Чтение онлайн

– Убери свои грязные руки…

– Как прикажете, ваше превосходительство.

Хаджар сжал кулак, и с громким звоном клинок треснул. По руке Хаджара побежали кровавые змейки. Каплями они срывались на воткнувшийся в землю обломок лезвия.

Селиам все еще держал в руках сломанный меч, когда его горло вдруг взял в тиски свирепый зверь. Этот зверь легко оторвал его от земли и поднял на вытянутой руке-лапе.

Юноша смотрел в бездонные синие глаза и не видел в них ни капли человеческого. Как не услышал он этого «человеческого» в рыке, вырвавшемся из пасти зверя.

Воинственный клич Хаджара поддержали и солдаты, а вскоре их клич сменился на раскатистые волны смеха.

По сапогам юноши стекала пахучая желтая струйка.

Хаджар, скривившись, отшвырнул от себя Селиама.

– Убирайтесь, – спокойно произнес он.

– Ты хоть понимаешь, на кого поднял руку, смерд! – кричал граф. – Это сын одного из первых чиновников генералитета.

– Я сказал – убирайтесь.

– Да я вас всех здесь…

– Воины! – Хаджар поднял в небо сжатый кулак.

Смех тут же оборвался, а солдаты, сохраняя стену щитов и выставив копья вперед, с громким «Хэ!» сделали шаг вперед. Сам же генерал вновь опустил ладонь на рукоять меча.

– Трижды я не повторяю никогда.

– Вы еще об этом пожалеете! – Подбирая одежды, чиновники, толкая друг друга, пытались забраться в повозки.

– Я расскажу отцу, – взвыл Селиам, бросившись в свой, отдельный ото всех транспорт.

Спустя пару секунд от делегации осталась лишь дорожная пыль, вихрящаяся в воздухе. Им вслед смотрели горящие стальной волей синие глаза, в глубине которых сворачивался клубком свирепый дракон.

– Нет, это все, конечно, очень поэтично, – Неро чистил кинжалом ногти, закинув ботинки на стол-карту, – но ты ведь понимаешь, что штаб нам теперь жизни не даст?

Хаджар в это время продолжал изучать свитки, параллельно почесывая Азрею, спящую у него на коленях. Содержания армии хватало еще на три недели. На пять – если прекратить выплаты старшим офицером. И на семь, если не платить и младшим.

Смысла обрезать жалование простых солдат не было никакого. Как бы они ни уважали своего нового генерала, но без денег сражаться вряд ли будут. Если и вовсе бунт не поднимут.

Раньше, пару тысяч лет назад, может, и сражались бы. А сейчас, после того как вся система Лидуса сгнила, возникали резонные сомнения в наличии подобной мотивации у воинов.

Проклятье, Примус ведь, наверное, даже не осознавал, какую раковую опухоль вырастил на теле королевства. Как не понимал когда-то и Балиум, а теперь двести тысяч их воинов встали под штандарты армии противника.

И ведь Примус был далеко не глуп или наивен. Нет, он просто никогда не брал в расчет простых людей. Он умел плести интриги, умел воевать, но только делал все со своей, довольно высокой «колокольни». Вниз же он не то что старался не смотреть, а порой вообще забывал, что там, ниже облаков, что-то существует и кто-то живет.

Сколько еще времени пройдет до первого крупного восстания?

Скорее всего, стоит только войне между двумя империями перейти в более активную фазу, как вскоре легион ослабит контроль над рудником. И куда тогда хлынет вся боль и злоба рабов? Причем рабами-то их сделали не иноземные захватчики, а собственное государство. То, что, по идее, должно было их защищать и оберегать.

Крови будет столько, что все предыдущие конфликты с кочевниками и соседними королевствами покажутся детской забавой. Правильно ведь говорят, что нет войны страшнее, чем гражданская.

– Они и так нам не очень сильно помогали, – заметил Хаджар, делая очередную пометку в свитке.

– Согласен. Но они хотя бы не мешали, а теперь – демон их знает.

– Именно поэтому нам нужно поскорее сниматься с места.

– И куда мы пойдем? – Неро ткнул кинжалом в карту. – К степям? Там уже третий год сидит восточная армия. Причем их генерал тот еще засранец. Он нам мешка гнилого риса пожалеет, не то что руку помощи протянет.

– Нет, в степи мы не пойдем, – согласился Хаджар.

– Тогда ты, может, предлагаешь вернуться к Весеннему? Спешу напомнить, ты в очередной раз обидел сыночка какой-то шишки. Нет, я в курсе, что ты псих, но с меня Топоров уже достаточно.

– И к Весеннему мы тоже не пойдем, – кивнул генерал.

Неро посмотрел на друга, потом на карту, потом опять на друга. Он вздохнул, взъерошил все такие же белые волосы и с силой воткнул лезвие в обозначение перевала. Именно там они сейчас и стояли лагерем.

– Я беру свои слова обратно. Ты не псих. Ты безумец.

– А между этими понятиями есть разница?

Неро задумался.

– Наверняка есть, – протянул он, – но такая деревенщина, как ты, все равно не поймет.

– Тоже мне, нашелся светоч разума. То-то Сера вон постоянно к ученому потрепаться бегает.

– Пускай треплется с кем хочет, – пожал плечами Неро, – спит она со мной.

Хаджар не стал продолжать данную тему. Он смотрел на карту и дорогу, ведущую за перевал.

– Я все понимаю, Хадж. Ты теперь большой человек – генерал. Но эта затея – она просто ненормальная. Даже по твоим меркам.

– Ну тогда, может, ты подкинешь другую идею? Хочу напомнить, дружище, у нас проблемы – как у девственницы в бездне.

– У нее-то как раз проблем нет, – фыркнул Неро. – Расслабилась да получай удовольствие.

– Вот только когда нас будут иметь во все отверстия, вряд ли мы получим какое-либо наслаждение.

Неро, соглашаясь с аллегорией, развел руками и вернул кинжал в ножны.

– Так что, – продолжал Хаджар, – это наш единственный шанс пополнить запасы, добыть денег и хоть как-то «одеть» солдат.