Чтение онлайн

Иза удивленно приподнял брови и быстро ответил:

– Я не буду говорить с тобой до тех пор, пока твой напарник находится в этой каюте. Он должен вернуться на вашу капсулу!

Марсий оглянулся на Кария.

– Уходи, – попросил он его.

– Что? – не понял его друг. – Ты хочешь остаться здесь один? Это самоубийство!

– Уходи немедленно! Это приказ! – скомандовал Марсий.

Скрепя сердце Карий медленно стал подниматься по лестнице вверх. Иза бросил ему вслед:

– Только без фокусов! У меня твой напарник, и я все вижу!

Марсий оставался со стариком один. Его магнитный луч был спрятан за поясом. Иза видел это и приказал:

– Вытащи луч, положи на пол и толкни ко мне!

Марсий медленно выполнил приказ старика. Иза наступил на луч ногой и поднял его. Он посмотрел на мониторы, следя за Карием, убедился, что тулонец вернулся на капсулу, и стал говорить:

– Вот теперь мы можем разговаривать, – спокойно произнес он. – Предлагаю по порядку. Первое: Тулоне нужно знать, кто атаковал ее, и я подготовил отчет, – старик вытащил из кармана информационный носитель и показал Марсию.

Марсий потянулся к носителю, но старик не позволил взять его, предупредив:

– Деньги вперед!

Марсий достал из рюкзака все четыре куба и отдал старику.

– Плата достойная, твой генерал не будет сожалеть. Информация, которую я даю, изменит все!

С этими словами старик передал Марсию носитель и продолжил:

– Второе: у тебя есть вопрос от себя лично, как я понял.

Марсий кивнул и повторил:

– Где ваша девочка видел мир, которой показали в спектакле?

Старик о чем-то задумался, покачался с ноги на ногу, нахмурился и выступил со встречным вопросом:

– Иными словами, ты просишь меня дать тебе еще информацию, так?

– Да! – нетерпеливо воскликнул Марсий.

– В таком случае знай: Иза никогда ничего не дает просто так! – произнес старик.

Марсий кивнул.

– Тебе известно, что дороже всего во вселенной?

– Что?

– Информация! А правдивая информация стоит вдвое дороже! Хочешь знать правду, где моя Лика видела это? Тогда ты должен заплатить! – лукаво улыбаясь, произнес старик.

– Боюсь, мне нечего вам больше предложить! – с досадой воскликнул Марсий.

– Твое кольцо! Я вижу у тебя на пальце кольцо, а говоришь, нечего предложить, – неприятно прищурившись, произнес Иза.

Марсий вздрогнул. Кольцо было бесценно в его понимании, и речи о том, чтобы расстаться с ним, быть не могло. Он нашел его в потайном ящике отца после его гибели, а до этого кольцо носил дед, еще раньше прадед, он видел его на старинных объемных фото. Кольцо было с Лаунами с самого начала рода.

– Это кольцо слишком дорого мне! – взволнованно ответил юноша.

– Что ж, решать тебе. Если кольцо дороже, чем информация, которую ты можешь получить, то уходи, если нет, снимай кольцо – и увидишь все своими глазами.

Марсий встал перед неприятным выбором. Лишиться отцовского кольца означало потерять незримую защиту всего рода, которую он ощущал, нося его, а не лишиться было все равно что упустить шанс узнать ответ на вопрос, терзающий его более остальных. Плата была огромной, но великая сила любопытства тянула его к старику сильнее, чем самая огромная планета может тянуть несчастного своим притяжением.

«Я никогда не прощу себя, если уйду сейчас, так и не получив ответа», – подумал Марсий.

С болью сорвав кольцо, он быстро протянул его.

Заполучив желаемое, Иза внимательно изучил металл под микроскопом, неожиданно возникшим перед его глазами, затем потряс кольцом в воздухе, словно проверив, каково оно по весу, после попробовал на зуб и, удовлетворенно улыбнувшись, спрятал кольцо в карман. После чего с многозначительным выражением лица он принялся говорить:

– Несколько лет назад я обнаружил импульс. По роду своей деятельности я ловлю тысячи сигналов из разных уголков вселенной каждый день, и тот, о котором пойдет речь, не показался мне особеннее остальных. Слабый, еле уловимый остаточный импульс, одна и та же повторяющаяся схема, требующая детальной расшифровки. Было непросто, такой системы передачи сигнала я еще не встречал, он удивил одновременно как своей примитивностью, так и своей гениальностью. Но кое-что я все-таки выудил!

С этими словами старик полез под стол и вытащил из самодельной коробки, украшенной детскими рисунками, прозрачный информационный носитель, похожий на стеклянный куб с подсвеченными ребрами.

– А-а-а! – заверещала девочка и потянула руки.

– Лике нравится. Ее забавляют картинки и музыка. Я включаю ей их перед сном вместо сказки, – произнес старик, подвесив невидимый куб на световой нити за одну из вершин.

Девочка широко улыбнулась. Она подошла вплотную и встала рядом с ним, желая в очередной раз насладиться любимыми видами.

Внутри куба стало собираться облако. Оно густело и росло, натягиваясь, как полотно, на все грани. Куб увеличился в размере. По стенкам неспешно побежали картинки, вместе с ними зазвучала музыка. Подобной мелодии Марсий никогда не слышал. Музыка казалась особенной, тревожной и пробирающей до глубины души. Одна за одной, словно слайды, картинки понеслись перед глазами. Марсий с трепетом всматривался в каждую из них. Казалось, он лицезрел свое видение наяву. Диковинные пейзажи сменялись непонятными схемами и цифрами; образ кроткой женщины с младенцем на руках; портрет уже другой одинокой женщины, в темных одеяниях, с загадочной улыбкой; графическое изображение обнаженного человека в колесе с раскинутыми в разные стороны руками и ногами, фигуры невиданных зверей и птиц, и вновь схемы и цифры. В одной из комбинаций Марсий распознал ДНК человека, другая напоминала строение неизвестной молекулы. Затем картинки стали повторяться, прокручиваясь по второму кругу. Завороженный невероятной по силе музыкой и красотой чистых видений, он почувствовал, как против его воли по щекам потекли слезы. В эту минуту он испытывал неописуемой силы восторг и не дышал.

– Откуда получен сигнал? – еле слышно произнес он.

Старик загадочно молчал.

– В том мире тоже живут люди, вы же это видите? – взволнованно спросил юноша.

Старик кивнул:

– Видимо, да!

– Вы не пробовали найти их?

Иза удивился и на полном серьезе спросил:

– А зачем?

Марсий не слышал его, все у него внутри бушевало.

– Откуда получен сигнал? – как завороженный повторял он.

Старик Иза открыл было рот, но вдруг осекся и укоризненно произнес: