Сердце Дракона

Джена Шоуолтер

Атлантида.1.Сердце дракона

Аннотация

Грейс не могла даже предположить, что в глухих джунглях, где затерялся след ее пропавшего брата, существует волшебный мир, населенный мифическими монстрами. Более того, красота созданий с мечами, которые охраняют его границы, способна вогнать любого смертного в краску. Дарий принадлежал к расе воинов-оборотней, которые поклялись охранять Атлантиду и убивать всех заблудших странников, случайно пересекших границу. Но когда Грейс оказалась в его мире, соблазн нарушить клятву, которую он дал столетия назад оказался слишком велик. Теперь их запрещенная любовь или примирит их миры – или разлучит их.

ПРОЛОГ

Атлантида

– Ты ощущаешь это, мальчик? Чувствуешь, как сгущается туман?

Дарий эн Крэйган с силой зажмурил глаза, слова учителя эхом отдавались в его голове. Ощущал ли он это? О Боги, конечно. Даже притом, что ему было всего только восемь сезонов, он прекрасно это ощущал. Ощущал, как его кожу покалывает холодом, ощущал, как с тошнотой, поднималась кислота к его горлу, когда его окутывала дымка тумана. Он даже чувствовал, как по его венам, бежала, ускоряясь, обманчивая сладость ощущений, циркулирующий сущностью, которая была не его.

Для защиты от вторжения, он начал ограждать ступени пещеры, ведущие к дворцу, напрягая свои мускулы, сжимая руки в кулаки, разводя их в стороны.

«Я должен остаться. Я должен это сделать».

Дарий медленно заставил свои веки открыться. Он выдохнул задержанное дыхание, приковывая пристальный взгляд на Джавара. Его учитель, словно призрак, стоял в сгустке тумана, таком же холодном, как мрачные стены пещеры за ним.

– Ты будешь чувствовать ее каждый раз, когда мгла будет взывать к тебе, это будет означать что по близости странник, - сказал Джавар.
– Никогда не отходи далеко от этого места. Ты можешь жить наверху вместе со всеми, но ты должен всегда возвращаться, как почувствуешь зов.

– Мне здесь не нравится.
– Его голос дрожал.
– Холод ослабляет меня.

– Других драконов ослабляет холод, но не тебя. Ненадолго. Туман - станет частью тебя, холод - твоим самый желанным спутником. Теперь слушай, - тихо велел он.
– Слушай внимательно.

Сначала Дарий ничего не услышал. Затем начал различать низкий гул, переходящий в свист, отражаясь в его ушах, как предсмертные стоны. Ветер, убедил он себя. Всего лишь ветер. Шквальный порыв ветра, кружащий со всех углов замкнутого пространства, сквозившего неподалеку. Совсем близко. Его ноздри наполнились ароматом отчаяния, разрушения и одиночества, которые кружили, врезаясь в него.

Когда это, наконец, налетело на него, он почувствовал не те удары, которых он ожидал, а до смешного нежную ласку, поглаживающую его тело. Медальон, инкрустированный драгоценными камнями висящий на его шее, начал песнь жизни, татуировка дракона, нанесенная только сегодня, жгла его плоть.

Он плотно сжал губы, заглушая зарождающийся стон неуверенности.

Его Учитель благоговейно вздохнул и широко развел руки.

– Это то, ради чего ты будешь жить, мой мальчик. Это станет твоей целью. Ты будешь убивать ради нее.

– Я не хочу, чтобы целью моей жизни стали смерти других?
– ответ Дария вырвался из его рта непроизвольно.

Джавар молчал, пылающий гнев вспыхнул в его ледяных синих глазах, так непохожих на глаза Дария и вообще всех драконов. У остальных, кроме Джавара были золотистые глаза.
– Ты должен стать Хранителем Тумана, королем воинов в этом месте, - сказал Джавар.
– Ты должен быть благодарен, что я выбрал тебя из всех остальных для этой задачи.

Дарий сглотнул. Благодарным? Да, он должен быть благодарным, но вместо этого он чувствовал себя каким-то...потерянным. Одиноким. Таким одиноким и неуверенным. Именно этого он и хотел? Такой жизни он желал для себя? Он осмотрелся вокруг. Несколько переломанных стульев и веток валялись, на половину вросшиеся в грязь. Черные голые стены. Никакого тепла, только холод, разъедающей реальности и медленно наползающей тени безнадежности. Стать Хранителем, означало связать свое существование с этой пещерой, отдав душу.

Джавар прищурился и сократил расстояние между ними, его шаги были синхронны с капающими каплями воды. Его губы растянулись в жестоком оскале, и он больно схватил за плечо Дария. – Твои, мать с отцом убиты. Твою сестру изнасиловали, после чего ей перерезали горло. Если бы последний Хранитель выполнил свой долг, то твоя семья была бы все еще с тобой.

Резкая боль врезалась в Дария с такой силой, что он готов был выцарапать себе глаза, чтобы стереть ненавистные образы, всплывающие перед ним. Его хрупкая мать, искалеченная и переломанная, лежала в багровой реке собственной крови. Рассеченная до кости спина отца. Трое его сестер... Его подбородок задрожал, он проморгался избавляясь от жгучих слез в его глазах. Он не заплачет. Ни сейчас. Ни когда-либо вообще.

Много дней тому назад он вернулся с охоты и обнаружил всю свою семью мертвой. Он не плакал тогда. Не пролил слез, когда захватчики, ограбившие его семью, устроили резню. Заплакать – значит выказать слабость. Он расправил свои плечи и поднял подбородок.

– Правильно, - сказал Джавар, наблюдая за ним со вспыхнувшей гордостью.- Запри свои слезы и держи боль внутри себя. Используй это против тех, кто собирается войти в наши земли. Убей их, потому что они не приносят ничего, кроме вреда.

– Мне положено сделать, как ты говоришь. И я сделаю.
– Он отвел взгляд.

– Но…

– Убийство странников твоя обязанность, перебил его Джавар.
– Убивать их – твоя задача.

– Что насчет невинных женщин и детей, которые заблудились?
– Мысль об убийстве таких же невинных, как его сестры, делала его ненавистным монстром. Таким его хотел видеть Джавар, но это не то, чего он сам хотел для себя. Чтобы защитить свой народ, он сделать все, о чем только попросят.

– Я могу выводить их на поверхность?

– Нет, ты не имеешь на это права.

– Какой вред могут принести их дети нашему народу?

– Они унесут с собой знание о мгле, и однажды приведут сюда армию.
– Джавар встряхнул его раз, другой.
– Теперь тебе понятно? Ты понял, что нужно делать и почему?

– Да, - тихо ответил он. Он опустил свой взгляд на мелкий небесно-голубого цвета ручеек, который протекал рядом с его ботинками и смотрел на неспешность и спокойствие воды. Эх, если бы он только мог обладать таким же спокойствием внутри себя.
– Я понял.