Чтение онлайн

– Потрясающая женщина! – выдохнула она прямо с порога. – Умная, начитанная, знающая себе цену и знающая, что хочет получить от жизни.

Я вопросительно выгнул бровь. Слишком описание Анны отличалось от того, что дал нанятый сыщик. Женщина же, словно не заметив моего немого вопроса, продолжила:

– Но при всем этом она безбожно врет!

– В смысле врет? – я уже откровенно растерялся.
– О чем ей врать, если она приехала сюда на отдых и предполагаемое знакомство со мной? Не вижу ни малейшего повода.

– Понимаешь, Саня, - помощница похлопала панибратски меня по плечу, обходя сзади и устраиваясь удобнее в моем любимом кресле, - я тоже не вижу ни единой причины. Только как охарактеризовать человека, который задумывается перед каждым словом, которое собирается произнести? Обычно так ведут себя люди, которые наврали с три короба, а потом стараются не забывать, о чем говорили раньше.

– Или если они не те, за кого себя выдают! – я потер подбородок. – Ниночка очень богатая наследница. И ее могли банально похитить, убить или еще что похуже… С Рудольфа можно получить очень хороший выкуп, да и меня, возможно, хотели потрясти.

– Почему ты видишь мир только в черном цвете? - женщина криво усмехнулась. Несмотря на то, что мы были ровесниками, она всегда вела себя как старшая сестра, апеллируя к тому факту, что мужчины взрослеют позже. – Этот факт проверить проще простого. Звони Шмаевичу!

– И что я ему скажу? Рудольф Израэлевич, мы тут подумали и решили, что вашу дочь украли или убили? Боюсь, он даже разбираться не будет, как мы отправимся следом за предполагаемым трупом, - я сел и откинулся головой на спинку дивана и взлохматил рукой волосы, словно это простое действие поможет прочистить мне мозги. Потом немного подумал и согласно буркнул:

– Ладно, сейчас попробую! – и с этими словами достал сотовый и набрал номер.

– Александр, вы почему доверили моего ребенка какой-то рыжей девчонке! Не я ли вас убедительно просил встретить ее лично и лично же сопроводить? – мне даже не пришлось придумывать предлог, чтобы завязать беседу.

– Простите Рудольф, я оказался очень занят. Вот решил позвонить и узнать, не сильно ли Нина на меня обиделась. Но уже понял, что сильно.

– Ничего ты не понял!- взревел на том конце Шмаевич.
– Это я обиделся! Ты смел проигнорировать мою просьбу!

Я понял, что в этот момент именно отец девушки отлично соответствует той характеристике, которую дал детектив: вспыльчивый, вздорный и многоговорящий. А Нина все-таки была жива и здорова, иначе папаша был бы уже здесь. Так она, похоже, позвонила и успела нажаловаться. Я ябед не люблю, да и кто их любит? Но своей цели Ниночка добилась. Завтра утром я позвоню и встречусь с ней лично. И тогда станет точно понятно, кто говорит неправду и что она пытается скрыть.

Глава 8-1

***

Мария

Да, это звонил действительно Александр Снег. Он извинился, что не смог встретить вчера меня лично и предложил сегодня вместе позавтракать. Другого ничего не оставалось делать, как согласиться. Задание никто не отменял. И было действительно интересно посмотреть вживую на мужчину, ради которого предпринималось столько усилий.

Мысленно перебрала свой небольшой багаж и решила, что надену сиреневое платье с высоким воротом, хорошо гармонировавшее со светлым глазами Нины. Как-то странно подбирать наряды для себя, ориентируясь на чужую личность. Для придания пикантности образу приколола на плечо искусственный цветок и собрала волосы в низкий пучок, оставив несколько локонов свободными. Прошлась по губам светлой помадой. Посмотрела в зеркало и осталась вполне довольной своим видом.

В этот раз меня встречал майбах. Я ни разу не ездила на подобных монстрах. Еще один плюс к тому, чтобы завести олигарха. Когда я подошла к машине, то немного замешкалась, соображая, куда лучше сесть. Говорят, что мужчина открывает дверь машины перед женщиной в двух случаях: или машина новая, или женщина. Передняя пассажирская дверь распахнулась, и из глубины салона меня окликнул глубокий бархатистый баритон:

– Что же вы стесняетесь, Нина? Присаживайтесь!

Я мысленно прокрутила правила посадки в дорогие низкие машины: сначала садимся спиной к водителю, ножки вместе, и только потом закидываем их в машину. Постаралась это проделать как можно изящнее, захлопнула двери авто и повернулась к водителю.

Неожиданно перед моим взором предстало странное видение. Что-то большое и красное ритмично сжималось и расслаблялось в такт плавной музыке, которая звучала в салоне машины. От этого сгустка энергии во все стороны отходили лучи, по которым бежала красная жидкость. Потом периферийным зрением я заметила, как водитель наклонился ко мне, чтобы помочь пристегнуть ремень безопасности, и невольно втянул в себя воздух возле моей шеи. И эта большая красная мышца начинает сжиматься и разжиматься интенсивнее, а кровь по жилам начинает разгоняться все быстрее и быстрее. «Сердце! Я вижу сердце Александра!» - это странное открытие то ли напугало меня, то ли поразило до глубины души.

Казалось, что после бертроилов ничто уже не сможет удивить мое сознание. Как же я ошибалась! Я вижу, как дрожат его сосуды в напряжении, как сердце пропускает несколько ударов, а мужчина еще раз глубоко вдыхает мой запах. И это видение и вся сюрреалистическая реальность ввергают мое сознание в транс. Только мужчина вдруг резко отстраняется, и жизнь врывается в мозг своей будничностью, шумом утренней парижской улицы и уютного мирка в салоне дорогой машины.

– Простите, что не смог вас вчера встретить!- еще раз извинился Снег. – Вы не против, если мы позавтракаем в Caf'e de Flore?

Название ресторана он произнес с французским прононсом. Я в ответ пожала плечами:

– Мне без разницы. Я в Париже впервые и мне все равно, где есть. Лишь бы было вкусно.

– Кухня там замечательная!- улыбнулся он. – В свое время это кафе очень любил Хемингуэй.

Услышав знакомую фамилию, с которой последнее время у меня были не лучшие ассоциации, я, видимо, скривилась.

– Вы не любите Хемингуэя? – он выразительно усмехнулся одной половиной рта.

– Нет, не люблю, - я решила не врать. Говорят, что правда лучшее средство к сердцу любого человека. Хотя его сердце я уже успела разглядеть в мельчайших деталях. – Он считал, что умные люди редко бывают счастливы. А я не хочу быть глупой и хочу быть счастливой. А еще я очень не люблю самоубийц. У меня к ним свои претензии.