Чтение онлайн

– Привыкай, Гришенька, привыкай. Мне что, я через годик-другой на пенсию выйду, по возрасту. Даже если и переведут куда, мне уже не так обидно. А вот замы у меня молодые, с надеждами, оба на мое кресло целят, оба его уже своим считают. А тут ты вылезаешь неизвестно откуда и неизвестно как, глядь, и окажешься на моем посту безо всякой очереди. Что они о тебе думать должны, как относиться? То-то же. Ты к ним подойди по-человечески, глядишь, и оттают.

– Ох… Подойдешь по-человечески, кажется, когда волками смотрят. Еще терминал этот, никак не привыкну…

– Какой еще терминал?

– Ну, поставили мне ящик в кабинет. Сказали - терминал называется. Как работать, показали, да только я все время путаюсь. Вроде и несложно, а не выходит, как надо.

– И что же, Гриша, тот терминал делает? На ленте печатает, как у нас в вычислительном центре?

– Ну, может и на ленте. Только там совсем по-другому, чем с нашими вычислителями. Голосом спрашивать можно или на клавиатуре вопросы по-человечески печатать, не на перфокартах дырки бить. С перфокартами я бы совсем пропал, и в институте-то так и не освоил. А тут все просто. Можно вот любой состав или даже вагон найти, узнать, где и куда идет, в какой тупик загнали…

– Ну так это же хорошо? Или нет? А чего тогда кошмары снятся про вагоны пропавшие?

– А толку-то от этого! Вагон по документам одним номером проходит, а потом под совсем другим обнаруживается. Вон, буквально вчера три цистерны со спиртом случайно нашел - числились под кодом, под каким мазут возят. То ли специально кто код перебил, то ли просто перепутали - поди узнай.

– Постой, постой! Это какие три цистерны? Не те ли, что на оптомеханическом месяц дождаться не могут? Ну, молодец, Гришка! Мне директор завода уже всю плешь проел - саботажник, кричит, техпроцесс срываешь! Ищи, мол, или я в министерство в ваше жаловаться стану! А ты, значит, нашел? Ну, молодчага! И еще куксишься тут. Ну, побежал я к себе, обрадую человека. Давай, не кисни. Еще научишься всему. Главное - голова на плечах есть. Зайду я потом к тебе, полюбуюсь на тот терминал, диво дивное. Ох, и покажем мы этим ворюгам кузькину мать, ох, и покажем! Да, и еще вот что. Вижу, что непривычно, да только на людях я к тебе по имени-отчеству обращаться стану. Авторитет начальства поддерживать всегда нужно. Ну, бывай, парень. Свидимся сегодня еще.

– …здравствуйте, Григорий Михалович!

– …здравствуйте, Григорий Михалович!

– …доброго вам утречка, Григорий Михалыч! Как здоровьичко?

– Доброе утро. Моя фамилия Троха, я…

– Здравствуйте-здравствуйте, Вадим Янович, а мы вас уже ждем. Вахтер с проходной звонил, вы уж простите старого балбеса, что на территорию не пускал. Он хороший дед, да только без понимания. Я ему выговор уже объявила, чтобы запомнил начальство в лицо. Да и я, в общем, не думала, что вы на трамвае приедете. Вот, проходите, у нас уже и стол…

– А вы, собственно…

– Да меня Аллой зовут. Ну, для всех прочих, конечно, я Алла Владимировна, Грубина моя фамилия, ну да нам можно и без этих формальностей, правда, Вадим? Я замдиректора, он сегодня в Центре, на совещании. Ну да обойдемся и без этого противного старикашки, правда? Прошу к столу, прошу, прошу!…

– Погодите, Алла Владимировна, со столом. Я сюда не просто так приехал. Давайте сначала с делами…

– Да никуда они не денутся, дела эти, Вадим… Янович. Давайте уж перекусим сначала. Вот и коньячок мы откупорили! Вы ведь с производством приехали знакомиться, правда? С людьми? Ну как же, начальство, оно всегда должно подчиненных в лицо знать, все правильно. Вот и познакомимся заодно!

– Подождет коньячок. Вы, Алла Владимировна, девушка красоты невыразимой, и в другой раз я бы с удовольствием с вами за столом познакомился. Да только, боюсь, вопросики у меня неприятные, колбаса в горло не полезет с такими вопросиками. Да и не начальство я вам в прямом смысле, и с людьми знакомиться мне надобности нет. Об подчиненных пусть директор Пищеторга волнуется, меня другое занимает. Так что давайте-ка мы для начала не в банкетный зал отправимся, а в вашем кабинете уединимся. На пару с документами.

– Что… что вы такое говорите, Вадим Янович! Да неужто у нас недостача какая выявилась? Наш мясокомбинат всегда в числе передовых был, премии за перевыполнение получал.

– И перевыполнение тоже обсудим. Вы, госпожа Грубина, уверены, что директор ваш в Центре на совещании? Что-то я ни о каком таком совещании не слышал. Может, перепутали вы, не сегодня совещание, а завтра? И господин Опрелов еще не успел город покинуть? Боюсь, не похожи вы на человека, который в состоянии на вопросы по существу отвечать.

– Я… я могу поискать… позвонить… но он может рассердиться… ой, что я говорю!… Может, пока все же к столу?

– Не надо к столу, Алла Владимировна. Я не ревизор, которого шматом колбасы и бутылкой коньяку купить можно. И не младший лейтенант, которого можно начальством запугать. Это, как я понимаю, директорский кабинет? Вот здесь мы и подождем, пока вы Опрелова разыскиваете. И упомяните невзначай, что есть у него хороший шанс под суд пойти за приписки и воровство. Надеюсь, это его гнев утихомирит.

– Поздравляю с очередным покушением.

Тилос, по своему обыкновению, стоял, прислонившись плечом к стене, и рассматривал что-то за окном. За время знакомства Олег так и не понял, как к нему относиться. Иногда Хранитель казался ему давним другом, которому не страшно довериться даже в самых жутких своих тайнах, все понимающим и прощающим. Но иногда в его облике и поведении проглядывало что-то настолько презрительно-аристократическое, что Олегу хотелось убраться от него как можно дальше. Например, на Камчатку. Нет, лучше на Австралы, там все-таки потеплее, да и креветки водятся. В любом случае Хранитель обожал изъясняться загадками и шарадами, как сейчас, например.

– Вы это о чем?

Олег вяло тыкал в клавиши пульта, пытаясь понять, как это возможно везти десять тонн груза семью грузовиками на расстояние в полсотни километров в течении недели. А если расход бензина проверить? Июльский зной, втекающий через настежь распахнутое окно, отнюдь не располагал к умственной работе.

– Грузовик сегодня утром на перекрестке. Тот, что чуть ноги вам не отдавил. Помните?

Олег оторвался от экрана и изумленно посмотрел на Хранителя.

– Покушение? На меня? С чего бы это? Я же даже толком в курс дела вникнуть не успел. Да меня ведь сам Шварцман к вам приписал!