Чтение онлайн

– Да нет, просто я боялся, – сказал он.

– Кого ты боялся?

– И сейчас боюсь… Вдруг нас там внизу поджидают.

– Посмотрим!

Вдоль дальней от двери стены стояли два шкафа, между ними мог – тютелька в тютельку – встать и третий. Однако это место занимал большой портрет Ельцина – видимо, как дань человеку, от которого зависело будущее хозяина кабинета.

Ширман привел в действие скрытый механизм. Один из шкафов отъехал в сторону, освободив проход к потайной двери. За которой, как оказалось, есть комната отдыха. Спальный гарнитур с кроватью, барный шкаф, диванчик, холодильник. И тяжелая бронированная дверь – с выходом на «черную» лестницу, какие бывают в старинных домах.

На этой лестнице действительно можно было угодить в засаду. Человек, устроивший нападение на Ширмана, мог ударить и с двух сторон: через парадный вход – активное нападение, через черный – пассивное. Возможно, сам штурм офиса был всего лишь отвлекающим маневром, чтобы выманить Ширмана из его норы. Но это глупое решение. Если бы нападавшие знали о существовании запасного выхода, они бы ворвались в кабинет к Ширману как раз через него. Бронированную дверь можно было снести взрывом… Обо всем этом Арсений подумал вскользь. Куда больше мыслей вызвала кровать за спиной. Что если Сирена работала у Ширмана не только в приемной, но и в комнате отдыха?..

– Осторожно давай! – шепнул Казимир.

Арсений кивнул. Он уже осмотрел пистолет, подготовил его к бою, но сомнения остались. Патроны вроде бы идентичные, но вдруг они все-таки разнятся. И так могло быть, а практически – тем более.

Лестница выводила к такой же запасной двери в торце здания. К ней вышли без осложнений. За дверью их тоже никто не поджидал.

Ширман шагнул вслед за Казимиром и Арсением, за ним потянулись остальные. Последней в очереди была Сирена. Арсений вопросительно взглянул на нее. Девушка она, конечно, замечательная, но ей с ними не по пути.

Они вышли в проход между домами, Ширман показал на «шестисотый», который стоял среди других машин.

– Твоя? – спросил Казимир.

– Машина-то моя, а где Володя?

– Какой еще, на хрен, Володя?

– Водитель мой…

– Может, ушел куда? – пожал плечами Буян.

– Что, если его купили? – предположил Ширман.

Он лихорадочно озирался по сторонам, его трясло от страха.

Казимир махнул на Ширмана рукой, он смотрел вслед Шмелю, который шел за его «БМВ». Тот бросил машину, преследуя киллеров, ему за ней и идти.

Рядом с «БМВ» стоял желто-синий «Луноход», возле машины топтался автоматчик, но Шмель аккуратно зашел ему со спины, и мент не обратил на него внимания. Шмель беспрепятственно сел за руль, завел двигатель, сдал задом. Только тогда мент заметил движение, но не дернулся, а лишь проводил машину взглядом.

Менты не пытались остановить Шмеля, но ему из-за них пришлось сделать крюк, а это – время. Впрочем, Арсению не впервой было томиться в тревожном ожидании.

Наконец, Шмель подъехал. Казимир открыл правую переднюю дверь, а Арсению пришлось устраиваться сзади. Но сначала он помог сесть Ширману, которого зажали на заднем сиденье между ним и Буяном. А мужик он толстый, места занимал много. Неудобно.

Но и это было еще не все. Самого Арсения внезапно подвинула Сирена. Она должна была, по идее, исчезнуть, но черти ее понесли в машину. Впрочем, никто ей даже слова не сказал, как будто по-другому и быть не могло.

Двигаться на заднем сиденье, строго говоря, было некуда, и Сирена очень быстро это поняла. Но не сдалась. И даже смогла немного подвинуть Арсения, но только для того, чтобы забраться к нему на колени. Дверь пришлось закрывать ему, осторожно, чтобы не ударить ее по коленкам, обтянутым прозрачными колготками. Сирена села спиной к своему шефу – возможно, она не хотела, чтобы Ширман гладил ее коленки. То ли поссорилась с ним, то ли у них и не было ничего. Но тогда почему же она так просто забралась на колени к Арсению? Он терялся в догадках.

– Эй, я не понял, что это там у вас? – развеселился Казимир.

Он лыбился, глядя на Сирену, но при этом завидовал Арсению. Хотя и старался это скрыть.

– Эй, а почему не ко мне? – спросил Буян.

– А у тебя не дорос! – хохотнул Шмель, стронув машину с места.

Арсений сидел, затаив дыхание. Он не знал, куда девать руки. Можно было бы обнять Сирену, раз уж она сама оседлала его, но Арсению казалось, будто девушка соткана из хрустальных ниток, тронешь неосторожно – рассыплется.

– Давайте без пошлостей! – недовольно сказал Ширман.

Он выставил вперед руку, согнутую в локте, чтобы Сирена оперлась на нее спиной, но девушка отодвинулась от него поближе к дверце. То ли прикосновения шефа ей были неприятны, то ли она хотела, чтобы за спину ее поддерживал Арсений.

– Эй, а жопе слова не давали! – не остался в долгу Шмель.

Казимир глянул на него предостерегающе, но, скорее, с одобрением, чем с осуждением. Ширман – человек со статусом, не надо было ему грубить, но раз уж Шмель ужалил, значит, так и надо.

Сирена затаенно улыбалась, глядя в окошко сверху-вниз. Она понимала, что забралась не в свою тарелку, но, как ни странно, с удовольствием готова была терпеть неудобства.

Машина уже набрала ход, когда на пути возникло какое-то препятствие. Шмель резко затормозил, сила инерции толкнула Сирену на водительское кресло. Арсений просто обязан был обнять ее, чтобы удержать.

А она действительно была соткана из тонких нитей, но там не хрусталь, а живая трепетная плоть. В каждой ниточке пульсирующее тепло и свой особый аромат. Миллиарды запахов складывались в один – пьянящий и головокружительный, пронизывающий и растворяющий. Это было самое настоящее волшебство, а ведь Арсений до сегодняшнего дня не верил в чудеса.

Он сам протолкнул руку между Сиреной и Ширманом. Девушка улыбнулась с застенчивой благодарностью, оперлась на нее спиной, а плечом прижалась к Арсению. Ее волосы скользнули по его лицу, вызвав целый ураган ощущений. Но это не помешало Арсению поймать взгляд Ширмана – недоумевающий и ревнивый.

– И куда мы едем? – спросил он.

– В бордель, – сказал Казимир.

– Зачем в бордель?

– Ну, надо же куда-то деть твою секретаршу!

Сирена лишь крепче прижалась к Арсению и тихонько качнула головой. Не могла она поверить в то, что Арсений сможет отдать ее на растерзание похотливым самцам.