спала с коллегой, — говорю я, а затем, повернувшись, открываю холодильник и достаю бутылку с водой. Я наливаю воду в стакан, напоминая себе не вступать с ней в бой. В войну. Я опустошаю половину стакана, ставлю его на стол и поворачиваюсь к ней снова, спокойнее, чем несколько секунд назад.

— Но это уже в прошлом. И неважно, — спокойно говорю я, потому что не хочу ворошить прошлое и снова обсуждать то, что привело нас к разводу, когда Хейден было два года. Что я действительно хочу знать, так это почему она, черт возьми, пришла на день раньше. — Твой телефон не работает? Почему ты не написала мне, что придешь на день раньше и привезешь с собой Хейден?

— Разве ты не хочешь, чтобы твоя дочь проводила с тобой как можно больше времени? Господь знает, что ты боролся со мной за это при разводе.

Я смеюсь.

— Ты тоже этого хотела. Не притворяйся.

Она фыркает.

— Мне нужно улететь в Калифорнию сегодня вечером. Утром я написала тебе, что привезу ее.

— Я не видел сообщения от тебя.

— Ну, я уверена, что оно есть. Иди и проверь.

Я качаю головой.

— Это не важно.

— Почему нет? Кажется, ты сомневаешься во мне. Или ты не хочешь смотреть свои сообщения прямо сейчас, потому что в твоем телефоне могут быть снимки голой няни?

Мое сердце сжимается. Мне не нравится, что сейчас я должен защищать Эбби. Она не сделала ничего плохого.

— Я не собираюсь ловить наживку, Мириам. Я даже не знаю, зачем ты здесь. Ты привезла Хейден. Можешь уходить.

Мириам скрещивает руки на груди.

— Я здесь потому, что начинаю сомневаться в том, будет ли наше соглашение работать по-прежнему так же хорошо теперь, когда я знаю, что в твоем доме повсюду бегают голые шлюхи, открывающие дверь перед носом нашей малютки, которая скоро пойдет в детский сад.