Чтение онлайн

– А ты точно уверена...ну, что хочешь?- Тоня, неловко переводя взгляд с меня на Гулю, тихо добавила- осталось же совсем немного...

Но мы все понимали- нас растили с мыслью, что семья лучше всего для ребенка. Что детский дом никогда не даст столько любви и заботы, даже чисто физически- сотрудников мало. Слишком мало. Даже для ухода и заботы, что уж говорить о ласке и внимании.Да и втайне каждый, даже самые рьяные противники устройства в семьи, мальчишки, что били себя в грудь, крича:" Вот выпущусь- деньги со счета сниму, квартиру дадут. И всё. Что надо ещё?"- и те мечтали о семье, прсто даже себе боялись в этом признаться. Боялись вновь раскрыться, полюбить кого-то - и оказаться снова брошенными.

– Я буду скучааать- вдруг навзрыд всхлипнула Тоня, а я бросилась к ее кровати, успокаивать уже её.

*****

– Лер, а как думаешь, нас тоже заберут?
– этот вопрос, заданный полушепотом, ночью, застиг меня врасплох. От кого уж, а от Иры, главной нашей задиры, не ожидала услышать. Да и что я могла ответить? Совет дать? Почему-то у нас тот, кого забирали, последние несколько дней считался живым воплощением бога на земле. Все благоговейно закатывали глаза при его появлении, тайкои просили советов о том, как предстать перед кандидатами в лучшем виде, что говорить, как сидеть...

– Конечно- сглотнув вязкую слюну, вру я в который раз за день. Вру не в том, что их не заберут- откуда мне это знать, разве я- Господь Бог. Просто считаю себя обязанной поделиться своей радостью со всеми, заставить и их поверить в то, что жизнь изменится. И они ждут ровно того же самого, потому что счастливо вздохнув, Ира укладывается поудобнее:

– Ну, эт хорошо...- мечтательно тянет она.

– Дайте поспать,а- раздаётся недовольное бурчание со второго ряда кроватей.

– Да спи, спи, ё-моё...Ну прям это, блин....- беззлобно бурчит в ответ Ира, окрылённая новым всплеском надежды.

Meeting

Святослав:

Сокол передал, что адаптация проходит успешно. Девочка понравилась семье, они- ей. Легенда о "добром дяде ", который пока что находится в заграничной командировке, но очень хочет познакомиться с новообретенной племянницей, внедрена в детские уши. Что же, отлично.

Признаться, меня знатно потряхивало первое время, когда я думал, что девочка может заартачиться, не захотеть в семью. Но Алексей был прав, сказав, что для многих там простой семейный уют - предел всех мечтаний. В тот момент даже на пару мгновений показался себе самым мерзким человеком на Земле- уродом, что использует наивную детскую мечту против самого же ребенка. Но позже отпустило- так или иначе, она должна быть рядом. Я не планирую для нее ничего ужасного, ничего плохого. Наоборот, я дам ( мне придётся, так или иначе) ей то, о чем она не могла бы и мечтать. Мы связаны. Навсегда. Как долбаное заклинание эти слова отпечатались на подкорке.

****

– А вот и Святослав, наконец-то - радостно, но заметно нервничая встретила меня Стелла Туманова, " временная мама" Валерии. Худащавая ухоженная блондинка, она проводила меня в столовую, где уже, за небольшим столом, сидел ее муж, Эдуард. Кандидат наук по философии. Там и вся внешность могла быть описана этим- прическа в стиле " озеро в лесу", дурацкие усики, накрахмаленная рубашка. Он поздоровался, сказав, что Лера сейчас спустится.

Но надо отдать должное - взяли ребенка они не из-за денег, оказалось, всё, что я отдал им, они положили на счет Леры. Чем же эта мелкая дрянь так очаровала их? Что в ней такого, что в ее присутствии все теряются? Врачи путают доноров, нуждающиеся в деньгах на разорившийся бизнес, что достался Тумановым от отца Стеллы, гордо отказываются от денег?

– Здравствуйте- неуверенный звонкий голосок выбил меня из размышлений- несуразная, с длинными ногами и руками, слегка растрепавшейся косой темных волос до пояса, похожа на худенького испуганного вороненка, выпавшего из гнезда, своими большими глазами смотрела на меня та, что была мне, к сожалению, роднее всех. Лера Фролова. Валерия.

– Здравствуй, Лера- охрипшим голосом поздоровался в ответ.

– Это твой...дядя, Святослав. Он - родственник Эдуарда.... дальний - кинув убийственный взгляд на меня, процедила Стелла. В последнее время она становилась всё менее управляемой, искреннне привязавшись к девочке, но рычаги воздействия я всё еще крепко держал в руках. Будто я - зверь какой-то, ну соврали и соврали, я ведь всё объяснил. Притом, у самих рыльца в пушку- денежки были первостепенными, когда решение принимали.

Разговор не клеился. Да и какой мог быть разговор между совершенно незнакомыми между собой людьми. Я, хоть и прочитал личное дело Леры вдоль и поперек, все еще не знал её, да и она явно была напугана сурового вида дядей, не особо похожим на того, кого ей описывали. Владельца небольшого туристического бизнеса. Больше я походил на перекачанного, слегка туповатого уголовника. Это мое простоватое выражение лица не раз помогало в бизнесе, на порах становления- многие из партнёров изначально думали, что нашли дурачка, которого можно было облапошить за здорово живёшь. А потом, когда я и мои юристы оставляли уже их самих ни с чём - вот когда было приятно смотреть на их вытягивающиеся рожи.

– А еще я стихи сочиняю, пою немного...- дрожащий голос девчонки продолжал перечислять умения. Стеллина работа. Она ее как своё лучшее творение лепит. Не зря же педагогом оттарабанила двадцать лет.

– Угу- вырвалось у меня машинально. Ебать я умею поддержать разговор. Тот ещё собеседник. Да и эта девчонка действует на нервы- трясется как осиновый лист, я ее съем, что ли? Алёнка бы на ее месте меня уже раз сто спровоцировать на ругань попыталась или вывести из себя, а эта...мышка.

Злясь на себя, на девчонку, на долбаный ужин и жизнь, что иногда поворачивается к тебе задом, заставляя играть по её извращенным правилам, резко встал:

– Мне пора ...Приятно было познакомиться, Лера.

Я буквально кожей чувствовал, как с облегчением вздохнула темноволосая пигалица. Естественно, в мои 30 я кажусь ей старым скучным хреном, перед которым с какого-то перепугу нужно распинаться своими несуществующими, я уверен, талантами.

****

Наши последующие встречи проходили не лучше - я то нес ерунду невпопад, то молчал как рыба. Девчонка нервничала, тушевалась. Пару раз мы выбирались в город, где ходили в кино или на аттракционы. Но она лишь испуганно смотрела на меня своими огромными глазами, а я, сидя рядом, закрывал глаза, мечтая услышать стук любимого сердца, не видя ту , совершенно чужую, оболочку, в которой оно теперь бьётся.

С вялой улыбкой принимал ее картины, ловил полные испуга и чего-то, отдаленно похожего на восхищение, взгляды, пытался балансировать на грани вежливого интереса и одобрения, но как же она меня раздражала. Раздражала одним своим существованием! И, видимо, девчонка это чувствовала. Боясь до чертиков, трепеща от одного моего присутствия.

А нервировать ту, что ежедневно пьет горстями медикаменты, было как минимум неправильно.

Полгода гребаного театра абсурда, неловкости, моей злости и вымученных эмоций со стороны Леры.