Серпентес
Шрифт:
– Твоя – вот эта. – Девушка указала на кровать, которая стояла у стены.
Конечно же, кровать у окна была занята. Эйлин немного расстроилась, она хотела перед сном рассматривать ночной вид или утром встречать рассветное солнце.
– Меня зовут Беатрикс, добро пожаловать, соседка, – улыбнулась девушка и плюхнулась на кровать, которая стояла второй от окна.
Эйлин стало интересно, кому принадлежит самое роскошное место в этой комнате. Чья была кровать у окна?
– Я Эйлин.
Дверь приоткрылась, и в комнату влетела уже знакомая Эйлин рыжеволосая девушка из библиотеки.
– Трикс, я… – Увидев Эйлин, рыжеволосая запнулась и округлила глаза. – Ты что тут забыла, чертова извращенка?!
– Так я не первая твоя знакомая? – Беатрикс улыбнулась во все свои тридцать два зуба.
– Вот черт… – выругалась Эйлин.
Глава 5
Дым и кофе
С приезда Эйлин прошла неделя. Она почти привыкла к ритму школьных будней. А точнее, она просто училась, просто ела в общей столовой, просто проводила время, читая книги. Ей часто везло, и в комнате она почти всегда была одна. Эйлин понятия не имела, куда уходят ее соседки. Беатрикс иногда разговаривала с ней, но это походило на общение ради приличия. Кларисса же – именно так звали рыжеволосую девушку – вообще не смотрела на Эйлин.
Друзей за эту неделю она так и не обрела. Эйлин вообще казалось, что все знакомства, которые она завела, были неудачными. Но она старалась находить везде плюсы, она все так же встречала рассвет с чашкой кофе. Жаль, что не с ее любимой, но к новой она быстро привыкла. Эйлин нравилось, как на ней сидит форма, как она подчеркивает достоинства и выглядит стильно. Обычно Эйлин могла ходить в огромной толстовке неделю и ей было плевать, что та казалась мешком. Ведь дома ее никто в прямом смысле не видел и не замечал.
Прошла неделя, а Эйлин так и не вступила ни в какую группу. Сроки поджимали, и нужно было принять решение. К ее большому сожалению, в школе не нашлось кружков или дополнительных занятий по биологии – и вообще этот предмет был только раз в неделю, что, несомненно, расстраивало.
Сегодня был выходной. Чудесное утро, чтобы встретить рассвет. Эйлин, как обычно, встала раньше всех – засыпала она тоже самая первая. Когда она ложилась, соседок по комнате еще не было. Эйлин понятия не имела, где отрывались девочки, ведь в такой поздний час запрещалось ходить по школе.
Эйлин лениво встала с постели и направилась в ванную, чтобы умыться. Мятный привкус зубной пасты немного взбодрил. Но от утренней сонливости ее знобило и хотелось вернуться в постель.
«Дома в это время было теплее».
Эйлин натянула свою любимую черную толстовку, налила кофе в новую чашку и отправилась на улицу. Солнце должно было встать через двадцать минут. Эйлин нашла идеальное место, чтобы встречать рассветы, – за территорией школы, буквально в нескольких метрах. Ученикам разрешалось выходить за ворота учебного заведения, но недалеко. Эйлин нравилось встречать здесь утро – практически в первом ряду.
Ее ВИП-местом был небольшой холмик, на котором стоял каштан, а под ним находилась потрепанная временем лавочка. Краска на ней облезла, и кое-где можно было подцепить занозу. Но толстые махровые штаны Эйлин, словно броня, не пропускали ни одну щепочку.
Кофе понемногу остывал. Осталось повернуть налево, и вот он – холмик встречи. Эйлин свернула и остановилась. Кто-то сидел на ее лавочке.
«Какого черта?»
Целую неделю, каждое утро она приходила сюда и не замечала ни одной души. И именно сегодня, в выходной, когда она могла просидеть здесь сколько душе угодно, кто-то вторгся в ее уголок.
– Чего крадешься? – послышалось с лавочки.
Эйлин узнала голос. После библиотеки она запомнила его навсегда. Это был тот самый парень с холодным взглядом.
– Я… – Эйлин растерялась.
Хотя какого черта? Это было ее место!
– Я раньше не замечала, чтобы здесь кто-то был… – Эйлин пыталась говорить как можно жестче, но не получалось.
– Ты так говоришь, как будто живешь здесь всю жизнь. Я прихожу сюда каждое утро.
«Лжец!»
– Да? Не замечала. Я тоже бываю здесь каждое утро. – Эйлин подошла к лавочке, теперь она могла разглядеть Мейсона поближе, в нормальной обстановке.
И в первую очередь она обратила внимание на глаза. Пустые, холодные, серые – три слова, которые идеально описывали их. Эйлин хотелось сделать так, чтобы они заиграли хоть какими-то красками. Русые волосы он небрежно уложил, и край челки спадал на левый глаз. Казалось, Мейсон только что проснулся, но по темным кругам Эйлин догадалась: он вообще не спал. Из-за черной одежды он походил на гота. В глаза бросался интересный медальон, который висел у него на шее. Эйлин видела такие в детстве, они продавались почти в каждом ларьке и стоили дешево. Было странно и непонятно, почему он носит такие безделушки.
«Кто же ты?»
– Присядешь? Или так и будешь стоять? – Мейсон на нее даже не посмотрел, он глядел в ту сторону, откуда скоро должно было появиться солнце.
Эйлин послушно села на лавочку и посмотрела туда же.
– Я Мейсон. – Он полез в карман куртки.
– Эйлин. – Она перевела взгляд на него.
Мейсон достал из кармана пачку сигарет и зажигалку.
– В школе же запрещено курить. – Эйлин начала оглядываться по сторонам.
– В школе много чего запрещено. – Мейсон посмотрел на Эйлин и приподнял один уголок губ.
Она покраснела. То ли от того, что вспомнила случай в библиотеке, то ли от того, что Мейсон своим взглядом заглянул к ней в душу.
«Демон», – подумала Эйлин, поежившись от его взгляда.
– Так ты и Кларисса вместе?
«Зачем? Дура! Зачем ты это спросила?!»
– Нет, у нее парень есть, а мне не нужны отношения, мы иногда помогаем друг другу, дружба у нас такая. – Мейсон затянулся и выдохнул сигаретный дым.
Эйлин никогда прежде не чувствовала аромат сигарет. Вперемешку с запахом кофе получалось что-то совершенно невероятное, и ей это нравилось.