Чтение онлайн

Кое-как собрав неряшливый узел на макушке, сдуваю оставшиеся пряди и спешу к двери. Томить лэда Эмиля и дальше не рискую, всё-таки он — хозяин, а я — гостья.

— Извините, что заставила вас ждать, лэд Тьер. — Приседаю в почтительном реверансе, как того требует этикет, пряча не до конца отмытые пальцы под складками ткани.

— К чему эти расшаркивания, дорогая? — Меня подхватывают и поднимают. — Оставим условности для посторонних. Мы же не чужие люди, — чуть укоризненная улыбка, и я вынужденно киваю в ответ.

Да, мы не чужие… Но и не родные.

Лэд Эмиль так и доводит меня до кресла у камина под локоток и заботливо усаживает, но сам садиться не спешит: делает круг по комнате, заложив руки за спину. Возвращается к столу, просматривает книги и перекладывает их в неровные стопки в одной ему известной последовательности.

— Ответь, только честно, Миранда. Не нужно меня жалеть, — огорошивает внезапно. — Эдвард будет жить?

— Я стараюсь, лэд Тьер. Делаю, всё, что в моих силах.

— И как получается?

Как получается?! А как получается? Да никак пока не получается! Одно несчастное щупальце и бездна потраченных сил. Но я не произношу этого вслух, разумеется.

— Есть положительные сдвиги, — осторожно начинаю, — но мне нужно ещё немного времени…

Которого нет, если Клара не найдёт что-то дельное. И отцу рыжего лучше об этом не знать.

— Проклятие Эдварда оказалось чуть сложнее, чем я полагала в начале. Но я справлюсь, лэд Тьер, — рапортую неестественно бодро, прилагая титанические усилия чтобы не ерзать под тяжёлым испытующим взором.

— Дай-то боги, Мири! — с надеждой выдыхает Тьер-страший и опускается в кресло, напротив. — Признаться, я надеялся, что приедет Лианна…

— Мама научила меня всему, что знает сама, — сухо перебиваю, невольно сжимая подлокотники. — Клянусь, я избавлю вашего сына от проклятия, можете не переживать.

Я ведь тоже хочу жить. Очень-очень хочу! А демонский долг не оставляет пространства для манёвров.

— Прости… — Моих напряженных пальцев мимолётно касаются. — Ты чудесный лекарь, Мири. Эдварду очень повезло с невестой.

Невеста…

Мне не хочется говорить, но я должна.

Когда-то давно лэд Тьер спас жизнь моему отцу, и я до последнего вздоха буду ему благодарна. И не только я — вся наша семья, которой бы просто не было, если бы не лэд Эмиль.

Тот дозор был последним. Уже следующим днем они вместе с папой должны были вернуться в столицу… Но на пути в гарнизон на отряд желторотых юнцов-выпускников военной академии напали сбежавшие из рудников тёмные.

Преступникам нечего было терять, поэтому они не церемонились. Завязалась битва, в которой не щадили никого. Отрядные маги не справлялись: запас артефактов у чёрных, казалось, не иссякал, а подмога всё не приходила и не приходила. Смертельные проклятия безостановочно летели одно за другим, защитные доспехи трещали, рассыпаясь в пыль. Люди гибли под градом заклинаний: кто-то сгорал на месте, кого-то буквально выворачивало наизнанку, кого-то разрывало на части. В папу попало проклятие тысячи лезвий…

Боги! Если бы лэд Эмиль не оттолкнул его, принимая основной удар на себя…

Я не знаю, как маме удалось спасти их обоих, мне не рассказывали, но папа тогда поклялся вернуть долг жизни.

Поэтому сейчас, несмотря ни на что, я спасаю рыжего, точно также балансирующего на тонкой грани между жизнью и смертью, как и его отец когда-то.

И да, меня мучает совесть, ведь лэд Эмиль искренне радуется, видя нашу игру в дружбу.

А то, что я скажу сейчас, окончательно разобьёт его сердце. Но у меня просто нет иного выхода…

— Лэд Тьер, эм… — Кусаю губу и отвожу глаза, собираясь с духом. — По правде говоря, я хочу попросить вашей помощи в расторжении помолвки.

Ну вот и всё! Я сказала это.

— Н-но… Как же? Почему?

Он нащупывает кувшин и, не глядя, плескает воды в хрустальный бокал. Выпивает залпом, а после хватает за руку, с тревогой всматривается в моё лицо:

— Эдвард что, обидел тебя?

Обидел… Горло сковывает удушливым спазмом, а рот моментально наполняется едкой слюной. Я пытаюсь проглотить, но это слово распирает гортань, упорно цепляясь острыми шипами.

Обидел? Нет, не обидел.

Растоптал, унизил, уничтожил, превратил в горстку пепла. Опять…

Устремив взгляд в потолок, до боли прикусываю щёку, и пока тёмные квадраты кессонов расплываются перед глазами, мысленно твержу, задыхаясь: «Не заплачу, ни за что не заплачу! Рыжий не достоин моих слёз. Пусть жениться на своей «сладкой, сладкой, Трис»! Вот уж кто для него идеальная пара! Пусть целуются и обнимаются хоть целую вечность. Мне плевать!»

Боги, почему же так горько?!

— Не по-ни-маю… — бормочет Тьер-старший на грани слышимости, методично сжимая мою ладонь. Отнюдь ласково, стоит заметить.

Я кривлюсь от боли, но похоже, мою гримасу истолковывают по-своему, продолжая стискивать.

— Мири, ты испугалась тогда, да? Я не осуждаю. Поверь, ни я, ни Эдвард не злимся… Все боятся, ведь брак — это очень… очень серьезный шаг. Но мы же всегда хотели породниться, правда? Тебе просто нужно было больше времени, чтобы свыкнуться с мыслью. Прости, что сразу не поняли, давили на тебя…

Давили? Ожесточенно мотаю головой. Боги, да я готова была выйти за рыжего в день помолвки, это он тянул со свадьбой.

— Нет? — Растерянно моргает лэд Эмиль и его брови недоуменно сходятся на переносице. — Тогда что?! Ты боишься, что думают в обществе после твоего побега? Да, боги с ними! Пусть думают, что хотят! Главное, вы с Эдвардом счастливы. Я так радуюсь, видя, как вы сблизились… Вы ведь счастливы, Мири, да? Снова нет?! Но, почему? Эдвард любит тебя…

— Кхм. — С трудом освобождаю ладонь и проталкиваю-таки комок в горле. — Простите, лэд Тьер, мне не хочется вас разочаровывать, но… ваш сын никогда не любил меня. Увы, — развожу руками.