Чтение онлайн

— Может, ему стало плохо?

— Не исключено, но надо разобраться, что вызвало недомогание.

— У вас есть свои соображения!

— Главное, я озяб, эта сырость пробирает меня до костей. Я не против продолжить нашу беседу, но подальше от воды, у лестницы в контору. Там что-то вроде микроклимата. Не возражаешь?

София взяла старика под руку и увела его под трап, служивший конторе коридором между офисами. Джу-элс облюбовал местечко под единственным окном, в котором в этот поздний час еще не погас свет. София знала, что у всех стариков есть причуды и что любить их — значит не чинить помех их привычкам.

— Совсем другое дело! — заявил Джуэлс. — Здесь лучше всего!

Они сели у стены. Джуэлс разгладил свои клетчатые штанины.

— Так что там насчет Гомеса? — напомнила ему София.

— Ничего я не знаю! Но ты слушай, вдруг ветерок чего-нибудь нам нашепчет?

София нахмурилась, но Джуэлс приложил к губам палец. В ночной тишине София расслышала низкий голос Лукаса, доносившийся из кабинета у нее над головой.

Херт, сидя на краю пластикового стола, подталкивал в сторону директора службы недвижимости порта запечатанный пакет из крафт-бумаги. Друг напротив друга сидели Теренс Уоллес и Лукас.

— Треть сейчас, треть — когда ваш административный совет проголосует за отчуждение доков, последняя треть — когда я подпишу разрешение на исключительное право продажи участков, — говорил вице-президент.

— Мы договорились, что совет соберется до конца недели, — напомнил Лукас.

— Слишком мало времени, — простонал Уоллес, еще не осмелившийся взять коричневый пакет.

— Близятся выборы! Мэрия с радостью объявит о превращении грязной портовой зоны в чистенькое жилье. Это будет настоящей манной небесной! — И Лукас сунул пакет Уоллесу в руки. — От вас требуется не такая уж трудная работа.

Лукас встал, подошел к окну, приоткрыл его и добавил:

— А поскольку скоро вам уже не нужно будет работать, вы сможете даже отказаться от повышения, которое вам предложат в благодарность за то, что вы их обогатили…

— Вернее, за предотвращение неминуемого кризиса! — подхватил Уоллес жеманным тоном, протягивая Эду большой белый конверт. — В этом секретном докладе указана стоимость каждого участка Повысьте ее на десять процентов — и мои администраторы не смогут отказаться от вашего предложения. Уоллес схватил пакет и радостно его потряс.

— Они у меня соберутся не позднее вечера пятницы!

Внимание Лукаса, оставшегося у окна, привлекла тень внизу. Когда София садилась в машину, ему показалось, что она заглянула ему в глаза. Габаритные огни «Форда» растаяли в темноте. Лукас повесил голову.

— У вас не бывает угрызений совести, Теренс?

— Забастовку спровоцирую не я! — ответил тот, выходя из кабинета.

Лукас отверг общество Эда и остался один.

Колокола собора Божьей Милости пробили полночь. Лукас надел плащ, засунул руки в карманы. Открывая дверь, он погладил кончиками пальцев обложку украденной книги, которую везде носил с собой. С улыбкой глядя на звезды, он продекламировал:

Матильда почти каждый час стонала, ее все еще мучила боль, и она забылась только на рассвете. София встала, стараясь не шуметь, поспешно оделась и на цыпочках удалилась. В окно на лестнице заглядывало ласковое солнце. Внизу она столкнулась с Рен: та открыла дверь ногой, потому что ее руки были заняты огромным букетом цветов.

— Доброе утро, Рен!

Рен сжимала зубами конверт и в ответ только замычала. София подскочила к ней, чтобы помочь, забрала букет и положила его на столик у двери.

— Кто-то вас балует, Рен.

— Не меня, а тебя! Держи, эта записка тоже, кажется, тебе.

Она протянула Софии конверт, та недоуменно поспешила его вскрыть.

«За мной объяснения, позвоните мне, пожалуйста. Лукас».

София спрятала записку в карман. Рен любовалась цветами с наполовину восторженным, наполовину насмешливым выражением.

— Гляди-ка, ты ему не безразлична! Тут их сотни три, разных сортов! У меня не найдется для такого букета достаточно большой вазы.

Мисс Шеридан направилась в свои комнаты, София последовала за ней, нагруженная роскошным букетом.

— Положи цветы у раковины, я наделаю тебе букетов нормальной величины, ты заберешь их, когда вернешься. Беги, я вижу, что ты уже опаздываешь.

— Спасибо, Рен, я скоро вернусь.

— Да-да, пошевеливайся, терпеть не могу, когда ты присутствуешь только наполовину, голова уже в другом месте!

София обняла свою квартирную хозяйку и убежала Рен достала из шкафа пять ваз, расставила их на столе, нашла в кухонном ящике секатор и принялась составлять композиции. Длинную ветку сирени она отложила в сторону. Когда над головой у нее заскрипел паркет, она отвлеклась от приятного занятия, чтобы приготовить Матильде завтрак. Немного погодя, поднимаясь по лестнице, она бормотала:

— Квартирная хозяйка, цветочница… Что теперь? Голова идет кругом!

София поставила машину перед «Рыбацкой закусочной». Войдя, она сразу узнала инспектора Пиль-геса. Полицейский пригласил ее подсесть к нему.

— Как поживает ваша подопечная?

— Потихоньку поправляется. Нога беспокоит ее больше, чем рука.

— Понятное дело, на руках в последнее время не очень-то принято расхаживать.

— Что вас сюда привело, инспектор?

— Расследование падения докера в трюм! Чем вас угостить? — Пильгес повернулся к стойке.

Без Матильды в закусочной приходилось запасаться терпением и подолгу ждать заказанного, даже простого кофе.

— Уже известно, почему он упал? — спросила София.