Чтение онлайн

— Я полезу первым, — объявил Найджел. — Помогите-ка мне спуститься.

Солдаты опустили его на длину вытянутых рук, потом отпустили и слышали, как он благополучно стал наземь — под ними. И тут же слепец с тревожным криком вскочил на ноги.

— Я слышу шаги, — предупредил он. — Они еще далеко, но приближаются.

Саймон просунул голову в дыру и шепотом спросил:

— Сквайр Найджел, вам меня слышно?

— Слышно.

— Андре говорит: сюда идут.

— Тогда закройте дыру. Быстрее, быстрее. Над дырой расстелили плащ, так что никакой отблеск света не насторожил бы того, кто приближался по туннелю. Правда, можно было опасаться, что он слышал, как спустился Найджел, но вскоре стало ясно, что его ничто не насторожило: Андре заверил, что он продолжает путь. Теперь и Найджел слышал вдалеке его шаги. Если он идет с факелом — все пропало. Но шаги все приближались, а никакого мерцания света не было видно.

Найджел, затаив дыхание, с кинжалом в руке, прижался к осклизлой стене и в душе возносил благодарственную молитву всем своим святым покровителям. А шаги все приближались. В темноте юноша уже слышал неровное дыхание идущего. В тот момент, когда путник поравнялся с ним, Найджел с ловкостью тигра прыгнул на него. Послышался слабый удивленный вскрик и больше ни звука: рука сквайра мертвой хваткой сжала горло прижатого к стене разбойника.

— Саймон! Саймон! — громко позвал Найджел.

Плащ сняли.

— У тебя есть веревка? Или свяжите пояса. У одного из крестьян нашлась веревка, и скоро Найджел ухватил ее конец. Он прислушался; в проходе не было ни души. На миг он отпустил горло пленного. И тут же тот стал изливаться в мольбах и просьбах. Он качался, как лист на ветру. Найджел прижал кончик кинжала ему к лицу и велел молчать. Потом пропустил веревку ему под мышки и завязал ее.

— Тяните, — прошептал он, и на минуту серое отверстие у него над головой потемнело.

— Он тут, добрый сэр, — подал голос Саймон.

— Теперь снова бросайте веревку и держите покрепче. Спустя минуту Найджел уже стоял среди людей, столпившихся вокруг пленного. Разглядеть его в темноте не было никакой возможности, а высечь огонь они боялись.

Саймон грубо ощупал его и почувствовал под рукой жирное, гладко выбритое лицо и плащ из грубого сукна, доходивший до лодыжек.

— Кто ты? — спросил он шепотом. — Говори правду, только тихо, если не хочешь замолчать навсегда.

У пленника зуб на зуб не попадал от холода и страха, но все же он пробормотал:

— Я не говорю по-английски.

— Тогда говори по-французски, — приказал Найджел.

— Я священник, служу Господу. Если вы со мной что-нибудь сделаете, на вас ляжет проклятье святой церкви. Отпустите меня, я спешу к тем, кого нужно исповедовать и причастить. Если они умрут во грехе, их проклятье ляжет на вас.

— Как же вас зовут?

— Дон Пьер де Серволь.

— Де Серволь, священник? Это вы раздували жаровню, когда мне выжигали глаза! — закричал Андре. — Из всех чертей ада это самый подлый. Друзья, друзья, если я помог вам чем-то сегодня вечером, я прошу только одной награды — отдайте мне этого человека.

Но Найджел оттолкнул слепого.

— На это сейчас нет времени, — отрезал он. — Теперь слушай, поп, если ты и вправду слуга церкви, — ни ряса, ни тонзура не спасут тебя, вздумай ты нас обмануть. У нас здесь дело, и мы его сделаем, чего бы это ни стоило. Отвечай и говори только правду, иначе эта ночь кончится для тебя худо. В какую часть крепости ведет этот проход?

— В нижний погреб.

— А что там в конце?

— Дубовая дверь.

— Она заперта?

— Да.

— А как бы ты вошел?

— У меня есть пароль.

— Кто должен открыть дверь?

— Там внутри есть стражник.

— А что там дальше? За ним?

— Дальше тюремные камеры и тюремщики.

— Кто еще сейчас не спит?

— Только часовой у ворот и еще один на стене.

— Пароль? Пленный молчал.

— Пароль, приятель!

Холодные кончики двух кинжалов уперлись священнику в горло, но он продолжал молчать.

— Где слепой? — спросил Найджел. — Иди сюда, Андре, и можешь делать с ним все, что хочешь.

— Не надо, не надо, — захныкал священник, — пусть он не подходит ко мне. Спасите меня от слепого Андре. Я все скажу.

— Тогда быстро — пароль?

— Benedicite* [Благословен (лат.).].

— Теперь у нас есть пароль, Саймон. Пошли в замок! — воскликнул Найджел. — Крестьяне покараулят попа и побудут здесь на случай, если нам понадобится подать весточку.

— Нет, благородный сэр. Мы можем сделать еще лучше, — отозвался Саймон, — мы возьмем попа с собой, чтобы стражники узнали его по голосу.

— Очень хорошо, — согласился Найджел. — А теперь помолимся, ведь эта ночь может стать для нас последней.

Он и три копейщика стали под дождем на колени и вознесли свои бесхитростные молитвы. Саймон и тут не выпускал из рук запястье священника.

Священник пошарил у себя за пазухой и что-то вынул.

— Это сердце святого угодника Эногата, — сказал он. — Может быть оно облегчит ваши души и снимет с них проклятье, если вы пожелаете подержать его в руках.

Четверо англичан по очереди подержали в руках серебряный ларчик и благоговейно приложились к нему губами. Потом встали. Первым полез в дыру Найджел, за ним Саймон, потом священник, которого Найджел и Саймон тут же схватили. Следом спустились копейщики. Не успели они отойти от пролома, как Найджел остановился.

— За нами спустился кто-то еще, — сказал он шепотом.

Они прислушались, но позади не раздалось ни шепота, ни шороха. Они помедлили минуту-другую, а затем снова двинулись вперед. Дорога казалась бесконечной, хотя на самом деле пройти пришлось всего несколько сот ярдов, прежде чем они увидели, что проход преграждает дверь, из-за которой пробивается желтый свет. Найджел постучал в нее кулаком.

Раздался скрип засовов, и громкий голос спросил:

— Это ты, поп?

— Я — дрожащим голосом ответил пленник, — открой, Арнольд.