Чтение онлайн

— Эй!

Кто-то тряс его за руку. Все еще погруженный в свои мысли, Марк поднял глаза на Рона.

— Хватит ломать себе голову, Марк. Мы скоро найдем собаку. Не мучайся, тебе надо отдохнуть.

Рон продолжал говорить, но Марк больше не слушал его. Мысленно он снова был уже в другом месте.

Восемь изнурительных часов они провели, внимательно осматривая каждую скалу, каждую каменную глыбу на плато. В конце долгого дня они, вернувшись в лагерь, привезли с собой лишь солнечные ожоги и скверное настроение. Но Марк думал не об этом дне, и никто даже не подозревал, что его сейчас занимало, ведь он никому не рассказывал о ночном происшествии. Только гафир во время своего обхода прошлой ночью видел его, когда он, полуголый, покрытый потом и разговаривающий сам с собой, стоял посреди пустыни. Гафир решил, что американец напился. Он направил свет своего фонарика на Марка и тем самым спугнул удивительную женщину в белом. Она только и успела, что произнести свое имя.

Когда все шумно поднялись со своих мест и разбрелись кто куда, Марк как будто очнулся и вышел из оцепенения. Он знал, что Алексис Холстид пойдет к себе в палатку и примет снотворное, чтобы забыться и не чувствовать изнурительной жары. Хасим уединится, чтобы писать письма своей многочисленной родне. Рон будет сидеть в лаборатории, а Сенфорд Холстид, наверное, займется своими обычными упражнениями на свежем воздухе.

В столовой осталась только Жасмина.

— Вы сегодня не слишком разговорчивы, — сказала она ему.

Марк отодвинул в сторону тарелку с нетронутой едой и встал:

— Есть много вещей, о которых мне нужно подумать.

— Вы должны что-нибудь поесть. Вы уже и так похудели.

— Да? — Марк пощупал свой живот и обнаружил, что складки жира спереди и по бокам над ремнем брюк исчезли. Его тело стало крепче и стройнее.

Он вместе с Жасминой вышел из палатки и снова предался своим мыслям. Они молча шли по лагерю. Около своей палатки Жасмина остановилась и взглянула на Марка.

— Марк, я беспокоюсь.

— Из-за чего?

Она огляделась и понизила голос:

— Речь идет о мистере Холстиде. У него сильные кровотечения, но он не хочет, чтобы я его лечила. Не знаю только почему.

— В этом весь Сенфорд Холстид. Ему очень трудно открыто признать свои слабости, особенно перед женщиной.

— Что вы имеете в виду?

— Дело в том, что Холстид один из тех мужчин, которые считают себя невероятно сильными и мужественными. Думаю, ему приходится постоянно доказывать это самому себе. Он старается казаться человеком со стальным здоровьем и никому не может признаться в том, что он не такой уж исключительный.

— Но это же глупо. Ему нужен врач.

— Вы можете ему помочь?

Она покачала головой.

— Он настолько плох?

— Этого я не могу сказать, пока не осмотрю его. Он разговаривал с вами еще раз о своем здоровье?

— Нет. Я уже почти совсем забыл об этом.

— Ну, хорошо… — Она посмотрела вниз, на свои ноги, и поводила голым пальцем по песку.

— Как ваша палатка? Вы замечали каких-нибудь насекомых?

— Только нескольких…

— Хм.

Марк посмотрел на ее склоненную голову, любуясь густыми черными прядями, спадающими ей на спину и плечи. Она была такой маленькой, такой спокойной, такой нежной, но в то же время такой возбуждающе-чувственной. Он спрашивал себя, что она, интересно, думает о нем. Но, в общем-то, он мог себе это представить. Пропасть, разделяющая мусульманскую и европейскую культуры, была слишком велика. Он не был уверен, что она чувствует то же, что и он, — желание заключить ее в свои объятия, упиваться ее поцелуями и лечь с ней в постель…

Жасмина подняла голову, и Марк мгновенно устыдился своих мыслей. Она смотрела на него со слегка приоткрытым ртом, как будто ждала, что он что-нибудь скажет.

— Ну, тогда спокойной ночи, — наконец проговорил он.

После того как она исчезла внутри палатки и застегнула молнию москитной сетки, Марк побрел прочь от палаток, решив перед сном спокойно выкурить еще одну трубку.

Недалеко от старой стены он наткнулся на Алексис Холстид, неподвижно стоявшую на месте и как будто прислушивающуюся.

— Миссис Холстид?

Когда он приблизился к ней, то снова почувствовал знакомый запах гардении, но на этот раз к нему примешивалось еще что-то. Это был своеобразный, едва уловимый запах… Он остановился перед ней и увидел, что Алексис неподвижно смотрит прямо перед собой пустыми остекленевшими глазами. К сладкому запаху гардении примешивался еще какой-то другой, неприятный запах.

— Миссис Холстид?

Ее глаза оживились, и она перевела взгляд на Марка. Это выглядело так, как будто ее только что разбудили.

— Вы слышите шелест ветра в листве деревьев?

Марк окинул взглядом безветренную ночную пустыню:

— Здесь нет деревьев, миссис Холстид.

Внезапно ему пришло в голову, что это был запах перегара.

— Но я слышу его совершенно отчетливо…

— Это невозможно, миссис Холстид. Вам только кажется.

— Конечно. — Алексис глубоко и шумно вздохнула.

— Вам не холодно?

Она немного поежилась, но тут же энергично затрясла головой:

— Нет, я превосходно себя чувствую. Воздух пустыни вызывает у меня удивительные видения…

— Почему вы не идете спать?

— Я не устала. Садитесь же и поболтайте немного со мной.

После того как они опустились на стену из речного ила, Марк полез в карман рубашки и вытащил оттуда трубку и кисет.

— Тоскливо, правда? — заметила Алексис.

Марк кивнул, набил трубку и закурил.

— Как только археологи это выносят?

Марк потягивал трубку, глядя прямо перед собой. Он почувствовал, как Алексис придвинулась к нему.

— Доктор Дэвисон…

— Да?

Она положила свою ладонь на его руку:

— Вы никогда не пытались представить себе?..

— Что?

— Как здесь все выглядело три тысячи лет назад?

Он неестественно рассмеялся:

— Конечно. Ведь в сущности это и есть моя профессия — представлять себе, как все было когда-то, миссис Холстид. Я — египтолог.

— Зовите меня просто Алексис.

Марк чувствовал себя неуютно. Казалось, как будто она хотела приласкать, раздеть и изнасиловать его мутным взором своих зеленых глаз. Это была Алексис Холстид, но в то же время это была не она, как будто что-то постороннее вселилось в нее. И снова его удивило, насколько знакомым казалось ему ее лицо, сводившее с ума своей красотой. Как античный, высеченный из камня профиль…