Семь я
Шрифт:
Сонет 98
Расстались мы весной, когда, ликуя,
Апрель царил над грешною Землей,
А в небе, хохоча и торжествуя,
Сатурн свершал тяжёлый танец свой.
Ни голос птиц, влюблённый и безгрешный,
Ни краски распустившихся цветов
Не помогли родиться сказке вешней.
Я был им чужд, печален и суров.
Ни лепестки цветущих белых лилий,
Ни первых роз душистый аромат
Моей душе, напомнив, не затмили
Твой поцелуй, твой несравненный взгляд.
Ведь я - зима, а блеск весенних дней -
Лишь тень от тени дорогой твоей.
Сонет 102
Да, я люблю. Но страсть моя безмолвна:
Чем чувство тише, тем оно сильней.
Не любит тот, кто чувство славит вольно:
Не раб любви он - а тиран над ней.
Тебя встречал я песней золотою,
Когда любовь была ещё юна.
Так соловей поёт в цветах весною -
Но умолкает, лишь пройдёт весна.
Когда замолкнет пенье над долиной,
Зной лета не утратит красоты,
Но, лишь привыкнув к песне соловьиной,
Сочтёшь его напев невзрачным ты.
Как соловей, умолк и я - и пусть!
Боюсь в тебе я песней вызвать грусть.
Сонет 98
From you have I been absent in the spring,
When proud-pied April (dress'd in all his trim)
Hath put a spirit of youth in every thing,
That heavy Saturn laugh'd and leapt with him.
Yet nor the lays of birds, nor the sweet smell
Of different flowers in odor and in hue,
Could make me any summer's story tell,
Or from their proud lap pluck them where they grew;
Nor did I wonder at the lily's white,
Nor praise the deep vermilion in the rose,
They were but sweet, but figures of delight,
Drawn after you, you pattern of all those.
Yet seem'd it winter still, and, you away,
As with your shadow I with these did play.
Сонет 102
My love is strength'ned, though more weak in seeming,
I love not less, though less the show appear;
That love is merchandiz'd whose rich esteeming
The owner's tongue doth publish every where.
Our love was new, and then but in the spring,
When I was wont to greet it with my lays,
As Philomel in summer's front doth sing,
And stops [her] pipe in growth of riper days:
Not that the summer is less pleasant now
Than when her mournful hymns did hush the night,
But that wild music burthens every bough,
And sweets grown common lose their dear delight.
Therefore like her, I sometime hold my tongue,
Because I would not dull you with my song.
Сонет 110
Да, это так: по свету я бродил,
Наряда не снимая шутовского,
За грош я продавал душевный пыл,
Страсть попирал я увлеченьем новым!
Да, это так: суровой правде я
Смотреть в лицо не смел - и отвернулся...
Но я нашёл тебя, любовь моя,
И юный пыл опять во мне проснулся.
И вот - итог. Не стану я искать,
Чтоб жажду утолить, источник новый
И страсть мою изменой проверять.
К тебе, богиня, обращу я слово:
Позволь в конце нелёгкого пути
Найти приют мне на твоей груди.
Сонет 119
Каким питьём из слёз Сирен убит,
Каким же я отравлен зельем ада?
Друг друга порождают страсть и стыд,
И только боль - за боль мою награда.
Но чем я был в дни счастья виноват?
В чём грешен был в час светлого веселья?
За что Господь казнил меня стократ
Так, что мои глазницы опустели?
Но - слава злу за всё его добро!
Свет ярче виден нам во мраке горя.
Любовь моя, пленённая хитро,
Сильней Вселенной станет, с горем споря.
Так, всё в беде утратив, лишь теперь
Я сделался богатым - от потерь.
Сонет 110
Alas, 'tis true, I have gone here and there,
And made myself a motley to the view,
Gor'd mine own thoughts, sold cheap what is most dear,
Made old offenses of affections new;
Most true it is that I have look'd on truth
Askaunce and strangely: but by all above,