Чтение онлайн

— Дык… э-э…

— Це-два аш-пять о-аш — химическая формула спирта, чтобы вам было это понятно. Любой химик это подтвердит. Э-эх! Чему вас только учили?!

— Мы университетов не кончали! Всё по семираниям [13] ! — ещё более мрачно заметил священник и икнул.

— Вот я и говорю, что хреновое.

— Что? Что хреновое?

— Образование у тебя хреновое! Сдаётся мне, что и Библию знаешь с пятого на двадцатое.

Поп хотел возмутиться и таки продемонстрировать знания Священного Писания. Ведь задет был за живое. Но делегация, наконец-то прибыла.

Кавалькаду высокопоставленных англичан сопровождало человек сто буров с ружьями наизготове, что британским офицерам оптимизма не прибавило. Тем более, что бородатые мужики отнюдь не светились благодушием.

— Ты смотри, а то прибудет неожиданно Архимандрит Серапион и будет тебе… епитимья на всю оставшуюся жизнь. Он ныне весьма крут стал к винопитию. Особенно когда сам завязал пить.

Поп заозирался. Но не найдя в ближайших окрестностях грозную фигуру архимандрита облегчённо перевёл дух.

Меж тем группа англичан, таки доскакала до ожидающих их Григория, попа Василия (не шибко трезвого), и ещё пары офицеров из штаба Русского экспедиционного корпуса.

Кавалькада англичан затормозила в десяти метрах, а буры меж тем слаженно взяли всю группу в полукруг. При этом каждый из них держал своё ружьё упёртое в бедро. Всё это, в сочетании с их мрачными минами производило подавляющее впечатление на англичан.

Для предварительных переговоров по условиям сдачи и депортации местной группы войск, пригнали генерала, недавно прибывшего в Наталь. Переговоры были организованы в одном из домов Порт-Элизабет, так как именно там остановился полковник Румата. Собственно он сейчас и стоял у порога этого дома.

После Кейптауна, как-то вдруг оказалось, что главным над всем войском является именно он и буры тихо, ненавязчиво спихнули на него весь процесс переговоров после принятия капитуляции английских войск в Натале и Капской колонии. Тем более, что англичане, почему-то настаивали именно на встрече с «полковником Руматой» для конфиденциальных переговоров с ним. Но Григорий и тут решил всё обставить по своему.

Буры не присутствовали, положившись на то, что «полковник Румата всё решит наилучшим образом». Просто политикам оставили их политические вопросы, а военным — военные.

А так как сдача, условия содержания и депортации войск Британии относились к военным, то и обсуждать их должен был военный. Тем более, что два дня назад, в Ледисмит президент Трансвааля Поль Крюгер торжественно принял капитуляцию английской армии.

С обоих сторон присутствовали ещё по несколько человек. Тоже военных. Даже пара стенографистов присутствовали. Но никто даже и не подозревал, что в комнате размещены микрофоны и пара видеокамер. И всё, что говорится в данный момент и в этой комнате будет запечатлено на века.

Ясное дело, видеокамеры были замаскированны так, что в этом времени никто и не заподозрит, что это и есть нечто такое, записывающие видеоизображение. Но раз будет видео, то надо будет и сыграть так, чтобы после было не жалко показать. И не стыдно было за себя, что что-то не так сделал.

Поп посмотрел в глаза Григорию, но нашёл там лишь некую туманную улыбку. Ту, что предшествовала некоему «непотребству». Такому, когда англичанам приходилось особенно худо.

Посмотрел на английских офицеров, спрыгивающих с коней в пыль и выстраивающихся за своим генералом. Всё выглядело очень торжественно. Но вместе с тем и мрачно.

Англичане подошли, отсалютовали и это всё под мрачными взорами буров.

Сзади, мягко ступая подошёл и стал рядом с Григорием генерал Деларей. Теперь все были в сборе и можно было приступать.

«Приступать к курощению» — подумал Григорий и недобро усмехнулся. Английский генерал увидел это, но как истинный джентльмен сохранял всё время свой покерфейс.

— Мы настаиваем на конфиденциальных переговорах с полковником Руматой. Предварительных. — заявил генерал, только зайдя в помещение.

Григорий повернулся в сторону Деларея. Тот усмехнулся.

— Мне нечего скрывать от генерала Деларея. — припечатал Григорий.

Англичанин поджал губы и ничего не сказал. Лишь кивнул. И в этом кивке было всё — и презрение, и надменность, и раздражение.

Больше ничего не говоря он прошёл к столу, куда его направили и уселся за него.

— Я так думаю, что прежде чем мы приступим к обсуждению процедуры вашей сдачи и депортации, будет лучше выяснить что там мне предназначено такого «конфиденциального» — расслабленно заявил Румата. — Вы готовы сообщить мне это?

— Да. Я уполномочен задать вам, генерал, несколько вопросов. — покосившись на Деларея рубанул англичанин.

— Угу. Дайте угадаю: вам его поручил некто кто связан с главой разведки Великобритании Келлом?

— Это не важно.

— Ну… Не важно, так не важно! — неожиданно для англичанина согласился Румата. — Хотя и так ясно кто.

Делегация англичан, переглянулась.

— Хорошо. Вопрос первый личный. Вы устроили эту авантюру, — генерал подчеркнул тоном слово «авантюру», — в отместку за поступок сэра Джеймса?

— Нет. Если бы я хотел отомстить сэру Джеймсу, то он был бы уже с предками. А о мотивах моей, как вы выразились «авантюры»… чтобы закрыть этот вопрос, отвечаю: крайняя нужда буров в оказании им помощи и их личная просьба подкреплённая контрактом.

— То есть, сэр, вы выполняли контракт?

— Выполнил контракт. — поправил его Румата.

Англичанин удовлетворённо кивнул.

— Второй вопрос?

— Э-э… До нас дошли слухи, насчёт внезапно пропавшего сэра Лорда Китченера. Якобы он находится у вас в плену.