Чтение онлайн

***

Святослав:

Когда Лера не выплыла, я сперва подумал, что гна играет. Шутит со мной, издевается, а , может, просто наслаждается ощущением холодной воды на разгоряченной коже. Но когда понял, что она тонет, едва не сошел с ума от страха. Мне не было так страшно даже на поле боя, где знал- или я, или меня. Нет, там была какая-то суровая решимость помноженная на обреченность. Выжио- хорошо, умираешь- забери с собой как можно больше, не гибни вхолостую.

А здесь же ...я буквально чувствовал, что умрет она - умру и я. Нельзя медлить ни минуты!

И сейчас, глядя на то, как суетятся вокруг неё медсестры, как сурово и недовольно бросает на меня косые взгляды врач, я трясся от раздирающих душу эмоций - страха за её жизнь и стыда.

Я ведь прекрасно знал, какую операцию она перенесла. Видел весь этот херов арсенал таблеток, что она должна глотать каждый. Знал- и продолжал трепать ей нервы. Тогда как ей даже долбаный сериал или мелодраму нельзя смотреть, чтобы не расстраиваться! И не нагружать сердце ненужными стрессами и эмоциями.

Я думал, что спасаю её, а на самом деле только разрушаю. И хер пойми, что делать. Отпустить? При одной мысли об этом у меня чувство, что я собираюсь отрезать кусок себя. Она влезла под кожу, проникла в кровь, отравила. Я теперь ничерта не понимаю- кто она для меня? Подопечная? Да нихера! Подопечных не мечтают раздеть, бросив на любую горизонтальную поверхность, и трахать до одури. Любимая? Нет, это предательство памяти Алены и нашей так и не состоявшей семьи. Хорошая подруга? Смешно! Да и когда это мужчины дружили с женщинами? Плюс это ведь- Талова! Даже будь она хоть единственным человеком на земле, с которым мне было бы разрешено заводить дружбу - ну его нахер! Та, что лжет в каждой мелочи, не задумываясь всадит нож в спину, стоит тебе лишь на секунду отвернуться - не самый лучший претендент на звание друга.

Нужно что-то решать...

***

Валерия:

Он спас меня! Спас мне жизнь. Я не могу перестать исподтишка им любоваться, хоть сейчас он снова выглядит тем почти угрюмым недовольным мужчиной, каким я его помню с начала знакомства.

Врач что-то быстро говорит ему, Святослав слугает, сжимая руки в кулаки и изредка кивая. Я же всё больше осознаю, что весь мир вокруг для меня - чужой, неизвестный. И лишь этот человек в нем словно маяк, спасательный круг. Что-то знакомое, родное. Это страшит, пугает до дрожи.

Я никак не могу понять, определиться- хороший ли он? Герой, что спас меня? Психопат, что испугался - игрушка, которая ещё не приелась, может сломаться?

Наконец, врач, отдав приказ двум медсёстрам, выходит из палаты, оставляя нас наедине:

– Ты как?
– Святослав подходит ближе,и я вижу круги под его глазами, углубившуюся морщину меж бровей.

– Хорошо- хрипло пытаюсь рассмеяться, отчего едва заметно колет сердце. Я стараюсь не показать этого.

Он садится на стул рядом, накрывая своей большой рукой мою руку. И пристально смотрит на меня

– Что говорят врачи?
– пытаюсь наладить разговор.

– Небольшая аритмия- все будет хорошо- он поглаживает большим пальцем мою ладонь.

– Когда я могу...- я осекаюсь, не зная, как продолжить. " Когда я могу пойти домой?"? У меня нет дома. " Отправиться туда, где ты держишь меня как пленнницу?"? . И вообще, зачем мне туда идти? Я ведь хотела сбежать? Помню, очень хотела. Неужели секс с похитителем так влияет на жертву? Задумчиво разглядывая его, я вдруг допускаю мысль- а что если все действительно так, как он говорил? Что если на самом деле плохая здесь только я?

– Я заберу тебя домой сегодня, еще пара процедур и анализов, и тебя отпустят - продолжает гладить он мою руку, глядя в упор.

Я смущаюсь, отводя взгляд:

– Ну, если они не успели сделать всё за те пару часов, что я была в отключке...
– пытаюсь неловко пошутить, но Святослав глухо обрывает меня:

– Пару дней, Лера. Ты была без сознания два дня.

В ужасе я смотрю на него, не в силах поверить:

– Два дня - переспрашиваю, а мысли в голове устраивают настоящий кавардак. Что со мной? Два дня без сознания?! Как в третьесортном сериальчике из моего детства, где отец главного героя пролежал несколько лет в коме, из серии в серию лежал он в одной и той же палате. Я тогда еще смеялась, что это- самая лучшая роль в мире. Тебе платят за то, что спишь на съёмках.

И тут меня будто опаляет- я вспомнила. Немного, но вспомнила. Святослав чуть подаётся вперед, взволнованно обводя моё лицо взглядом:

– Что с тобой? Тебе плохо? Позвать врача?

– Не нужно - улыбаюсь я- я вспомнила - поясняю на его недоумевающий взгляд - вспомнила немного из детства. Память возвращается.

И вдруг я вижу, как его глаза буквально гаснут. Он не расспрашивает меня, не удивляется.

– Понятно- только и говорит он, а затем отпускает мою руку и поднимается - я сейчас еще зайду к врачу, через примерно пару часов мы поедем домой. И выходит из палаты, оставляя меня в недоумении. Отчего он так взъелся? Не верит до сих пор.

Горечь разливается внутри, ехидный мерзенький голосок насмехается, звеня в голове- " А что ты думала? Раздвинула ноги пару раз- и всё? Он влюбился, поверил, а сейчас вот за кольцом побежал?". Позволила себя, глупая дурочка, мечтать о том, что неосуществимо.

И, хоть мне ни любви, ни кольца, ни даже доверия его Святослава нужно не было ( "да, не нужно!" - обрываю я насмешки все того же внутреннего голоса), но настроение пропало также быстро, как и появилось. Устало откинувшись на подушку, зацепилась глазами за тонкую зеленую ниточку на мониторе, рваными волнами бегущую вперёд. Она идеально описывала наши отношения - то крутой взлёт вверх, то падение вниз.

Усмехаясь, позволяю себе прокручивать в голове тысячи сценариев, где я на самом деле- дочь влиятельного политика или бизнесмена. Потеряла память, а Святослав воспользовался. Но ничего, мой отец уже ищет меня. И его заодно. Ну а дальше- миллионы вариантов отцовской мести и моего упивания ею.

Но в глубине души я понимала- нет, это маловероятно. Хоть я и ничего не помню про ту, прошлую, жизнь, но никакого отца-олигарха или депутата у меня нет. И вдруг вспоминаю- те двое, которых я видела на фото, вот на кого отозвалось сердце. Я их знаю! Точно знаю. Нужно попытаться связаться с ними, это может быть шанс к спасению. В следующий раз ( если!) мне передадут телефон, я уже не буду так глупа