Чтение онлайн

Хозяйка планеты растворилась в воздухе, а я стоял неподвижный, зачарованный видением, и раздавленный печалью расставания.

Оптимизатор сигнализировал — опасная агрессия на организм. Не чувствовал, что там с организмом, а комбинезон был разъеден плесенью до самых колен. Отрываюсь от поверхности.

— Билли, свяжи с Любой.

Через мгновение сухое:

— Да.

— Люба, я возвращаюсь.

— Даю координаты для оптимизатора.

Промчался над равниной, захваченной плесенью. Вода пропала — дождей не стало. Из прежнего пейзажа только вулканы пыхтели, пылая яростью мщения.

Явился в тряпье — всё, что осталось от комбинезона.

Люба сидела перед экраном флаера. Продезинфицированный и переодетый склонился к её плечу.

— Что там?

— Интенсивные извержения. Лава растекается по планете.

Плесень уничтожила воду. Лава уничтожает плесень. На сколько лет мы задержали развитие планеты? Десятки, сотни, тысячи? Может, миллион?

Эх, Люба, Люба.

Планета агонизировала — облака уступили место дымам. Роды не состоялись — ветры порвали призрачное покрывало.

Ночью флаер перебрался на орбиту, и оттуда, наворачивая круги, мы наблюдали на экране, как пыхтят и тужатся вулканы, выплевывая на поверхность внутренности.

Почему не улетаем? Госпоже Гладышевой нравятся катаклитические зрелища? Может быть. Я ни о чём не прошу. Сплю в кресле второго пилота. Наша кровать пустует. Мы мало общаемся. Наверное, на Земле расстанемся. Я готов.

Почему Люба медлит? Что высматривает на горящей планете?

— Билли, что там, у Любы на душе?

— Считаешь уместным?

— Ну, а твой-то разум просветлел?

— Я в сомнениях, Создатель. Нагородил ты с этими душами так, что готов поверить.

— Объективной реальности плевать на твои сомнения — она существует, и всё тут. Хотя твой консерватизм сыграл определённую роль — я познал любовь богини, но не докопался до истоков мироздания. А тема была близка к решению. Венера указывала на плазму — в ней и надо искать ответы на вопрос. Займёмся плазмой, а, Билли?

— Мы уже занимались нейронами головного мозга.

— Тоже интересная тема.

— Тем-то много — желания, увы, мало. Сибарит ты, Создатель, и бабник. Тысячу раз права Любовь Александровна.

— Не хочу пускаться в бесплодные споры — с кастратом истину не родить.

— С каких пор?

— Я тебя имел в виду.

— Грубовато.

— А ты думал, я прощу душепленение? Ошибаешься, брат.

— Будут репрессии? Оптимизатор в урну?

— Не зарывайся — в нашем аппарате вполне приличный климат и антигравитация своя.

— Ну, хорошо, хорошо, давай не будем делать резких движений.

— Я тоже не против перезагрузки. Объясни, как допустил экспансию плесени на планету?

— Какие слова! В начале опыта всё казалось проще и обыденней. Но интересней. В тебе разве не было любопытства?

— Билли, я уважаю твоё желание стать человеком, но ты лишь суммарный разум человечества — и тебе не дано права на ошибку. Холодный, трезвый, взвешенный расчёт всего и вся. Только такой ты нужен.

— Для чего?

— Ты на службе человечеству — забыл? И ближайшая задача — плазма.

— А как же противометеоритный зонт Солнечной системы?

— Ты знаешь, с какого бока подойти к теме? Вот и я. Может, познав основы мироздания, мы ближе продвинемся и к ней.

— Где и как будем изучать плазму?

— Здесь. Думаю, с Венерой поладим.

— Любовь Александровна?

— Останется на Земле или где пожелает. Здесь ей не место. Ты поможешь мне?

— Вы расстаётесь?

— Так будет лучше.

— Тебя влечёт богиня?

— Не буду отрицать — и это имеет место.

— Создатель, ты постоянно идёшь на поводу своих страстишек, и столько времени потрачено впустую.

— Впустую? Что ты понимаешь, виртуальный сверчок. Я только тогда и жил, когда любил….

— Послушай, Создатель, Венера — не женщина, это плод твоего воображения. Она субстанция, энергетика планеты, фантом. Ей ничего не стоит предстать в обличии дракона и схрумкать фантазёра за его же собственный страх.

— Она была страстной и нежной.

— А ты невинный и романтичный. Сейчас роли изменились. Помнишь — у неё не было лица, когда она говорила про белую заразу? Но и ты тогда не трясся от страха. Явись сейчас….

— А я явлюсь бесстрашным. Ты ведь поможешь управиться с чувствами?

— Если убедишь в реальности своей задумки.

Нескончаемый спор у экрана компьютера.

На Венере ночь. Мы влетели в тень планеты, и она контрастнее показала масштабы извержений — огненные змеи свернулись в океаны огня. Но оставались ещё горы.

— Что это? — Люба встрепенулась в кресле.

Тёмные пятна горных складок озарились белым сиянием и начали менять свои очертания.

— Билли?

— Реакция термоядерного деления.

— Атомный взрыв?

— Скорее реактор объёмом в целую планету.

И бортовой компьютер:

— Интенсивное излучение — опасно для жизни.

— Уходим, — сама себе дала команду Люба.

Флаер увеличил орбиту, но всё ещё находился в поле притяжения планеты. Мы продолжали наблюдать за Венерой.