Сердце Аспида: Жена поневоле
Шрифт:
Речь его странной была, но холодный пол и, правда, мои дикие порывы остудил.
– Как прикажите, господин, – мой тон полон яда был. Ещё потряхивало от пережитого, но я сыскала силы. Поднялась, на Дамира не глядючи. С гордым видом распахнутый вырез на платье сомкнула, грудь скрывая, и, шелестя подошвами тонких сандалий, к коим до сих пор привыкнуть не могла, по ступеням наверх поспешила.
В комнате закрылась на ключ, прижалась спиной к двери и съехала на пол, непривычно чувствуя мерзость между ног. Даже всхлипнула вновь, пеняя на судьбинушку, но мигом погодя вздрогнула от стука:
– Госпожа, вам помощь нужна? – коверкая слова, уточнила прислужница. Уж кого-кого, а её видеть не желала, потому, смахнув с лица слёзы, коротко бросила:
– Нет! – хотя отмыться от грязи, кою ощущала на себе и в себе, хотела как никогда. Запруденным взглядом по опочивальне блуждала, пока он на окне не остановился.
Не хочу терпеть боле Аспида и его насилия!
Сбегу!
Преисполненная новой, воодушевляющей мыслью, бросилась к окну. Распахнула, пуская в комнатку свежего вечернего воздуха. Выглянула, оценивая высоту… Два поверха точно!..
Ежели прыгать – убиться можно, а вот… Ноги и руки первее мысли среагировали. В два шага подле ложа оказалась, сорвала простынь, одеяло…
Дамир
– Будь проклята эта светлоокая ведьма! – процедил сквозь зубы, стоя на одном из каменных выступов своей башни.
За окном разыгралась непогода. Сверкали молнии, небеса ворчливо рокотали, и накрапывал дождь. Настроение было под стать подбирающемуся ненастью. Я рвал и метал… Вёл задушевные беседы с Аспидом, искренне негодуя, почему Вольха ему приглянулась? Всё больше соглашаясь, что он играл с ней…
Но ежели так, всё равно не к добру. Игры Змия для игрушки плохо закончатся, а я вроде как обещал княжну не позднее, чем через год вернуть.
Нет, мог и забрать слово, сославшись, что она условия не выполняла.
И вообще не оправдываться!
Аспид я аль нет?!
Вот только к себе приволок не для того, чтобы убивать… Если не она, то кто? Кто мне может лучше подойти, нежели не существо, с кем сердце делил? Только на это и уповал… Что наша кровь за это время перемешалась. Девка крепче стала, а, стало быть, ей от меня родить проще, чем другим, в коих даже семя не приживалось.
Я же не требовал со мной до конца жизни быть да в семью крепкую, счастливую играть. Всего год! Один год взамен тому, что я часть себя ей отдал. Разве велика цена за спасение её жизни?
Неблагодарный люд!
А себе впредь зарок дал и другим, ежели будут наследники, мудрость Аспида передать: никогда боле людям таких щедрот не отваливать! Трусливые, мелочные, алчные, лживые.
И до того опять разолился, что с выступа шагнул, даже одежды не сняв. И только приняли меня удушливые объятия ветра, Аспид вырвался на свободу и крылья расправил.
Мой остров!
Дикий остров, где скалы сменяли поля, густой лес, вновь поля и песчаные барханы. Он омывался большой водой, названий у коей было множество. Куда ни полетишь, обязательно встретится люд на берегу по другую сторону воды. И у каждого народа для неё своё имя.
А вот остров только мой!
Моя вотчина, где не боялся за свой дом. Где врагов мог уничтожить ещё на подходе… Его заприметил ещё мой прадед. Он-то и решил, что это самое лучшее место для логова Аспида!
И, конечно же, начал строить крепость. Не сам, но умельца сюда приносил и ему в помощь для возведения пару десятков крепких рук.
Отец продолжил, ну а я завершил.
И даже ежели по окончанию кто-то из работников желал остаться, я этого не позволил.
Конец ознакомительного фрагмента.