Чтение онлайн

Фрейднур шел, слегка подталкивая девушку вперед, но все же с опаской, будто стараясь до самого последнего мига не злить ее. Время от времени он озирался: за ними, в небольшом отдалении, с мечами наголо, следовали два хмурых здоровяка в плащах из медвежьих шкур поверх доспехов. Не стоило даже сомневаться — вздумай комис хоть чем-то вызвать у преследователей самую малую тень подозрения, они бросятся без предупреждения, как псы по команде «фас».

— Ты уж того, — торопливо шептал Фрейднур, виновато поглядывая на обреченную пленницу, — зла-то на меня не держи. Не по своей же воле! Разве я бы посмел так-то?! Я же сам, ну, ясное дело, ты-то понимаешь…

У себя на родине, в землях северных данов, могучий воин слышал о подобных женщинах. Тихо, каждый раз оглядываясь по сторонам, старые люди, повидавшие всякого, говорили, что они дочери валькирий от земных героев, нашедших успокоение в Валгалле. Связываться с такими лишний раз не стоило, умышлять против них злое — себе дороже! А уж поднять руку — так и подавно. Безопасней медведю в пасть ее сунуть. Так ли это на самом деле, ему предстояло теперь узнать, но очень не хотелось! Фрейднур хорошо понимал, что обошелся бы еще немало лет без такого знания, но крутой, точно альпийский склон, нрав Брунгильды не оставлял ни малейшего выбора.

— Вы, уважаемый Фрейднур, не беспокойтесь, я все понимаю, — деловито заверила жертва. — Но оставим на время мои проблемы и давайте поговорим о ваших. Я уверена, что корень их кроется в вашем подсознании и во многом обусловлен скрытыми детскими комплексами. Вы, конечно, не первый сын в семье. — Евгения скосила глаза на бородача.

Тот мало что понял из ее слов о комплексах и подсознании — впрочем, чего другого ждать от чужестранки, — но внутренне напрягся, когда прелестница заговорила о его семье. Сын воинственного Зигмунда вдруг понял, что ослепительная в своей красе внучка Одина знает о нем куда больше, чем должна бы по общему разумению. Да что там мудрить, — больше, чем он сам!

— Вам приходилось доедать за старшими братьями, донашивать их вещи, да и на службу так далеко от дома вы пошли, потому что ваш отец не мог, я бы даже сказала, не собирался оставить вам хоть какое-то наследство. Естественно, кроме собственного доброго имени и уроков мастерского владения оружием.

Борода норманна снова нервно дернулась.

— Так и было, — отчего-то смущенно пробормотал он. — Я того, ну это, ну того, — язык его заплетался, словно кто-то вдруг завязал его узлом, — я десятый сын.

— О, а вот и десятка из колоды вышла, — прорезался на канале связи Лис. — Женечка, прибереги этот экземпляр, у нас с ним настоящий флеш-роял выходит.

— Я его, конечно, сохраню, если только он меня сохранит, — без особого энтузиазма отозвалась девушка.

— Шо за беспробудный пессимизм? Где трезвый взгляд на ценообразование выеденного яйца? Подумаешь, велика беда, приговорили без суда и следствия. Права человека проигнорировали, будто их и нет. Так их здесь и нет!

К твоему сведению, нас с Вальдаром столько раз приговаривали, шо после сотого приговора мы от утреннего кофе отвлекаться перестали. Гиннес тихо рыдает в свою книгу! Вот, к примеру, один раз…

— Господин инструктор, — обиженно взмолилась Евгения, — может, примеры — как-нибудь потом? Он же в любой момент может начать меня убивать!

— Ша, барышня, шо за истерика? Нервы портят красоту! И ты в любой момент можешь начать его убивать! Расклад симметричный, то на то. Не напрягайся, веди себя естественно. Бастиан, ты этих двух клиентов Гринписа видишь?

— Кого?

— Кого-кого, живодеров, соорудивших себе одежу из таких забавных, таких прелестных лесных мишек.

— Вижу, они только что прошли мимо меня.

— Вот и прекрасно. Это твоя цель. Женя, а по Фрейду, это уж твоя специализация.

— В каком смысле — цель?

— Валет, приз зрительских симпатий местного дурдома тебе обеспечен. Цель — значит цель, ее нужно поразить, и желательно с первого залпа. Потому как второго они тебе не дадут. Если можешь ухайдокать этих дуболомов заклинаниями — приступай, а нет — ты шо-то говорил, вроде ножи кидать умеешь…

— Но ведь это же… — Бастиан запнулся, — живые люди!

— Прикинь! — с деланным удивлением подтвердил Лис. — А после твоего меткого броска они таковыми, надеюсь, быть перестанут. Но прими во внимание, что еще одна живая людь топает немного впереди с кавалером по имени Фрейд. Тут очень важно для себя решить, в какой последовательности живые люди будут становиться неживыми.

— Может, я смогу их отвлечь?

— А смысл? Их, в отличие от тебя, вопросы людской живости не занимают аж никак. Отшибут твою вундеркиндовскую головешку и, шо совсем обидно, не вспомнят через полчаса.

— Но как можно? Ведь эффект бабочки…

— Так, щас я тебе быстро расскажу об эффекте таракана! В этом мире будущее пока не наступило, и ты в нем не галлюцинация, не голограмма, а действующая боевая единица. Так шо, если будешь сопли на кулак наматывать, тараканом станешь ты. Тебя раздавят и не поморщатся. А потому воспринимай тех, кто должен быть уничтожен, как мелких вредителей, пусть даже и крупного размера. Иначе чердак у тебя снесет на раз-два-десять, и умчится он в волшебную страну Оз, как домик Элли. Усек?

— Усе-ек, — нехотя, заикаясь, подтвердил Бастиан.

— Тогда действуй быстро, певец моей печали! Тебе эффективную дальность броска метательного ножа напомнить?

— Благодарю, нет.

— Я к тому, что твои подопечные тараканы уже вперед учесали. О, я смотрю, и Фрейд там остановился.

— Сейчас, одно мгновение, — юноша выломился из зарослей бузины и бросился вслед комисам Брунгильды.