Чтение онлайн

Она теряется в этих ощущениях, чувствуя насыщенность настоящего момента, свободу от прошлого и будущего, и под покровом темного беззвездного неба продолжает пиршество.

Хелен встает, чтобы подойти к телефону, но он перестает звонить раньше, чем она успевает выйти из столовой. Странно, думает она, и у нее возникает смутное ощущение, будто что-то не так. Она поворачивается обратно к гостям и видит, что Марк Фелт зачерпнул полную ложку ягодного пудинга и несет ко рту.

— Хелен, так вкусно. Дай, пожалуйста, Лорне рецепт.

Лорна бросает на него недобрый взгляд, явно понимая, что это шпилька в ее адрес. Она открывает рот, потом закрывает, потом снова открывает, но все-таки ничего не говорит.

— Вообще-то, — дипломатично отвечает Хелен, — я, кажется, переборщила с красной смородиной. Наверное, следовало купить что-нибудь готовое в магазине.

Сверху, из комнаты Роуэна, доносится музыка, трагический стон гитарных струн; последний раз эту песню Питер с Хелен слышали давным-давно — в Лондоне, на первом свидании. Хелен едва разбирает слова: «Я хочу утонуть в потоке твоей сладкой красной крови» — и невольно улыбается, вспоминая, как весело им было в ту ночь.

— Знаешь, а я хотела тебя навестить, — соблазнительно мурлыкает Лорна, обращаясь к Питеру.

— Да? — удивляется Питер.

Лорна не сводит с него глаз.

— Я имею в виду, как профессионала. Записаться на прием по одному вопросу.

— Записаться к старомодному терапевту? — отвечает Питер. — Не слишком ли банально для специалиста по рефлексологии?

— Ну, надо же обо всем позаботиться.

— Да, думаю, ты…

Не успевает Питер договорить, как снова звонит телефон.

— Опять? — Хелен отодвигает стул и выходит из комнаты.

В коридоре ее взгляд падает на небольшие часы, стоящие рядом с телефоном. Без пяти одиннадцать.

Хелен подходит к телефону и слышит дыхание дочери в трубке. Как будто она только что бежала.

— Клара?

Голос дочери раздается не сразу. Поначалу девочке не удается выговаривать слова целиком, словно ей приходится заново учиться говорить.

— Клара? Что случилось?

Наконец речь Клары звучит внятно, и Хелен понимает, что ее мир рухнул.

— Это все из-за крови. Я не могла остановиться. Это все кровь, кровь…

Роуэн весь вечер просидел у себя в комнате, он трудится над стихотворением о Еве, но ничего не выходит.

Вдруг он замечает, что в доме как-то тихо. Не слышно вежливых, натянутых голосов родителей и гостей. Зато до его ушей доносится нечто другое.

На улице заводится мотор. Роуэн отодвигает занавеску и смотрит в окно как раз вовремя — автомобиль быстро выезжает со двора и мчится прочь по Орчард-лейн.

Странно.

Его родители никогда так быстро не водят, так что у него мелькает мысль, не украли ли у них машину. Он надевает майку, которую недавно снял, чтобы сделать пару натужных отжиманий, и бежит вниз.

Хелен выезжает из деревни, и в темноте по окнам машины хлещут ветви деревьев. Она предпочла сесть за руль сама, так как понимала, что Питер, узнав обо всем, потеряет контроль над собой. Но, даже усадив его на пассажирское место, она все равно решила повременить с новостями до тех пор, пока деревня не останется позади. Ей казалось, что вдали от домов и улиц их новой жизни сделать это будет проще. И вот она сообщила ему, что случилось неизбежное. Теперь Питер кричит на нее, а она пытается сосредоточиться на пустой дороге.

— Черт дери, Хелен, — возмущается он. — Она знает?

— Нет.

— Так что же, по ее мнению, произошло?

Хелен набирает полные легкие воздуха и старается описать ситуацию как можно точнее.

— Парень приставал к ней, и она на него напала. Укусила. Она все говорила о крови. О ее вкусе. Толком ничего было не разобрать.

— Но она не сказала…

— Нет.

Питер смотрит на Хелен и произносит те слова, которых она ожидала. И с которыми ей придется согласиться.

— Надо сказать ей. Им обоим. Они должны знать.

— Я понимаю.

Питер качает головой, Хелен старается игнорировать его яростный взгляд. Она продолжает внимательно следить за дорогой, надеясь не пропустить нужный поворот. Но Питер кричит ей прямо на ухо, и его голос она отключить не может.

— Семнадцать лет! Через семнадцать лет до тебя доходит, что надо было им сказать. Отлично. Просто отлично.

Питер достает из кармана мобильник и набирает номер. Он делает резкий вдох, собираясь заговорить, но потом осекается. Автоответчик.

— Это я, — говорит он, наконец решившись оставить сообщение. — Понимаю, мы давно не общались. — Нет. Не может быть. — Но похоже, ты нам нужен. У Клары неприятности, и сами мы никак не справимся. — Да. Он звонит своему брату.— Пожалуйста, позвони, как только…

Хелен отводит взгляд от дороги, снимает руку с руля и выхватывает телефон. Машина чудом не врезается в деревья.

— Какого черта? — Хелен сбрасывает вызов. — Ты обещал, что никогда не будешь ему звонить.

— Кому?

— Ты же звонил Уиллу.

— Хелен, парень мертв. Нам уже не под силу разбираться с такими вещами.

— Я взяла лопату, — отвечает она, понимая, насколько смешно это звучит. — Обойдемся без твоего брата.

Несколько секунд они молчат. Доезжают до поворота, сворачивают, едут дальше.

Уилл! Он позвонил Уиллу!

Она-то знает, что, по мнению Питера, он поступает абсолютно разумно. В этом весь ужас. Дорога сужается, деревья подступают ближе, они нависают над машиной, точно пьяные гости в причудливых шляпах на безумной свадьбе.