Чтение онлайн

– Почему ты не сказал об этом раньше?

– А мне делать больше нечего, как меж мирами мотаться… К тому же, если честно, посмотреть хотелось, насколько далеко в амбициях своих зайти сумеешь, поскольку я даже предположить поначалу не мог, что плюнешь на своё обещание мне…

– Заключить с ней контракт? Так она сама отказалась…

– Я сказал, это ЕДИНСТВЕННЫЙ способ, ты на него согласился. Не смог её уговорить, должен был отказаться от задуманного. А ты воспользовался другим способом, предложенным ею, и её же за это гнобить начал… Вот даже слов не найду твой поступок охарактеризовать, особенно в свете того, что ещё и на клятву Эрбилу её не трогать наплевал…

– Чёрт, – Альфред нервно передёрнул плечами, – такой взгляд на происходящее мне в голову не приходил.

– Конечно, брёвна в своих глазах, они обычно невидимы. Только вот не на твоём уровне такое говорить…

– Исправить что-то можно?

– Да… Иначе бы я не пришёл. Тебе шанс дали. Исполнишь клятву, данную Творцу, тебя снимут с подвеса. Так что дерзай!

– Помочь можешь?

– Нет…

– Почему?

– Потому что это не моя задача.

– Тебе её не жаль? Если и впрямь ты на неё за содеянное зла не держишь, то как ты можешь устраниться?

– Хорошая манипуляция… Только не на того напал, мой мальчик. Это твоя проблема и решать её тебе. Я подстраховал её хорошим овердрафтом, но очень хочу надеяться, что он не потребуется. Так что удачи…

– Вальд, постой! Не уходи! Скажи хоть, что сделать можно? Она же явно теперь ни помощь от меня не примет, ни тем более к себе не допустит…

– Ищи, мой мальчик, ищи способы. Главное, без насилия – ни над ней, ни над другими, иначе опять всё испортишь. Созидает только любовь, запомни это. И ещё постарайся систему инквизиции всё же переделать так, чтобы насилие стало минимальным, хоть какое-то оправдание в глазах Творца всей устроенной заварухи получишь и, как следствие, поддержку. На этом всё. Мне пора.

– Понял. Благодарю тебя. И прости, что обещание нарушил, я виноват.

– Тебе не у меня прощения просить надо. Я-то простил и зла не держу, иначе бы не пришёл. Тебе перед Творцом повиниться надо и ещё перед ней заодно, поскольку то, что ты с ней сотворил, причём за желание именно тебе помочь реализовать свои чаяния, даже врагу не пожелаешь. Ты убил в ней не только любовь, но и желание жить. Я и подумать о таком не мог, когда просил её под опеку взять. У неё и раньше в душе холод был, а теперь прям ледник стал, а там должен цвести сад. Подумай об этом на досуге… – тихо выдохнув последнюю фразу, призрак отступил вглубь коридора и растворился, унося с собой ощущение пробирающего до костей и леденящего душу холода.

Альфред некоторое время как заворожённый смотрел на то место, где он исчез, не в силах даже пошевелиться, потом прижал пальцы к вискам и прикрыл глаза. В мозгу постепенно начало происходить осмысление слов Вальда, и он почувствовал, что начинает тонуть под гнетом ужаса от осознания сложившёйся ситуации. Перспектива была безрадостной. Хотя, если Вальд сказал, что шанс есть, может, он действительно есть?

Глубоко вздохнув, Альфред нетвёрдой походкой добрёл до своего кабинета, распахнул окно и рухнул перед ним на колени, воздев вверх руки:

– Творец, прости и дай сил всё исправить… Я не знаю, как такое могло произойти… А может… Может, Вальд солгал? Ведь не можешь Ты принять грешную душу и простить того, кто намеренно посмел ввести тебя в заблуждение… Не можешь! К тому же, если бы у неё овердрафт был, как он говорит, зачем ему моя помощь в возрождении её потенциала? Ведь он мог её получить здесь и сейчас и наслаждаться взаимным перерождением. Нет, тут что-то нечисто… – он медленно опустил руки и помолчал немного, размышляя, а потом тихо выдохнул: – О, Господи, что я говорю? Не слушай меня… Я сам знаю, что это бред, но как последний подонок ищу способ оправдать себя, очернив всех… Я готов всех считать подлецами, поскольку сам в душе оказался таким… И мне очень стыдно, настолько, что даже себе признаться не могу в том, что за помощь отплатил моральным унижением… Чуть со свету её не сжил из-за того, что не смог смириться, что она кому-то, кого я посчитал недостойным, отдала потенциал своей души, поскольку априори считал себя единственным претендентом на её чувства. Прости меня, Творец… Я осознал… Я действительно постараюсь всё исправить… И не потому, что за свою судьбу испугался, хотя, что греха таить, это тоже есть, но вот всё равно не это главное… Мне правда до безумия сейчас жалко её… Но как всё исправить, я пока не представляю… Вразуми! Ты ведь всемогущий! Вразуми!

За окном послышался шелест крыльев. Альфред в состоянии благоговейного трепета вскинул голову, ожидая увидеть посланника Божьего, но увидел лишь своего фамильяра.

– Ты, – разочарованно протянул он. – Не вовремя ты, однако. Чего тебе, пернатый?

Не сводя с него внимательного взгляда, ворон выразительно постучал клювом по карнизу окна.

И тут на Альфреда волной нахлынуло понимание.

– Извини, мой хороший. Я совсем забыл о тебе. А любовь в каждодневной заботе проявляется. Сейчас покормлю, – он ласково потрепал ворона пальцами по голове, – потом вскинул взгляд к тёмным небесам: – Я понял, Творец. Благодарю…

***

На следующее утро Альфред, не дожидаясь визита Илиаса, сам спустился в камеру, где находилась Миранда.

Тот сидел на стуле у её изголовья, а на полу в углу сидела Кира. Оба при его появлении вскочили.

– Как она? – Альфред подошёл ближе и с удовольствием отметил, что Миранда к кровати не привязана.

Его внимательный взгляд Илиас трактовал по-своему:

– Она очень слаба, мой господин, я подумал лучше не ограничивать её движения, если я следить буду… Ей так дышать легче, и мышцы не затекают. Но если вы недовольны…

Договорить он не успел, Альфред жестом остановил его, проронив:

– Доволен. Правильно поступил. Можешь идти отдохнуть и Киру забери. Вернёшься через два часа. Мне на Совет надо уйти будет. Всё. Иди.

– Да, мой господин, – с поклоном проговорил тот и, поманив рукой Киру, поспешно вышел, закрыв за собой дверь.

Миранда лежала на спине, чуть отвернув в сторону голову и закрыв глаза. Альфред кончиками пальцев коснулся её грудины и очень осторожным посылом начал поднимать частоту вибрации зоны.

Она тут же повернула голову и, распахнув глаза, тихо выдохнула:

– Вот сколько можно, Ал? Неужто не удовлетворился ещё? Я уже даже в гиенну огненную готова пасть, но тебе всё мало. Что ещё от меня хочешь?

– Извини, Мира. Я осознал, что очень виноват перед тобой, но я постараюсь всё исправить. Обещаю, что больше силой принуждать ни к чему не стану. Только сейчас дай помочь. Потому что умереть всё равно не дам.

– Осознал, и умереть не дашь… Хорошо… А отпустить можешь? – её взгляд впился в его глаза.