Чтение онлайн

— Через пять минут начнется операция, в ходе которой ты будешь засвечена, в дальнейшем путаницы не произойдет. С этой минуты ты обязана во всем слушаться Илью не только как мужа, но и как офицера, поскольку речь идет о государственной безопасности. Теперь ты сама — фактор государственной безопасности, фактор разведки, это ты понимаешь?

— Понимаю, Петр Петрович.

Елене показалось, что ее душа от восторга взлетела так высоко, что может и не найти обратной дороги в ночном сентябрьском небе!

— Оперативный псевдоним твоего мужа — Мастер, какой ты выберешь себе?

— Маргарита, — на глаза боевой подруги Мастера сами по себе навернулись счастливые слезы, ее голос предательски дрогнул.

— Что ж, удачи тебе, Маргарита, — Елена поняла по голосу, что Римлянин улыбнулся, — береги себя! Отбой.

— Отбой, — машинально произнесла Елена и протянула мужу телефон.

Илья убрал телефон в карман рубашки, крепко поцеловал жену, легко подхватил ее на руки и с драгоценной ношей на руках быстрым шагом направился во флигель.

Синтия Тейн проснулась с тяжелой головой, совершенно не выспавшись, и выключила будильник: было половина восьмого утра. До начала главной городской новостной программы оставалось тридцать минут.

Со стороны особняка Азаровых послышался отдаленный смех. Синтия набросила на себя халат и подошла к окну спальни.

Вставшее над заливом яркое солнце обещало жаркий погожий день, еще один великолепный день бабьего лета. Празднично искрилась гладь тихой воды, на которой метрах в двухстах от берега, как раз напротив причала Азаровых, стоял на якорях скоростной комфортабельный катер. Трое рыбаков, взмахивая спиннингами, ловили с палубы рыбу.

Синтия перевела взгляд на спортивную площадку соседей.

— Невероятно, — поразилась журналистка, — или эти люди сделаны из железа, или это я совсем уж ни на что не гожусь!

Илья, одетый в белые тренировочные брюки, прыгал босиком по круглой перекладине турника, а Елена в сплошном ярко-голубом купальнике и тоже босая, повиснув на турнике и перебирая по перекладине руками, гонялась за мужем и пыталась схватить его за ноги. Проделывая эти не самые простые упражнения, молодая чета заливалась смехом.

— Они спали, как и все, часа три, — думала Синтия. — Да и вряд ли они спали все эти три часа: это ведь их, всего-навсего, вторая брачная ночь! Откуда у них только силы берутся?!

Журналистка засмеялась: Елене удалось-таки схватить мужа за штанину, но Илья мгновенно выбрался из брюк, оставив их в руках жены, и спрыгнул с турника. Его хохочущая супруга сначала зашвырнула брюки почти на самую верхушку растущей рядом пышной ели, а потом стала гоняться за мужем по площадке, пытаясь сорвать с него купальные плавки.

Синтия, улыбаясь, прошла в ванную комнату.

Минут через двадцать, приведя себя в порядок, журналистка подошла к окну и обнаружила Синельниковых, стоящих на палубе катера и о чем-то весело разговаривающих с рыбаками.

Через пару минут супруги красиво прыгнули в воду и великолепным кролем быстро поплыли к берегу, держась бок о бок.

— Интересно, — думала Синтия, — есть на свете хоть что-то, что эта пара делать не умеет или делает плохо?

Она взяла из рук Евгении поднос с двумя кофейными приборами и вошла в спальню Ирины. Девушка спала, ее иссиня-черные волосы красиво разметались по подушке. Синтия поставила поднос на журнальный столик и включила телевизор. Ирина проснулась, открыла глаза и села на постели.

— Доброе утро, — улыбнувшись, поздоровалась журналистка.

— Доброе утро, Синтия, — ответила девушка и тоже улыбнулась.

Ее улыбка порадовала хозяйку мавританского дворца. Сегодня ночью Ирина была до глубины души обижена невниманием к своей персоне, проявленным невесть откуда взявшейся съемочной группой, расположившейся в гостиной Азаровых, как у себя дома. Особенно она разозлилась на Елену, ставшую в одночасье знаменитой, поэтому с удовольствием приняла приглашение Синтии пожить в ее особняке, лишь бы не оставаться с лучшей подругой под одной крышей.

— Новости начнутся через восемь минут, — сказала Синтия.

Ирина ахнула, схватила халат и скрылась в ванной комнате. Когда она вернулась в спальню, новости уже начались. Девушка взяла из рук Синтии чашку крепкого кофе, уселась, подобрав под себя ноги, в глубокое кресло и нетерпеливо уставилась на экран.

— Горожане потрясены боевыми действиями, развязанными сегодня ночью криминалом, взявшимся за передел сфер влияния с автоматами и гранатометами в руках, — взволнованно вещала с экрана молодая журналистка. — Стрельба, взрывы, пожары, есть погибшие…

На телеэкране замелькали кадры произведенных ночью разрушений: лежащие в руинах дворцы цыганских наркобаронов, взорванный особняк известного криминального авторитета, мертвые боевики с валяющимися рядом с ними автоматами и помповыми ружьями…

— Мы попытались восстановить хронологию событий, — продолжала журналистка. — Самое первое сообщение о стрельбе из автоматического оружия и взрывах гранат поступило из Центрального района в начале десятого вечера. Было совершено вооруженное нападение на квартиру Сергея Николаевича Бокалова — декана факультета электроники Технической Академии.

На экране возникла снятая ночью квартира Бокаловых с обугленными стенами и дырой в полу, через которую снизу на журналистов недоуменно таращился пьяный мужик в семейных трусах.

Ирина сокрушенно вздохнула.

Удручающий вид квартиры сменила на телеэкране уютная обстановка гостиной Азаровых. Камера прошлась по всей честной компании, разместившейся в креслах и на диване. Чарли, лежа у ног Синтии, подозрительно разглядывал съемочную группу.

Дольше, чем на других, камера задержалась на супругах Синельниковых: Илья сидел на диване, невинно глядя в объектив, Елена, прислонившись к мужу и склонив голову к нему на плечо, уютно устроилась рядом. Камера взяла их лица крупным планом.