Прекрасен пурпур, золотом шитый,Кованые ларцы с двойной крышкой,Уборов сверкающих ложа,Где рубины, янтарь, хризолитыНа сиянье зари похожи,И дом с открытой ветру вышкой,Откуда видны плоские поляИ море кажется лиловатым,Прекрасны все дары, что рождает земляБогатым.Прекрасно на маленькой вдали сценеПриковать тысячи глаз к складкам плаща,Опутать чарами в ЕленеИ медленно пройти с невянущей улыбкой,А в Деянире быть недостижимо зыбкой,Роняя ткань с покатого плеча.Прекрасны вопли и плеск тысяч ладонейИ надпись на медали в честь богиням равной,Воздух, душный от благовоний,И все, что дается славной.Но должен быть доволен своим,Кто хочет жить с душою ясной.Когда бегу по пескам золотым и упругим,Я забываю Александрию и мраморный Рим,Счастливая телом, которое хвалят подругиИ милый зовет прекрасным.
<1917>
«Колеса врезались в песок сырой…»
Колеса врезались в песок сырой,И кони — Луч и Нике — стали.Голубой попугай прокричал: летим.Розово пенный, эфирно золотойВ осиянные далиУносил мою нежность лепет волны,Ветер скользнул по персям открытым моим,И солнцем низким и кротким,Солнцем моей весныПронизан синий дым летучий.Не уплыть, парус поставив, в валкой лодкеНа Делос родимый,Где с тобой фиалки плели мыИ, дух затаив, носились по мшистым кручам.На песке написала я тростью:«Здесь была НавзикаяПечальною гостьей».И поцеловала клюв попугая.
<1917>
«Феофано, дочь Симонида…»
Феофано, дочь Симонида,Спутница поэта, прощай!Короткую весну дала нам Киприда:Апрель венчал, разлучил нас май.Едва пригубив кубок желаний,Укушенная змеей, ты стала ничем.На станке недотканы пестрые ткани,Наш домик запылен, угрюм и нем.Странник, холмы покрылись мятой и тмином,Журчат ручьи, плывут облака.Тому, чье сердце полно Единым,Жаркая плоть светла и легка.
<1917>
«Есть путы чар, и тайно мы горим. Прощай!..»
Есть путы чар, и тайно мы горим. Прощай!Мы были телом радостным одним. Прощай!Упрямый думает забыть. Пройдут года,И мукою безмерной он томим. Прощай!Вот локон золотистый, вот портрет. СкажиВсему, чем жил, чем хрупко был любим: прощай!
<1918>
«Не все ль равно, каким глухим кварталам…»
Не все ль равно, каким глухим кварталамВверять шаги, когда вдали закат?Заборы, лужи, копоть за вокзаломИ дети чахлые в пыли у хат —Как в солнце все и радостней и шире!Румянит лица блик, горит окно.Когда так любишь, в сумеречном миреНе все ль равно?Отрадно пить в корчме густое пиво,С порога видеть угол синевы.Служанка, дочь хозяина, красива,Доступна всем, но, жаль, она — не Вы.Блестит звезда сквозь потолок дырявый,На сеновале душно и темно.Горячий шепот, губы, вздох лукавый:«Не все ль равно?»Лишь призраком владеть, на Вас похожимЛовить лишь отблески мне суждено.Что знаем мы, любя, что ждем, что можемНе все ль равно?
<1913>
В праздник
Угреватые прислугиЗвучно семечки лущат,Дружно бродят на досугеТолпы потные солдат.Красно-желтая приманка,Ум дурманит карусель.Заливается шарманка.Стал мороженщик за ель.Сад запылен и печаленИ от зноя весь поник.В духоте гнилых купаленЗамирает плеск и крик.Ночью звезды будут яркиВ небе желтом, как янтарь,И на черной мачте баркиЗакачается фонарь.Ночью снова затоскую,Буду по пескам бродить.Не уехать в даль морскую,Не смеяться, не любить.
Пьющие солнце
Шафранный, золотисто-павлинийСлепящих крыльев блеск и трепет.Сквозь еле уловимый лепетБарахтанье в теплой тине,Щебет и писк в мускатной долине.С холмов несет гарью и гнилью.Огненной брызнуло пыльюСолнце, в брильянтах дробясь.В одном обьятьеОткрыть всех тел пленительную связь.Зайчики на белом платье,На котором несмятая складкаДышит утюгом,Зайчики в стакане с розовым вином,Зайчики на ладони, пахнущей сладко.Сердце в небесной паутинеНе томный хмель, а солнце пьет,Слепительность перьев и девственных линий,Извивы лука, блеск золотисто-павлиний,Глаза миндалины, румяный рот.
<1916>
«Забывши рок, мы ставим цель, а там умрем…»
Забывши рок, мы ставим цель, а там умрем.Пестро кружится карусель, а там умрем.Что знаем мы: что далеко нам до морщин,Что нежно осиян Апрель, а там умрем.Вплетем фиалки в волоса, зажжем огни,Мгновенен миг, отрадна трель, а там умрем.Поставь на стол кувшинов ряд и в кубки лей,Пусть в голову ударит хмель, а там умрем.Не медли, мглистый воздух свеж и запад рдян,Нас ждет душистая постель, а там умрем.
<1918>
«Не любят розовой весной…»
Не любят розовой весной,В тепле предчувствий замирая.Так легкомыслен воздух мая,И отрок полон сам собой,Недоумело так лаская.Когда же много, много разСреди различно душных комнатЛаскал ты, зоркий ученик,И ошибаясь и учась, —Все пальцы, сердце, губы помнят —Ты, как искусный богомаз,Любви приоткрываешь Лик,Неотстранимой и грозящей.Нецеломудренный языкТогда воздушных песен слаще,И столько острых ласк рукаИ выражений тело знает, —С глухою силой нарастаетЛюбовь-вражда, любовь-тоска,И дух беспечности утрачен.Притворство сладкое смешно!Неложной нежностью охвачен,Ты строг, уверен и прозрачен,А сердце крепнет, как вино.
«Куда уехать нам, в какие дали?..»
Куда уехать нам, в какие дали?Дороги пахнут пылью и дождем.Под солнцем жарким быть всегда вдвоем,Завязывать ремни твоих сандалийИ спать на сене под одним плащом.Впервые мы себя нашли, узнали,И нежности проточный водоемСкопляется из облака печали.Куда уехать нам?Все, что с бездумной лаской расточали,И каждый срыв и хрупкий твой изломМы вновь преображенным обретем.Деревьев купы, горней синь эмалиВо взоре пленном плещутся твоем.Куда уехать нам?