Чтение онлайн

Эта версия казалась Шарлотте единственно возможной, но близкая разгадка тайны мисс Бриртон снова превращалась в иллюзию. Она никак не могла понять две вещи: как любая здравомыслящая девушка может бежать с женихом и тем более с таким, как сэр Эдвард. Шарлотта больше не хотела знать подробностей этой скользкой интрижки, ей не хотелось быть причастной к этой истории, как и ко всему, что было связано с сэром Эдвардом.

– Мне очень жаль, – сказала она, наконец. – Простите, но я даже не знаю, что Вам сказать. Я благодарю Вас за доверие ко мне, но с самого начала должна честно сказать, что не одобряю побег в принципе и не могу советовать Вам что-то в такой ситуации.

Молчание, наступившее после этих прямых и резких слов, показалось Шарлотте невыносимым. Мисс Бриртон побледнела, отвернулась к окну, пытаясь спрятать блестящие от слез глаза. Молодые женщины больше не сказали друг другу ни слова, и каждая из них с тоской слушала стук копыт и грохот колес экипажа, спешащего по дороге.

Шарлотта с отчаяньем подумала о том, что это горькое молчание продлится еще целых два часа, ка вдруг внезапный окрик и сильный толчок остановили экипаж.

– Надеюсь, я не напугал вас, – сказал Сидней Паркер, открывая дверь экипажа. – Прошу прощенья за беспокойство, но вот это колесо вот-вот отлетит, поэтому я просил остановить экипаж и высадить вас, чтобы избежать неприятности.

Он помог Кларе и Шарлотте выйти из экипажа, и они с унылым видом стояли на дороге вместе с Генри Бруденаллом и конюхом Паркеров, пока Сидней со знанием дела осматривал их карету. Все еще смущенная откровенностью Клары и встревоженная мыслями о том, что за этим могло стоять, Шарлотта не слушала Сиднея. Он что-то говорил о колесе, которое могло отвалиться в любой момент, о серьезной поломке экипажа и о своей предусмотрительности. Какое счастье, что он поехал последним и обратил внимание на это злосчастное колесо! Но как вся эта цепочка странных совпадений могла повлиять на их экскурсию в Бриншор, у Шарлотты не было времени подумать.

– Меня удивляет, как мой брат не заметил этого повреждения раньше, – сказал Сидней, мрачно глядя на заднее колесо. – Эта трещина появилась, наверное, еще тогда, когда экипаж опрокинулся в Виллингдене.

Шарлотта внимательно посмотрела на подозрительное колесо, но так и не смогла заметить, чем оно отличается от остальных. Она слегка нахмурилась, пытаясь сосредоточиться.

– Но я почти уверена, что тогда карета опрокинулась в другую сторону.

– Да? В таком случае, теперь все ясно, – быстро поправился Сидней. – Тогда мы всё внимание обратили на левую сторону и не заметили толчок и треск на правой! А дефект больше заметен при движении экипажа, – добавил он. – Колесо сильно наклоняется особенно на поворотах или на кочках. Вы же не очень разбираетесь в конструкции экипажей, правда, мисс Хейвуд?

– Нет, откуда мне знать? Однажды я видела, как соскочило колесо с оси нашего фургона.

– Так вот, коротко говоря, проблема состоит в следующем: спицы вытачиваются из дуба и врезаются в ступицу уступами: одна вперед, одна назад, чтобы уравновешивать конструкцию. Они, кажется, еще в порядке. Но вот шипы на ободе, выточенные из ясеня или из березы, больше не держат надежно все спицы. Отсюда происходит слишком большой люфт и колесо ведет. Кучер Парсонс и я считаем, что этот экипаж надо сразу отправить в колесную мастерскую.

– Это верно, мистер Сидней. Счастливчику Томми повезло, – весело сказал кучер. Посмотрев на его лукавую улыбку, Шарлотта поняла, что Сидней Паркер разбирался в конструкции экипажей не больше чем она сама.

– И нам придется ждать до окончания ремонта? – спросила она.

– Нет, нет. Здесь работы-то всего на день. Мы все можем очень легко разместиться в моем фаэтоне. Как раз всем хватит места, – засуетился Сидней, не давая дамам опомнится. – Ну, что ж нам пора. Мы порядком отстали от других и нельзя терять ни минуты. Мисс Бриртон, могу я помочь вам подняться в фаэтон?

Шарлотта, не испытывала ни малейшего желания вновь остаться наедине со своей попутчицей, но покорно пошла к карете, как вдруг Сидней заявил, что ее место будет рядом с ним, на козлах.

– Но разве мистер Бруденалл не сядет с вами?

– О, Генри по всей видимости, не сможет сидеть на козлах. Он самый потрясающий путешественник. Иди сюда Генри, заходи в фаэтон.

Предложение Сиднея усадить Шарлотту на козлах показалось странным не только ей, но и Кларе, которая хоть и не испытывала желания снова общаться с ней, но осторожно предложила ей сесть рядом с собой в карете, а Генри, этот потрясающий путешественник, посчитал затею Сиднея, далекой от понятий рыцарства.

– Но Сидней, в этом действительно нет никакой необходимости: такое необычное зрелище… – взмолилась Клара.

– Будет ли мисс Хейвуд себя чувствовать комфортно там, наверху? Мистер Паркер, давайте обсудим, как нам всем лучше разместиться, – настаивал Генри.

– Может быть, и для меня найдется место внутри? – поинтересовалась Шарлотта.

– Но Вы сами не захотите ехать в такой тесноте, – не уступал Сидней. – К тому же сегодня нет ветра, и Вы, мисс Хейвуд, сможете полюбоваться прекрасным видом с высоты. Поверьте, так нам всем будет очень удобно и приятно.

Он убеждал всех с удивительным спокойствием, и ни у кого не оставалось сомнения, что с его мнением невозможно не согласиться. Очевидно, он считал, все возможные возражения пустой формальностью, и в заключение сказал.

– Ну, хорошо, мы можем утрясти все возможные проблемы по дороге. Нам придется догонять остальных, и больше просто нет времени на разговоры. Ну, так заходи уже, Генри.

И к изумлению Шарлотты, подчиняясь распоряжениям Сиднея Паркера, Генри и Клара стали забираться в фаэтон.

– Но я уверена, что есть лучшее решение, – настаивала Шарлотта, – упрямо стоя на дороге.

И тут Сидней, не обращая внимания на возражения своих друзей и протест самой Шарлотты, схватил ее за руку, насильно втащил на козлы и усадил рядом с собой. Возмущенная такой бесцеремонностью и в то же время, едва сдерживая смех от отчаянной выходки Сиднея, у которого всё-таки закончилось терпение, Шарлотта пыталась не смотреть на своего попутчика и отворачивалась в другую сторону, любуясь открывшимся простором. Она радовалась и удивлялась, почему Сидней выбрал ее, а не Клару, в качестве собеседницы на время двухчасового путешествия? Ответ был очевиден, но Шарлотта боялась даже подумать об этом, и счастливая любовалась прибрежной дорогой с высоты холма, по которому они проезжали.