Шрифт:
Глава 1
Создавалось коварное впечатление, что во всем космосе так сильно намусорено. Но впечатление было обманчивым, просто двигались они по наихудшей бесплатной трассе, которую никто никогда и убирать бы не додумался.
– Что-то мы криво летим, – сказал Фарот, глядя в центральный обзорный иллюминатор. Это было единственное прозрачное пространство в корабле, на которое Преалу не позволили навесить оборчатых шторок.
– В каком смысле? – Преал немедля подскочил к пульту управления.
– В прямом. Пытаюсь выровнять курс, но нас всё равно куда-то не в ту сторону заносит.
– И что делать, что делать? – забеспокоился Преал, внимательно разглядывая системы управления, в которых он ничего не понимал. – Может, позвать Тротила? Или Угу?
– И что? Они починят корабль на ходу? Похоже, отказала какая-то навигационная система… – взглянув на перепуганное лицо Преала, Фарот вздохнул и добавил: – Ладно, иди, позови. Если кто не занят, пускай придет сюда, посочувствует.
Преал с готовностью кивнул. Выходя из кабины управления, он на секунду притормозил у бокового иллюминатора, отодвинул шторку и бросил взгляд на своё отражение – не растрепались ли тщательно завитые кудри? Нет, они безупречными светлыми волнами ниспадали на плечи, обрамляя тонкое мечтательное лицо с голубыми глазами.
– Потрясающе, – хмыкнул Фарот, заметив эту остановку. – А если мы начнем разваливаться по кускам, ты все равно остановишься на себя полюбоваться?
– Грубое ты существо, Фарот, что ты можешь знать о соприкосновении внутреннего мира и внешнего человеческого проявления?
Фарот внимательно посмотрел на бледное лицо Преала и внятно, членораздельно произнес:
– Иди, отыщи Тротила, похоже, у нас корабль сломался. Ты понимаешь, о чем я говорю или нет?
Сам Фарот был невысоким, поджарым и подвижным, казалось, он способен проскользнуть в любую щель, невзирая на крепкую мускулатуру. Его рыжие до красноты волосы торчали ежиком-переростком, а на загорелом, с четкими чертами лице светились насмешливые синие глаза фиолетового оттенка.
– Полагаю, в данный момент Тротил готовит нам ужин, не уверен, что его стоит беспокоить.
– А Уга что делает?
– Помогает ему, скорее всего.
– Ты же сам предложил их позвать!
– Я пребывал в смятенных чувствах. Но, вроде бы мы летим вполне корректно, может, стоит дать им возможность спокойно закончить с ужином?
– Преал! – Фарот сжал кулак и аккуратно стукнул им по краю пульта управления. – До тебя совсем не доходит что ли? У нас корабль вышел из строя! Квазипопа ему пришла! Позови сюда хоть кого-нибудь! Хоть посоветуемся!
– Склонен считать, что на голодный желудок любые совещания малопродуктивны.
– Я тебя сейчас…
– Ужин готов! – раздался из связепередатчика голос Уги. – Быстрее идите, пока горячее!
– Что ж, хоть сытыми немного полетаем, – Фарот выпрыгнул из кресла и пошел к выходу из кабины управления, за ним поспешил Преал.
В крошечном пищеблоке их ожидал накрытый стол, Тротил с Угой заканчивали расставлять одноразовые приборы – на борту всегда пользовались только одноразовой посудой, потому что и речи не могло идти ни о каком мытье тарелок.
– Так, что сегодня вкусного? – Фарот уселся за стол, демонстративно щелкая зубами от «голодного нетерпения». Соседнее место занял Преал, одну бумажную салфетку он заправил за ворот, вторую разложил на коленях.
– Порошу, питайтесь. – Тротил поставил на центр стола большущее блюдо.
– О, нет! – простонал Фарот. – Почему именно эта гадость?!
– Другой гадости в охладителе не осталось, – Тротил, флегматично пожевывал соломинку для коктейля. Он всегда носил при себе упаковку трубочек. Тротил ничего через них не пил, просто пожевывал. Эту привычку он приобрел после того, как бросил курить. Усевшись за стол, он подцепил длинной вилкой кусок рыбы, положил на свою тарелку, затем отправил в рот небольшой кусочек и стал задумчиво жевать, глядя куда-то в пространство. Остальные так же взялись за еду. Подперев ладонью подбородок, Фарот страдальчески за этим наблюдал. Он ненавидел рыбу во всех ее вариантах, так же не терпел размороженных овощей, по вкусу напоминавших дешевую синтетику.
– Всем приятного аппетита, – пожелал Преал, накладывая порцию себе. – Уга, тебе положить? Давай я о тебе позабочусь.
– Давай, – чинно кивнул он, – а то я все равно половину до тарелки не донесу, раскидаю.
Был Уга тихой, немногословной натурой, тщательно скрывающей уникальные возможности собственной энергетики, он словно всегда стыдился и стеснялся своих способностей. С темными волосами цвета перезревшего ореха, с бледной, почти белой кожей (словно он долгие годы просидел в подземелье без капли солнечного света) и прозрачными светло-зелеными глазами, он напоминал смущенно и редко улыбающееся привидение.
Встретилась и познакомилась будущая команда сравнительно недавно. Волею разных судеб собрались они однажды в Центре распределения рабочей силы. На тот момент по разным причинам каждый из них остался без дела и заработка, вот и решили посмотреть, что же им может предложить общепланетарное правительство.
Проторчав полдня в длиннющем коридоре, битком набитом изнывающим от безденежья народом, Фарот разговорился со стоявшим в той же очереди Тротилом, потом к ним как-то незаметно присоединился Уга и совершенно случайно приклеился Преал. Через пару часов свежеиспеченные приятели решили не дожидаться своей очереди и организовать собственное дело. Они совместили последние сбережения, приобрели небольшой, сильно подержанный корабль модели «Тра-6» и обозвали его «Летатель». Чем конкретно они собирались заниматься, друзья в тот момент толком не знали, но у каждого имелись свои таланты, и они были уверены, что сообща придумают, как прославиться и разбогатеть. Ну, или хотя бы найти более-менее приличную работу. Талант Фарота заключался в отличном знании любой техники от овощерезки до корабля. Он «болел» космосом и был на всё согласен, лишь бы летать.
Флегматичный Тротил, неизменно облачавшийся в мешковатые штаны и свободного кроя рубашки, оказался врачом-хирургом, хотя его внешний вид совершенно не соответствовал такой мирной профессии. Высокого роста широкоплечий атлет с тугими мускулами, крупными чертами лица и вьющимися черными волосами, падающими на широкий лоб, – он больше походил на военного, охранника, вышибалу, на кого угодно, только не на хирурга. Однако сильные пальцы рук, могущие как бумажный лист разорвать железную банку, способны были на тончайшую работу, если дело касалось хрупкого живого организма. Ко всему вдобавок, Тротил увлекался кулинарией, это действо его успокаивало и расслабляло как нельзя лучше. Готовил он прилично, и вся команда радостно и единогласно оставила пищеблок в ведении Тротила раз и навсегда.
Уга являлся ходячей энциклопедией. Наверное, все сведения обо всем на свете умещались в его голове. Он умел перемещать предметы, не прикасаясь к ним, мог гасить свет, не вставая с кровати, вследствие чего он считался полезным членом коллектива особенно по вечерам, когда невыносимо тяжело вставать с кроватей и выключать лампы, – в старом корабле не предусматривалась дистанционная регулировка света.
А Преал был художником, композитором, поэтом, писателем, философом, еще он клеил гербарии, составлял экибаны и вышивал крестиком. Иными словами, являлся абсолютно бесполезным членом экипажа, которого взяли с собой исключительно из жалости, потому что денег в общую кассу он не внес по причине их полного отсутствия.