Чтение онлайн

Преобразователь магии во вращательное движение очень простая и очень надежная штука. Напоминает электродвигатель, тут никому вроде пока не известный: есть вращающийся ротор, есть неподвижный статор. Ну там подшибники, все дела — главная сложность соблюсти зазоры и симметричность, иначе привод станет работать толчками и начнет разбивать собственные крепления и ось.

Мотор у меня был взят с агрегата, предназначенного выносить значительные статические нагрузки, но медленного, где слабые биения значения не имеют. Пришлось его дополнительно юстировать и балансировать, чтобы бешено вращающийся пропеллер не раскачивал вал, а наоборот, его удерживал в нужном положении гироскопическим эффектом. Получилось. Кто ж знал, что найдется тупая тушка, решившая это “исправить”!

Идеально круглый прозрачно-туманный диск вращающегося винта немедленно расплылся, чуть деформировавшись, с отчетливым пулеметным стуком передавая вибрацию на носовую часть аэроплана. Одновременно появился зудящий звук, от которого свело зубы. “Еще несколько секунд — и подшипникам конец”, — понял я. Что делать, когда юла начинает заваливаться на бок? Её останавливают и запускают заново.

Аналог селектора газа для двигателя, поставляемый Хималией в комплекте с приводом, изначально можно было перевести в отрицательное положение, крутанув держатели в другую сторону. Я об этом подумал еще ночью и “от дурака” поставил ограничитель. Сейчас я просто сломал мешающую деревяшку, тормозя ротор реверсивной тягой. Пропеллер на секунду совсем уж заболтало — но он одновременно почти остановился… и самолет, резко теряя скорость, начал снижаться. Да твою ж! Ход! Ну?! Сработало!!!

Винт раскрутился, разбрасывая вокруг себя капли крови и перья, выходя на режим и самостабилизируясь. А теперь рули высоты на себя и обороты добавить! Не успел я порадоваться своей реакции, как пропеллер опять зазудел — в этот раз, правда, без стука. Судорожный сброс газа показал, что до каких-то оборотов проблема не появляется. В итоге, после нескольких проб на селекторе пришлось нарисовать линию, до которой мощность можно было повышать без паразитных звуков и вибрации.

— Будем лететь на максимальной высоте теперь, куда сможем на средних оборотах забраться, потому что силовой маневр мощностью может нас без мотора оставить, — предупредил я пассажира.

— Никаких возражений, — спокойно откликнулся тот. Ну и нервы стальные…

Лента Светлой сверкнула внизу хорошо узнаваемым по карте поворотом — и я тут же прочетил по планшету новую линию пройденного курса. Прошедшую точно через центр Башней Джиннов. Да тьфу на вас! Самолет продолжал медленно подниматься, что его прилично так тормозило, потому в небо над Ордэром мы скорее вползли, чем влетели. И высоко! Кидать пакет я передумал: так и мимо периметра стен промахнуться можно, не только мимо штаб-квартиры Изыскателей. Потом как-нибудь передам…

…Я совершенно упустил из виду факт, что Истребители скверны привыкли жить в своей твердыне в режиме осажденной крепости. И заглянувший в их воздушное пространство неопознанный летающий объект вызовет вполне закономерную реакцию: перелив сигнальных труб, играющих воздушную тревогу! Можно сказать, хреновы куропатки нас спасли: иди самолет на малой высоте, еще и медленно — и по нам отстрелялись бы все, от лучников на стенах до противодраконьих артефактов. Но без хималийских орудий достать мирно телепающуюся по своим делам цель в километре над головами оказалось им не по зубам. А там нашлось кому опознать в летающей штуковине с винтом и неподвижными крыльями самолет.

Мы уже успели немного отлететь от города, когда оттуда стартовал рыцарь в сверкающих доспехах верхом на грифона. Уникальный маунт не просто с легкостью нес бронированного седока, он в считанные мгновения разогнался до скорости ракеты ПВО! Во всяком случае, из кокпита самолета именно так казалось. Я знал, что такой форсаж сжигал накопленную ману зверя буквально за полторы минуты, но Лапе столько и не понадобилось, чтобы нас догнать. К счастью, этих секунд мне хватило, чтобы, понять, как поступить.

— Сепеш, я разберусь!

Пришлось отстегнуться и рискованно распрямится в кокпите, встав в полный рост, спиной к набегающему потоку воздуха. Капюшон, маску и очки долой, в руку — пакет с документами. Как только грифон “всплыл” на наш уровень прямо рядом с хвостом самолета, я несколько раз энергично махнул свободной рукой. Эх, жалко лицо Сугроба за полным латным шлемом с опущенным забралом не разглядеть, представляю, какая у него сейчас физиономия, ы-ы! Так, теперь привлечь внимание к брезентовой перевязке в другой руке… ага, увидел. Оп! Бист-мастер не подвел, выхватив пакет из воздуха — и тут же Лапа ушла вниз, сваливаясь в длинное пологое пике назад, к городу. Правильно, теперь ману надо экономить, чтобы вернуться не пешком.

Фу-ух. Теперь два или три часа — добраться до уже хорошо различимого хребта и пройти именно в тот перевал, за которым мой замок. “Перепрыгнуть” седловину — видимо придется загнать мотор в обороты, где пропеллер вибрирует теперь — и спрыгнуть над домом.

По мере того, как горы приближались, мое настроение портилось. Рукоять оборотов двигателя стояла у самой красной черты, после который начинались вибрации на винте, но забраться за все эти три часа мы смогли только вдвое выше, чем пролетели над Ордэром. И то лишь благодаря устойчивому встречному ветру. Невооруженным глазом уже было видно: высоты пройти перевалы все еще не хватает. Придется испытать двигательную установку с поврежденным то ли пропеллером, то ли валом в критическом режиме. И если если что-то развалится раньше, чем мы преодалеем хребет… не хочу об этом даже думать.

Очередная проблема выявилась, когда я в очередной раз проверил горизонтальную рулежку, готовясь проходит коридоры между вершинами: левый вираж аэроплан закладывал нормально, а вот правый сначала заедал, потом плоскость руля резко поворачивалась. В сочетании с проблемой оборотов риск сорваться в правый штопор резко возрастал…

Впрочем, сделать с этим всем ничего нельзя было, потому я принялся готовиться к чему мог. К прыжку. Переместил щит и ножны с мечом за спину, убедившись, что они не будут мешать артефакту-парашюту, туда же пристроил удочку. Сверху закрепил почти пустой вещмешок, отчего сидеть стало еще менее удобно… ну и все. Сепеш вообще ограничился тем, что переставил клетку с птицей-курьером к себе на колени. А вот и предгорья начались.

Глядя, как дубы и березы внизу неотвратимо сменяются елками, а земля стремительно приближается к самолету, я рассудил, что лучше не тянуть до последнего, а держать запас высоты, который позволит если не вырулить, то не впилиться в грунт сразу же как двигатель откажет и успеть выпрыгнуть, что называется “на своих условиях”. Взялся за селектор “газа” — и медленно перевел за красную отметку. Увы, вибрации, как втайне надеялся, никуда не делись и по мере набора оборотов машину начало потряхивать все сильнее и сильнее.