Чтение онлайн

Она сжала его руку в ответ.

— И сколько раз проходила ваша очередь, прежде чем удавалось поймать яблоко?

Ее вопрос вернул его в прошлое: ему незачем было ждать своей очереди, чтобы поймать яблоко, — он всегда играл в эту игру один.

— Ловил с первого раза.

Прежде чем был задан следующий вопрос, они оказались в ряду палаток, в которых торговали городские женщины. Роман предложил осмотреть красивые изделия ручной работы — одеяла, кружевные скатерти, вышитые подушки, попробовать вкусное варенье, желе и конфеты; на выставке домашнего скота гордые фермеры демонстрировали своих изнеженных свиней. Ей едва удалось отскочить, когда один раздраженный боров, выскочив из загона, сбил палатку с десертом и сожрал два пирога, прежде чем его успели остановить.

Местных жителей веселил и небольшой бродячий цирк: профессиональный фокусник и жонглер поражали своими трюками, как и группа пляшущих обезьянок. Двое мужчин организовали азартные игры, вызывавшие огромный интерес у горожан из-за ослепительного разнообразия призов и наличных выигрышных сумм.

— Ну, мисс Уорт? — сказал Роман, нежно держа ее за руку. — Что вы думаете о ярмарке?

Сосредоточившись на одной из игр, устроенных мужчиной из бродячего цирка, она не ответила.

— Мисс Уорт?

— Мистер Монтана, — сказала она, указывая на игру и человека, ведущего ее, — вон та цифровая игра…

— Ага, мы поиграем в нее после того, как съедим десерт.

— Но…

Он приложил палец к ее губам.

— Поиграем через минуту, а теперь расслабьтесь и…

— Как вы можете ожидать от меня принятия атараксии, когда этот гнусный тип совершает такой вопиющий акт мошенничества, пер…

— Что?

— Мистер Монтана, не могу быть спокойной, — перевела она, — потому что…

— Вам невесело, да? — спросил он натянутым от напряжения голосом. — А Хотите знать почему? Потому что вы слишком заняты своей гениальностью. Бросьте пользоваться этими чужими словами, о которых слышали только вы и словарь.

— Но если бы вы только послушали…

— Думаете, здесь жарко?

— Что? Да, сегодня знойный день, но я…

— А почему так жарко? — Он сверлил ее глазами, ожидая ответа.

Она подняла взгляд на небо.

— Солнце находится приблизительно в девяносто трех миллионах миль от Земли, что достаточно близко, чтобы обеспечивать Землю теплом и светом. Температура на поверхности Солнца составляет приблизительно десять тысяч восемьсот градусов, и…

— Неправильно. Она заморгала.

— Неправильно, мистер Монтана?

— На улице тепло, потому что солнечно. Солнечный свет означает тепло. И точка.

— Но именно это я и сказала.

— Нет, это не то, что вы сказали. Вы не знаете, как нормально разговаривать. Держу пари, что вы, получив на десерт черничный пирог, сказали бы: «О, мистер Монтана, этот пирог с черниконоидом просто восхитителен!» Вы бы не знали, как сидеть и наслаждаться чертовски вкусным пирогом. Вы бы стали рассказывать, почему черника называется черникой, отчего оставляет пятна. Потом вы бы пустились рассказывать историю пирога. Начав со дня рождения Прародителя Всех Пирогов, пересказали всю его жизнь и, наконец, вспомнили бы, сколько ему было лет, когда впервые стукнула идея сделать начинку из фруктов. Затем…

— Что такое черниконрид?

— Я выдумал это, чтобы показать, как смешны все эти научные названия, которые вы навешиваете на все, что видите. Это значит черника.

— Черника относится к роду Vaccinium и входит в состав семейства вересковых.

— Что ж, я рад за нее! — Он пробежал пальцами по волосам. — Я не шучу, мисс Уорт. Хватит этой ученой галиматьи на сегодня. Используйте нормальные слова, делайте нормальные вещи и думайте нормальными мыслями. Согласны?

— Нормальными? Но что…

— Видите? Вы даже не знаете, что значит нормальное! — Преисполненный еще большей решимости, чем когда-либо, показать ей, что значит веселье, он потащил ее к ближайшему столу, на котором стояла корзина с яйцами. Позади стола стояла деревянная полка с призами: дорогими ружьями, ножами с рукоятками, украшенными жемчужинами, золотыми часами, пузырьками с французскими духами, серебряными медальонами и фарфоровыми куклами.

— Звать Джистер, — представился тучный мужчина у стола. — Баррис Джистер.

Теодосия уставилась на странную шляпу этого человека, похоже, сделанную из шкуры какого-то грызуна. Глазея на нее, она, наконец, заметила крысиную голову над правым ухом мужчины.

Крысиная шляпа. Ее передернуло от отвращения.

С крепко зажатой между зубами сигарой мистер Джистер щурился, когда дым попадал в глаза.

— Рад видеть вас, ребята. Хотите угадать, какие яйца вареные, а какие сырые? Десятицентовик открывает вам десять догадок: угадываете десять раз подряд — выигрываете один из больших призов. Ошиблись хоть раз — получаете конфетку, не угадали ни разу — дружеский хлопок и предложение попробовать еще раз.

С толпой, собравшейся вокруг него, Роман бросил десятицентовик на стол.

— Я проиграл тридцать центов несколько минут назад, — предостерег один из горожан.

— А я пятьдесят, — добавил другой. — Что бы ни делал, не мог определить, какие сырые, а какие вареные.

— Мистер Монтана, — сказала Теодосия, положив руку ему на плечо. — Я…

— Смотрите, — прервал он ее. — Просто смотрите, как это весело угадывать.

— Но, мистер Мон…

— Мисс Уорт, дайте мне — поиграть. Она отступила и натянуто кивнула.

— Очень хорошо, играйте. Но шансы угадать десять раз подряд…

— Угадываю десять яиц, мистер Джистер, — сказал Роман, явно игнорируя научное предостережение Теодосии. — А когда выиграю, хочу вон тот винчестер. — Он указал на винтовку с красивой гравировкой.

Мистер Джистер кивнули и подтолкнул корзину с яйцами ближе к краю стола.

— Можешь делать что угодно, только не разбивать их. Когда выберешь десять штук, мы разобьем и посмотрим, как хорошо ты угадал. Первая неправильная догадка, и мы перестаем разбивать их.