Чтение онлайн

Балагас Бугровщик тут же разбил руны призрачных гонцов и надиктовал в большем волнении две малявы на рудники о том, что к ним идет новая страшная напасть — Королевский зашквар. Голдсмит терпеливо дождался, пока призрачные малявы ускачут, а потом поинтересовался:

— Еще вопрос есть. Вот предположим, что этому Била-Аднину кто-то руку пожал. По незнанке. Зашкварен такой арестант или нет? И если зашкварен — то обычным зашкваром или Королевским?

— По незнанке — вопрос сложный, — задумался Гшап, — Индивидуального подхода требует. Так с обычным зашкваром было. Но тут-то дело особое, зашквар Королевский. Так что здесь двух мнений быть не может. Не канает незнанка. Если кто с запомоенным Королевским зашкваром арестантом поручкался — сам тем же зашкваром и запомоился. Без вариантов. Ох, и страшные ты вещи говоришь, Голдсмит. Так ведь и всю зону можно за один удар гномьего сердца перешкварить. Чую беду, чую.

— Спасибо за расклад, положенец, — вежливо поблагодарил Голдсмит, — А теперь у меня последний вопрос. Если первый арестант с Била-Адниным поручкался, а потом второму арестанту руку пожал — зашкварился этот второй или нет?

— Так, — зашипел Гшап Рептилиумский, — Все так. Запомоился этот второй тем же Королевским зашкваром по-любому. Зашквар Королевский, и в силе не теряет. Жуткая вещь, ужасная. Если такой в зоны допустить — будет арестантов сотнями шкварить.

— Замечательно. Спасибо, — кивнул Голдсмит, — Думаю, что правилка окончена. Положняк определен.

— Такая уж судьба моя, положняк ставить, — довольно резюмировал рептилоид.

Голдсмит тем временем отщелкнул бак своего вейпа, и тут же поставил на его место новый — выдававший цветной ярко-зеленый пар.

— Ты руку Била-Аднину жал? — спросил Голдсмит Андрея.

— Жал, — не стал отрицать Андрей, на всякий случай отступая к двери из хаты.

— А ворам?

— И ворам жал, — вздохнул Андрей, — Всем, кроме Гшапа.

Авторитеты переглянулись, потом глаза у них округлились от ужаса. Тууг Эазимский выронил из руки папиросу.

— Плюнь на ковер, — приказал Голдсмиту Андрею.

— Да зачем?

— Плюй, говорю.

Андрей харкнул на ковер.

— Гшап, а хата-то у тебя зафоршмачена, — заявил Голдсмит.

Воры повскакивали на ноги, Тууг Эазимский метнул в Андрея заточку. Но Андрей пригнулся и заточка, пролетев сквозь голограмму Голдсмита и открытую дверь, ударилась в стену коридора.

— Беспредельщик! — оглушительно рычал Балагас Бугровщик, — Всех перешкварил, падла! Прокрутил нас по колесу беспредела!

В камеру ворвались эльфы. Увидев жирного генерал-губернатора, который вбежал последним, Гшап в панике зашипел:

— Батя Фортиус! Выручай честного арестанта. Ты меня в петушиную хату сунул, сука. Давай другую, а то вскроюсь. Не буду с опущенными чалиться.

— Ты чего несешь? — повернулся к Гшапу Тууг Эазимский, — Это мы что ли, опущенные?

— Как есть опущенные, — заорал Гшап, выхватывая мерцавшую магией волшебную заточку, — Вы поручкались с запомоенным. С запомоенным Королевским зашкваром! И сами теперь эту тьму в себе несете. Не буду с петухами сидеть! Давай другую хату, Фортиус!

— Я тебе сейчас башку разнесу, ящер, — взрычал Балагас Бугровщик, призывая табуретку из другого мира.

— Голдсмит хочет нашей ссоры, авторитеты, — сообразил кошкомальчик Акио Мокруха, пока что так и не присоединившийся к потасовке, — Предлагаю ему понт обломать. А Королевский зашквар признать несуществующим. Или не действующим по незнанке.

— Петух рассуждает о понятиях! — с негодованием закричал Гшап, — Ты куда лезешь, зашкваренный? Решения правилки не отменяются, и малява на зоны уже ушла. Я авторитетный вор, за базар отвечаю. А ты об укладе не кукарекай, грязь.

Тууг Эазимский бросился на Гшапа Рептилиумского, но Гшап зарезал темного эльфа одним ударом волшебной заточки. Акио Мокруха растворился в воздухе с тихим хлопком. Балагас Бугровщик попытался вырубить рептилоида призванной табуреткой, но Гшап увернулся.

Акио вдруг вывалился прямо из воздуха за спиной Гшапа и набросил ему на чешуйчатую шею удавку. Рептилоид дернул ногой, пытаясь ударить Акио Мокруху, но только опрокинул самовар с чифирем, который разбился, разлив по ковру ярко-красную заварку. Балагас снова пошел в атаку на Гшапа с табуреткой, но наступил в кипятивший чифирь волшебный огонек и, обжегшись, оглушительно зарычал, а потом упал на ковер и выпустил из рук табурет. Акио и удушаемый им Гшап все ближе продвигались к волшебной параше в углу камеры.

— Запомоить хочешь, падла, — прохрипел Гшап, — Сука. Фортиус, помоги! Петухи взбунтовались!

— Надо помочь, — спохватился генерал-губернатор Фортиус, — Он нам нужен. Чтобы дверь открыть.

— Не нужен, — отрезал Голдсмит, выпуская облако зеленого пара, — Нам орка хватит. Лексус, кастани на Балагаса гравитационный пузырь. От греха подальше.

Боевой маг скастовал прозрачный пузырь вокруг Балагаса, который все еще лежал на ковре в луже чифиря, смешавшегося с кровью убитого Тууга. Орк рычал и пытался лечить заклинанием обожженную ногу.

Акио и Гшап тем временем оказались уже возле самой волшебной параши, представлявшей собой висящую в воздухе черную дыру. Украшенная шелковыми панелями ширма, закрывавшая отхожее место от взоров, полетела на ковер, когда Гшап начал еще пуще метаться, пытаясь освободиться от удавки кошкомальчика.

— Умру, но не запомоюсь, — хрипел Гшап, безуспешно пытаясь достать Акио волшебной заточкой.

— Умрешь и запомоишься, сука, — поправил его ассасин-кошкомальчик и сунул Гшапа головой в черную дыру волшебной параши.

Параша, зачарованная на немедленную аннигиляцию любого вошедшего в нее объекта, тут же с громким уханьем поглотила голову рептилоида без остатка. Чешуйчатое обезглавленное тело Гшапа обмякло и упало на ковер, заточка выпала из лапы ящера, из обрубка шеи захлестала синяя рептильная кровь.

Акио растворился в воздухе вместе со своей удавкой, но тут же появился прямо перед Андреем, так что Андрей дернулся назад, но наткнулся на необъятное пузо генерал-губернатора, заблокировавшее ход из хаты.