Чтение онлайн

Вальберг сощурился и хотел было что-то ответить, но Дорн перебил его, извинившись:

— Простите. Я слегка уклонился от темы.

Он прокашлялся и повернулся к Штефану, вопросительно глядя на него.

— Если я вас правильно понял, вы уже не очень уверены в том, что эту девочку бросили родители, да?

— Я вообще ни в чем не уверен, — произнес Штефан. — Я… понятия не имею, что с ней, собственно, произошло. Может, ее и в самом деле просто бросили, а может, с ее родителями произошел какой-нибудь несчастный случай. — Он пожал плечами. — Наверное, мы этого так никогда и не узнаем.

— Было бы правильнее не привозить ее сюда, — задумчиво проговорил Дорн. — Почему вы не передали ее местным властям?

Штефан рассмеялся:

— Каким властям? Мы были рады уже тому, что сумели выбраться живыми из этой «гостеприимной» страны. Вы, похоже, не имеете никакого представления, что там сейчас происходит.

— Я думал, что война там уже закончилась, — заметил Дорн, и внутренний голос стал лихорадочно нашептывать Штефану, что ему нужно быть осторожным.

В самом деле, Дорн был не из тех людей, с которыми можно смело говорить о чем угодно. Этот внешне вроде безобидный разговор являлся, по сути дела, допросом.

— Да, конечно, — согласился Штефан. — Но мало что изменилось.

Это был совсем не тот ответ, которого ждал Дорн, однако он и на этот раз не выказал своего разочарования. Посмотрев в течение нескольких секунд на ребенка, он задумчиво произнес:

— Я спрашиваю себя, а не связано ли как-то нападение на Хальберштейн с этой девочкой?

— С Евой? — Штефан изобразил на лице сомнение. — Каким образом?

— Хальберштейн сказала, что нападавший говорил с сильным акцентом, — сказал Дорн.

— А, понятно! — Штефан усмехнулся. — Вы полагаете, что он приехал, чтобы забрать девочку.

— Почему бы и нет? Всякое может быть.

— Вряд ли, — не согласился Штефан. — Для этого им сначала нужно было узнать, что мы находимся именно здесь. Тем людям, с которыми нам там пришлось столкнуться, мы, знаете ли, своих визиток не оставляли.

— Каким людям? — тут же спросил Дорн.

Штефан мысленно обругал себя. По всей видимости, Ребекка рассказала этому полицейскому об их приключениях не так подробно, как своему братцу, и то, что Штефан сейчас сболтнул, невольно вызвало у Дорна живой интерес.

— Это… Я не могу вам сказать. И это не имеет к данному делу никакого отношения.

— Возможно, я смогу лучше понять, имеет или нет.

Штефан пожал плечами и посмотрел в сторону.

— Да, возможно, — произнес он и замолчал.

Дорн нахмурил лоб и собрался что-то добавить, но передумал и лишь пожал плечами. Но Штефан был уверен, что Дорн еще вернется к данному вопросу. Штефан еще раз мысленно выругал себя за несдержанность. Ему следовало бы внимательнее следить за тем, что он говорит, а главное — кому.

— Все это, так или иначе, кажется очень странным, — сказал Дорн через некоторое время. — Наверное, будет лучше, если вы с супругой некоторое время будете держаться подальше от девочки. По крайней мере до тех пор, пока мы не задержим этого психопата.

То, что его обязательно задержат, не вызывало у старшего инспектора, по-видимому, никаких сомнений. Штефан в этом отношении был настроен не так оптимистично. Впечатления от встречи с парнем в дешевой куртке были еще свежи в его памяти, и чем больше он думал об этой встрече, тем более странной она ему казалась. Штефан мучился сомнениями, стоит ли ему рассказывать Дорну, как незнакомец сумел буквально раствориться в темноте: он боялся, что инспектор может подумать, будто у него больное воображение. Однако не успел Штефан прийти к какому-либо решению, как Дорн демонстративно посмотрел на часы.

— Похоже, мне пора, — заявил он. — Пожалуй, я пойду домой, а то моя жена, чего доброго, еще заставит поволноваться моих коллег, подав заявление о моем исчезновении. Увидимся завтра в девять утра в моем кабинете.

— Мне приходить с адвокатом? — спросил Штефан.

— Пока нет. — Полицейский улыбнулся. — Может быть, он вам вообще не понадобится. — Затем Дорн кивнул Вальбергу. — До свидания, господин профессор! — попрощался он и пошел к выходу.

Штефан задумчиво посмотрел ему вслед и, дождавшись, когда за Дорном закрылась дверь, повернулся к Вальбергу.

Профессор выглядел не особенно довольным, хотя Штефан и не мог сказать, кто именно был тому причиной — он или Дорн. Возможно, они оба.

— Мне жаль, что из-за нас возникло столько проблем, — начал было Штефан, но Вальберг жестом остановил его и согнал со своего лица недовольное выражение.

— У меня нет из-за вас никаких проблем, — возразил он. — Вы ведь знаете: если есть на свете более надменные и самоуверенные люди, чем полицейские, так это врачи.

Штефан удивленно взглянул на него. Ему было непонятно, произнес Вальберг эти слова в шутку или нет. Однако, зная, какой реакции ждет от него профессор, он тихонько засмеялся, но тут же снова стал серьезным.

— Вы ведь ему рассказали далеко не все, да? — спросил Штефан. Показав рукой на кроватку, он добавил: — Я имею в виду — о ней.

— Я отнюдь не приврал, — уклончиво ответил Вальберг. — Но нежелательно, чтобы он все знал, а то он в следующее полнолуние заявится сюда со священником и пистолетом с серебряными пулями и станет ждать, когда она превратится в оборотня.