Чтение онлайн

– Я против, – решительно заявил Жадность. – Это абсурд. Что вы собрались делать. Неужели… Исправлять? Бред. Я не хочу видеть его в нашем обществе.

– Ещё скажи, что смертные тебе противны, – прищурилась Гордыня. – Кому ты чешешь, Нот?

– Не противны. Мне интересно наблюдать за ними, но подпускать близко…

Он уже осознавал – один против шести. Никто больше рьяно не протестует, по большей части из-за Лени. Мелкую любили все, вряд ли заслуженно, но любили.

– Кто сказал, что близко? Он всё равно что интерьер мебели. Даже поесть выходит через раз, не говоря о том, что в комнате своей почти не двигается. Что изменилось с того момента, как он приехал? – Похоть вздохнула. – Ровным счётом ничего. Он не будет нам мешать. Но если тебе так приелось…

Девушка выступила вперёд, вытягивая руку. На раскрытой ладони задребезжал сизый, тусклый свет, озаряя красивое лицо хищным оскалом.

– Хочешь? – мило спросила она, склоняя голову на бок. – Хочешь. Я отдам это тебе, когда либо он свалит отсюда, либо мы решим переместиться. А до тех пор – не рыпайся. Много на себя берёшь.

Жадность смотрел ей в ладонь как заворожённый и тяжело сглотнул.

– Будь по-твоему, – хрипло проговорил он и тут исчез.

Похоть удовлетворённо хмыкнула, сжав пальцы в кулак и взглянула на недоумевающую Лень.

– Радуйся, – пояснила демоница. – Ты завела себе смертного.

Николас занялся составлением списка для отчима. Домашка никуда не денется, а этот уже написал ему с напоминанием, намекая про умственные способности и попросил поторопится, ведь ему нужно распределить зарплату на месяц. Такие убытки потерпел, купив этот дом – Ник и представить не мог! И разумеется, за это, пасынок ему был по гроб жизни обязан.

– Только попробуй мать расстроить, – пригрозил мужчина, пока парень зубочисткой чистил ногти грязь, а сам разговор поставил на громкую. – Не смей подвести свою семью. Покажи этим провинциалам, что они теряют, сидя в своих захолустьях!

“Интересно, ты думал в таком ключе об этом городе, когда выбирал дом?”

– Разумеется, Дэвид.

– И имей в виду, что я буду самолично следить за твоей успеваемостью. Договорился с директором – раз в две недели мне на почту будут присылать табель твоей успеваемости и не дай Господь, если я обнаружу там больше двух “удовлетворительно”!

“Может, тебе тогда стоило нанять репетитора по физике, как я просил целый год? Раз ты настолько обеспокоен моей грёбанной успеваемостью?”

– Не переживай. Всё в порядке. Я пойду, хорошо? У меня тут домашка, а время поджимает. Передавай маме привет.

Вряд ли отчим действительно выполнил его просьбу, зато пробурчал прощальное “Пока” и сбросил, чем бесконечно его порадовал.

– Привет.

Ник поднял усталый взгляд, попытался найти источник звука, но поздно дошло, что искать стоит внизу. Та девушка в кигуруми сидела, дёргая длинные уши кролика. Парень внезапно засомневался, а искусственная ли это шерсть.

– Тебе так ничего и не объяснили, да? – она склонила голову на бок. – Хочешь – объясню?

Она говорила тихо, мелодично, вальяжно. Не была ураганом, но всё же что-то в интонации настораживало. Николас подобрался, внутренне сжался, к чему-то приготовился. Складывалось впечатление, будто Ник боялся собственной тени. Ведь девушка выглядело безобидно – сложно воспринять как нечто опасное девчонку в кигуруми, которая пусть и появилась посреди комнаты.

– Будь добра, – кивнул Николас и потянулся к сигаретам, поднял с пола банку, определённую под пепельницу. Снова захотелось курить.

Девушку подобное не смутило. Она любезно даже помогла прикурить – прямо с пальца, голубоватым огонёчком, грустно улыбнулась и начала говорить.

Ник слушал и ловил себя на мысли, что в ней возможно утонуть. Девушка, или как представилась, Лень – не была ураганом, но с уверенностью тянула на тихий омут. Голос не менял тональности, не был визглив – ощущение, что она устала говорить ещё очень давно, а её до сих пор заставляют. Тем не менее Лень не запиналась, хоть и теряла иногда линию повествования.

Как можно было быть такой… невозможной? Такой на него похожей и при этом – полной противоположностью? Николас видел знакомые тлеющие угольки в глубине голубых глаз. Такие же можно было найти и в нём, если долго вглядываться в зеркало ванной комнаты и ненавидеть себя всё сильнее, сильнее, сильнее… Всякий раз, когда Николас отвлекался от разговора и куда-то проваливался, Лень делала небольшой пас рукой и мысли с довольным урчанием отступали, насытившись тоской в очередной раз. Гудела голова.

Что сами Семь Смертных Грехов забыли в этом месте? Почему эти совпадения и случайности, которые так часто делают людей счастливыми для него вечно оборачиваются как минимум не приятностями? Мог же спокойно прожить этот год, выпуститься из школы, а потом… обычная жизнь, каких тысячи. Но нет, Судьба в очередной раз решила постебаться свалив на него грёбанных демонов и проповедника.

“Может, хватит ныть?” – флегматично спросил внутренний голос. Николас только заткнуться ему посоветовал. Наверное, нытьё – это то, что отделяло его от поистине дерьмового состояния. Лучше жалеть себя, чем приниматься копаться в собственном тёмном подвале.

– Так значит, вы решили, что я могу остаться, чтобы… Что? – потёр он переносицу после того, как девушка замолчала. В монологе успела о многом поведать, чуть ли не о смысле мироздания, но Ник предпочёл пропустить большую часть мимо ушей. Хватит и действительно полезной, расставляющей все точки над “i”, информации.

– Я хочу помочь тебе! – просияла девушка, подаваясь вперёд. – Понимаешь, я…

– Не надо! – дёрнулся, как от удара, Николас, взглянув на неё почти с ужасом. Запнулся об искреннее непонимание в омуте взгляда и процедил, давясь собственной никчёмностью. – Не надо. Меня. Спасать.

“ – Я хочу помочь тебе, – карии глаза смотрят прямо в душу. – Тебе нужна помощь, понимаешь?”

Он мотнул головой.

– Ты думаешь, мы плохие, да? – печально сощурилась Лень. – Думаешь – я плохая?

Сказать, что Николас в этот момент чувствовал себя паршиво – ничего не сказать. Он вообще не знал, что думать, не знал, как реагировать на такие заявление от них. Были только эти бессмысленные щиты, которые мгновенно поднялись, выставили защитные орудия и были готовы атаковать всеми возможными способами, лишь бы эти тонкие руки не коснулись укрытого. Лень смотрела на него, а Нику казалось, что она глядит прямо в изорванную, гадкую душонку, настолько её взгляд был понимающим и осознающим. Помимо этого, находил там обиду, которую никак не мог объяснить. Она же… демон, чёрт возьми! Разве демоны умеют так смотреть?! Разве они должны так смотреть?!