Чтение онлайн

зато я могу рисовать тебя, сколько хочу.

– З-зачем, - уже заикаясь от волнения произнес он.

– У каждой женщины должна быть своя тайна, - тихо ответила она.

Они смотрели друг на друга, и мастерская с ее высокими потолками, картинами,

прозрачной стеной в осенний сад, и этот самый сад, и замок, и весь окружающий мир стали

куда-то исчезать. Осталось только ее взволнованное лицо.

– Жаль, что я не умею рисовать, - сказал Льюис.

– Жаль, - слабо, как во сне, улыбнулась она.

Дальше тянуть уже было невозможно. Всему свой срок, как говорил дядя Рой. Льюис

наклонился и коснулся губами ее губ. Сердце от этого совсем оборвалось. Такое нежное,

такое совершенное существо стояло перед ним, что к нему даже немыслимо было

прикоснуться. Всё не верилось, что это возможно!

– Я никогда раньше не целовалась, - призналась Анастелла смущенно, - а ты?

– Вообще-то было, - не смог он соврать, - один раз, в звездолете. Одна женщина из

экипажа показывала мне лобовой экран, а потом...

– Она тебе нравилась, да?

– Нет. Мне просто было любопытно. Но потом я понял, что не хочу ничего этого. Не хочу

без любви.

– А меня...
– Анастелла подняла на него свои большие серые глаза, - меня ты любишь?

– Люблю, - выговорил он.

И сразу стало намного легче.

– Слава богу, - улыбнулась она, - а я боялась, что нет.

– Да ты что, Стелла!

Они долго стояли обнявшись. Ее волосы пахли фиалкой. Она сама была как маленький

нежный цветок, эта хрупкая девушка с белой пушистой головкой, такая недоступная и такая

родная. Она прижалась и обвила его как вьюнок. Он тыкался губами в ее волосы, сердце

болезненно стучало. Он любил ее сейчас безумно, каждой своей клеточкой, он желал ей

счастья, он хотел ей добра... но прекрасно понимал, что он, Льюис Тапиа - не тот крепкий

дуб, вокруг которого этому вьюнку суждено обвиться.

– Знаешь, что я решила?
– спросила она, как маленький ребенок или котенок цепляясь за

его свитер.

– Что?

– Я не выйду за Руэрто. Никогда! Пусть делают со мной, что хотят!

– Стелла...

– Я люблю тебя. И всегда буду любить! И никто мне кроме тебя не нужен!

– Стелла, милая...
– он взял ее лицо в ладони, - я тоже тебя люблю, но что мы можем

сделать против Прыгунов? Я обыкновенный человек, ты это понимаешь? Я даже защитить

тебя от них не смогу. Умереть - умру, если придется. Но это всё, на что я способен.

– Значит, умрем вместе!
– заявила она.

************************************************************

Тэги Иглэр выглядела жалко, бесцветные волосы ее были растрепаны, синюшные руки

исцарапаны, платье перепачкано грязью. Она сидела напротив Эдгара в его рабочем кабинете

и, стуча зубами пила, горячий тэрий с пихтовым маслом. Вонь была ужасная. Эдгар молча

смотрел, как раздраженно расхаживает по ковру дед, тоже порядком перепачканный.

– Изгоями на Тевере прожить невозможно, - говорил он хмуро, - слишком холодно. Этот

рыболов не смог ей обеспечить минимальных условий. Девчонка чуть не околела в его

хижине.

– Кэдэм нэ вэнэвэт, - пискнула дочь посла.

– Попробуй объяснить это своему правительству. И своему отцу. И своему мужу.

– 77 -

Девушку было жалко. На Тевере она и ее любовник прозябали и рисковали быть

схваченными и замурованными в лед. Здесь же ее ждала встреча с разъяренным мужем и

возмущенным отцом.

– Эд, налей-ка мне тоже этой гадости, - сказал дед, - а то меня что-то знобит от

теверского климата. И вызови это чертово отродье. Я ему скажу пару ласковых.

– Дед, - вступился за брата Эдгар, - он хотел как лучше.

– Пусть увидит, что из этого вышло! Пора уже отвечать за свои поступки.

– Тэгем Рэчэрд, - жалобно посмотрела на него Иглэр, - Герц нэ вэнэвэт!

– У тебя никто нэ вэновэт!
– взглянул на нее дед.

Она всхлипнула. Ситуация была настолько неприятная, что Эдгар предпочел не

высовываться. Приходилось выбирать между крупным дипломатическим скандалом и

счастьем девушки. Слава богу, что дед взял это на себя. Сам же он вряд ли решился бы на

такую жестокость - вернуть мужу-тевергу сбежавшую жену. По их законам это могло стоить

ей жизни.

Эдгар давно считал себя взрослым и вообще претензий к себе не имел, даже свой

длинный нос стал ему нравиться. Но рядом с дедом он по-прежнему чувствовал себя

мальчишкой. И, наверно, вел себя как мальчишка. Прятался за его спину.

А Ричард, между тем, заметно сдал за последние годы. Постарело его лицо, добела

поседели волосы, в его осанке, в его походке, в его взгляде появилась какая-то не проходящая

усталость, словно он нес на плечах каменную плиту. Он вообще стал другой, суровый,

замкнутый, хмурый, как будто что-то точило его изнутри. Подмечать всё это за ним было

досадно, Эдгар предпочел бы думать, что дед вечный. Впрочем, женщины, эти

непостижимые создания, глазели на деда по-прежнему. А что еще нужно настоящему

мужчине?

Эсгэмсэрэр и его зять уже были в пути, но первым явился все-таки Аггерцед. Он возник

посреди кабинета, как всегда в диком сочетании цветов и стилей. Парик на этот раз был

черным, завитые локоны до плеч делали его похожим на Леция в молодости, при этом на нем