Чтение онлайн

— Сначала худеем, чтобы потом спокойно толстеть.

— Отцепись от матери, — накинулся на нее Адам. Значит, уже дошло до того, что ему безразлично, как я выгляжу.

Существуют, наверное, на этом свете умные и предусмотрительные люди. Я, во всяком случае, к ним не принадлежу. Если с чем и ассоциируются у меня такие мудрые и дальновидные головы, так это с зубами. Им никогда не приходится испытывать зубной боли — зуб еще не успеет разболеться, а они ать-два — и уже у дантиста.

У меня все происходит с точностью до наоборот.

Мой зуб вначале деликатно напомнил о себе. Я не настолько глупа, чтобы не знать, что он сидит в том месте уже не первый год, а потому я не проявила к нему внимания. Вероятно, зуб обиделся, потому что затих, будто там его никогда и не было. Я восприняла этот факт с радостью. А в своей краткосрочной памяти оставила заметку — как-нибудь, в неопределенном ближайшем будущем, следует сходить к врачу. Но чуть позже подумала — что это я, разве мне больше ходить некуда? В конце концов в этом чудесном мире есть масса других мест. Зуб точно сквозь землю провалился, а меня увлек поток жизни.

Так меня носило и крутило, пока однажды, проснувшись утром, я не ощутила свой зуб. Лизнула его языком, мол, здравствуй, он не утихал. Ах, ты так — подумала я. Выпила горячего чаю — он взбунтовался. У меня все позеленело перед глазами. Ладно, твоя взяла. Я разбавила чай холодной водой — он успокоился. Решила его задобрить. Ты мой самый любимый зубик. Ты совсем у меня не болишь. Здоровенький. Видно, он понял, потому что теперь только ныл.

В субботу мы с Адамом поехали в гости к его приятелям с радио, я съела там миллион калорий — поверьте мне, их и не видно было, так ловко они были спрятаны в пирожных наполеон. Я решила перехитрить свой зуб и жевала только левой стороной. Но, на беду, он оказался смышленым. Взбрыкнул на крем и словно шило вонзил мне в челюсть. Я побежала в ванную и долго полоскала рот теплой водой. Комнатной температуры, потому что на холодную мой зуб воскликнул «нет!» и дал пинка прямехонько в нижнюю челюсть справа.

Вернувшись домой, я приняла болеутоляющее. И поклялась ему, что в понедельник с рассветом отправлюсь к дантисту. Зуб обрадовался и перестал выкидывать фортели. Это было еще в позапрошлый понедельник.

Разве я виновата, что зуб о себе ничем не напомнил?

Позавчера он схватил тяжелый молот и начал размеренно им лупить вокруг. Обезболивающие таблетки решительно отвергал. Я дошла даже до того, что решила его споить. Напросилась к Уле на коньяк. Мы выпили полбутылки, потому что она добрый человек, и боль стихла. Спала я превосходно.

Утром проснулась с дикой головной болью с похмелья. К сожалению, в сравнении с зубной болью это было ничто. Под веками словно разряды молнии, зуб обезумел. Раскалывался. Подпрыгивал. Взял сверло и пытался вонзить его в мозг. Я поехала к врачу на прием cito 16 с острой болью. Дантист взглянул на меня с сочувствием.

— Да, долго же вы дожидались. Жаль, но придется удалить.

Долго? Ну уж простите, я ведь уже на следующий день к нему примчалась! С позавчера до сегодня — разве долго?

Расставание с зубом было болезненным. А кроме того, мне нужно было прийти еще раз.

Три дня я принимала обезболивающее. Рана кровила. Сердце обливалось кровью. Не переношу разлук. Ах, до чего же я была не благоразумна! Он остался бы со мной, если бы я его не упустила!

В таком состоянии застала меня Анита. Заехала вечером, Адам был на радио, Тося — в кино с Якубом, а потому я обрадовалась.

— Привет! Роберт переехал к Божене, — сообщила она с порога.

Горечь потери зубика притупилась в связи с фактом переезда ее мужа к незнакомой мне даме.

—Бог ты мой! — воскликнула я.

— Так будет лучше для нас обоих, — сказала Анита и взяла на колени моего кота, которому это пришлось по нраву.

Вот и рассчитывай на преданность своих, вскормленных чуть ли не собственной грудью животных.

— Борись за него! — пробормотала я с окаменевшим лицом.

— Какой смысл. — Анита гладила моего кота, а он урчал. — С каждым годом было все хуже и хуже. Мы перестали обращать друг на друга внимание, — всхлипнула она. — Я даже не знаю, в какой момент мне стало его недоставать.

— Еще не все потеряно, — бормотала я убежденно.

— Единственное, что теперь остается, — расстаться, не причинив друг другу боли. В прошлом году у меня был очень выгодный контракт, и я не захотела ехать отдыхать. Он поехал один. Думала: жизнь длинная — успеется. Потом я вообще перестала планировать что-либо для нас двоих. Работа в рекламном бизнесе так меня захватила! И я была довольна, что Роберт не дергает меня, что он тоже где-то крутится, что у него своя жизнь... Не говори ничего, мне самой нужно выговориться...

Я приготовила чай. Когда вернулась с заварным чайником, мой пес положил морду к Аните на колени. Я не знала, что и сказать.

Глотнула чаю, и дырка от зуба напомнила о себе пронзительно и неожиданно.

— Ты плохо себя чувствуешь? — Анита взглянула на меня с сочувствием.

— Мне вырвали зуб, — промолвила я тихо, чтобы не бередить рану.

— Тогда ты поймешь, о чем я говорю. Именно так все и происходит: ты ничего не предпринимаешь, ждешь до последней минуты, потому что тебе кажется, что еще успеешь. А потом остается лишь вырвать. А не удалишь, так какая-нибудь гангрена или...

Анита вздохнула, а меня холод пробрал до костей.

Всем нутром почувствовала — нельзя ждать, пока мои отношения с Адамом начнет разъедать какая-нибудь зараза.

А может, уже слишком поздно что-либо менять?

Интересно, почему почти пятнадцать лет выдержал со мной нынешний Йолин муж? Был слеп? Еще год назад мне казалось, что на сей раз у меня все складывается удачно. Почему я в самом начале не сознавала, что принадлежу к женщинам, которые моментально привязываются к мужчине, а тот даже хорошую машину купить себе не может, и в итоге получается, что другие мужики ему сочувствуют, а он чувствует себя хуже других? И я причина всех его бед? Несомненно, ему было бы лучше без меня, только теперь он уже не знает, как из этой истории выпутаться, хотя я все больше времени провожу с женщинами и не требую от него, чтобы сидел дома, перестал так много работать и почаще бывал со мной.