Серая чума
Шрифт:
– Все уже готово, сэр, – отрапортовал Хуберт.
– Тогда быстро доедаем то, что уже во рту, и за мной.
– Ум-м-мгу!!! – протестующе начала набивать рот только усевшаяся за стол принцесса.
– Давай быстрее, блондинка! – торжествующе пихнула ее в спину Ванесса.
Креол задумчиво прищурился. Он уже не первый раз замечал, что его ученица как-то очень уж неприязненно относится к светловолосым… Но задумываться было некогда – маг широким шагом двинулся переодеваться.
Спустя какой-то час прямо посреди дороги, совсем рядом с крепостными стенами огромного города из ниоткуда возникли три человека – мужчина и две женщины.
Впереди каменной громадой высилась Владека.
Глава 25
Иххарий. Столица Серой Земли.
Крупнейший город на всем Рари – более полутора миллионов жителей. Он уютно расположился на берегу залива Бурь, вопреки названию – тишайшей уютной бухты, идеально приспособленной для мореплавания и стоянки судов. Именно здесь строятся и спускаются на воду знаменитые альдареи серых – корпуса из тикового дерева, шпангоуты пропитаны смесью рыбьего жира и извести.
В отличие от корветов и фрегатов Геремиады и государств Нумирадиса, суда серых не избалованы парусами – их всего два, по штуке на каждую мачту. Очень длинные, четырехугольные, неправильной формы, тяжелые, громоздкие и предельно неудобные в управлении. Ходить на таких судах было бы адской мукой… если бы не колдовство. Капитан каждой альдареи – непременно колдун, способный как минимум вызвать ветер нужной силы и направления. Каждый двенадцатый колдун Серой Земли служит на флоте. Большего не требуется – судно под названием «альдарея» способно поднять на борт до восьмисот человек.
Полвека назад серые, возгордившись своими успехами на море, даже надумали завоевать эйстов. Но чешуйчатые рыболюди, закаленные в баталиях с дэвкаци, очень быстро доказали серым, что против эскадронов боевых альфардов и гигантских океанических червей их альдареи смотрятся слабовато. Драккары дэвкаци посолиднее будут. А жаберные чародеи эйстов, практически бесполезные на суше, отлично проявили себя в морских боях – серые, вынужденные играть на чужом поле, волей-неволей отступили.
Точнее – бежали с позором, разгромленные подчистую.
В самом центре Иххария возвышается Промонцери Царука, что означает «Цитадель Власти». Уникальный дворец – второго такого нет на всем Рари. Более трехсот метров в высоту, почти кубической формы, построен из желто-коричневого кирпича, но каркас металлический. В этом здании каждый камешек пропитан магией – здесь жили и колдовали многие поколения серых повелителей. Именно отсюда они правят своим гигантским островом (или крошечным материком).
Правда, сейчас Промонцери Царука осиротел – все члены Совета Двенадцати отбыли из Иххария. До недавнего времени тут еще оставался Яджун Испепелитель, но и он на днях отправился на север, в Ледяной Замок. И теперь скупо освещенные коридоры пусты и безжизненны – лишь тени шепчутся по углам, лишь мелкая нечисть настороженно выглядывает из-за занавесей…
Сейчас по одному из таких коридоров неторопливо шествуют две фигуры – мужская и женская. Мужчина – несомненно серый колдун. Толстый, розовощекий, добродушно улыбающийся… но проскальзывает иногда в его глазах что-то жесткое… Судя по голубому плащу – всего лишь третий уровень…
А вот женщина смотрится здесь очень странно. Красноватый оттенок кожи указывает на рождение за океаном, в одном из султанатов Закатона. Одета, правда, на серый манер, но подвеска с «кошачьим глазом» явственно указывает на дипломатический статус. Да не какой-нибудь там, а самый настоящий полномочный посол, облеченный властью говорить от имени своего султана… а точнее, султанши. Потому что Химмаль а’Птикба представляет здесь Геремиаду – единственное государство Закатона, которым правит женщина.
Впрочем, у этих геремиадцев все не по-людски.
– Луруа Химмаль, я очень надеюсь, что ваша государыня сочтет мое предложение приемлемым для себя, – мило улыбнулся толстяк. – Поверьте, я руководствуюсь только самыми благими намерениями…
– Решать это будет она, повелитель Клевентин, – не менее мило улыбнулась посол. – Но мне кажется, ей придутся по душе ваши… предложения. Мы рады видеть среди серых разумного человека, с которым можно иметь дело…
– О, я такой не единственный… Когда луруа увидит моего наставника, она поймет, почему я так верю в успех нашего дела…
– Да-да, разумеется. Но все-таки, куда мы идем? Не доверяй я вам так, повелитель Клевентин, решила бы, что вы замыслили…
– Что вы, что вы, луруа Химмаль! – притворно ужаснулся колдун. – Причинить вред женщине с такими прекрасными глазами?! Ох!
Посол, отнюдь не отличавшаяся привлекательностью, шутливо погрозила Клевентину Придурковатому пальцем. Однако, судя по выражению лица, комплимент все же не оставил ее равнодушной.
Клевентин Придурковатый – единственный колдун, уже много лет активно работающий с Геремиадой. И за эти годы Химмаль а’Птикба успела понять, что он далеко не так прост, как кажется на первый взгляд. Да, когда она встретилась с этим добродушным толстяком в первый раз, то приняла его за безобидного дурачка – обожает роскошь и предметы искусства, завзятый гурман, наивен, глуповат. Примерно такое досье и было составлено… тогда.
Но чем ближе она узнавала Клевентина, тем больше понимала, что этот образ – всего лишь искусная маска. А под ней скрывается циничный расчетливый интриган с холодным жестоким умом. К тому же, как она постепенно начинала догадываться, Клевентин работал далеко не только с ней – создавалось впечатление, что у этого пузана существует целая сеть шпионов и осведомителей по всему миру. Его личная сеть – никто из прочих колдунов, похоже, даже не подозревает о том, что он вытворяет у них под носом.
По стенам и потолку то и дело проползали цитоплазмоиды. Жуткие твари, выращенные Муроком Вивисектором специально для патрулирования коридоров Промонцери Царука. Похожи на ожившие комья слизи, из которых выглядывает один-единственный восьмизрачковый глаз – точнее, не глаз, а многофункциональный орган чувств, служащий также для слуха и обоняния. Эти твари принимают любую форму, в обычном состоянии – совершенно плоские. Незнакомо пахнущее существо будет убито почти мгновенно – цитоплазмоиды бросаются на нарушителей, обволакивают их и растворяют.