Чтение онлайн

Лялька прямиком направилась в кухню, чтобы освободиться от тяжелых пакетов, которые она принесла из супермаркета. В кухне орал телевизор, пела одна из безголосых певичек, в последнее время плодившихся на эстраде со страшной скоростью. В мойке лежала грязная тарелка с засохшим соусом от мяса. Весь стол был усыпан хлебными крошками, которые размякали в лужицах пролитого кофе. Лялька едва сумела справиться с тошнотой. В голове застучали молоточки, предвестники длительной головной боли. Лялька выключила телевизор, но певичка не перестала петь, напротив, звук стал более насыщенным и объемным и явно исходил из колонок домашнего кинотеатра.

– Наташа, сделайте тише, пожалуйста.

Лялька вошла в гостиную и остолбенела. На экране отплясывала очередная «звездочка», но в комнате никого не было. Весь столик был усыпан кожурой фисташек. Стакан с недопитым соком «присох» к столешнице и никак не хотел отдираться. В довершении всего, на полу, рядом с креслом стояло блюдце с окурками, которые испускали жуткие миазмы. Лялька опустилась на диван и закрыла лицо руками. «Только спокойно. Если разозлюсь, с ней что-нибудь случится, сама потом буду мучиться. Сейчас посижу немного, потом уберусь». Сидеть пришлось долго, дрожь никак не хотела отпускать, головная боль все усиливалась, к тому же вернулась тошнота и сухость во рту. «Все признаки отравления. Так и есть. Меня отравило само присутствие этой твари в моем доме. Я долго не выдержу. Зря я пообещала Сашке, что попробую пережить ее появление. И даже не буду пробовать. Пусть сегодня же снимает ей квартиру, не то я уйду. И это будет конец нашим с ним отношениям».

– Ты как хочешь, а я не хочу и не буду терпеть это быдло в своем доме, – Лялька, когда была в особо пакостном настроении, выражений не выбирала, – сейчас приедут Кира и Марго, и будем тогда все вместе решать, что дальше делать с этим дитем заводского буфета.

Сашка сидел на диване с опущенной головой. Лялька могла и умела унизить. То, что скоро ей на подмогу подтянутся дети, его не обрадовало. Сегодня его секретарь Верочка весь день пыталась через агентства найти квартиру для Наташки, но везде получала отказ, как только говорила, что заселяться будет одна молодая девушка. Хозяева боятся пускать на квартиру незамужних девиц, поскольку те сразу устраивают в доме кутежи с мужиками, а неприятности с милицией никому не нужны.

Из коридора послышались голоса. В комнату, возбужденно переговариваясь, ввалилась троица. Брат и сестра, уже успевши поругаться, обиженно отворачивались друг от друга. Гриша, как арбитр, держал обоих за руки, видимо боясь, что его женушка может запросто заехать братцу в лоб.

– Александр Ильич, я не мог их отпустить вдвоем, они бы не доехали, разодрались по дороге.

– Молодец, Григорий, хорошо, что ты приехал, мне нужен в доме хоть один трезвый голос.

– Весь к вашим услугам, – в шутливом поклоне изогнулся зять, предусмотрительно не выпуская руку молодой жены из своей широкой ладони. Марго села рядом с матерью на диван и затихла.

– Где наша новая родня?

– В твоей комнате. Пришлось отдать ей на время твои владения.

Марго резво вскочила с дивана и понеслась по коридору в сторону своей спальни. Рывком открыла дверь и замерла на пороге. В комнате стоял удушливый запах крепких сигарет, смешанный с запахом ее любимых духов. То, что эта приживалка в наглую пользуется ее парфюмом, взбесило Марго до предела.

– Тебя чо, стучаться не учили? – Наташка сидела на постели и курила, стряхивая пепел в переполненное окурками блюдце.

– Я пока еще у себя дома. Так что заткнись и слушай. Быстро в зал, там из – за тебя, гадины, все собрались. Я тебе не мамочка и деликатничать не буду. Свалилась из своего Задрищенска на наши головы, так веди себя, как приезжая, не строй из себя хозяйку. Не дома, срач убери за собой сразу, – ткнула пальцем Марго в блюдце, полное воняющих бычков. Не дожидаясь ответа, она развернулась на каблуках и захлопнула за собой дверь. Гриша, невольно подслушавший весь монолог, подумал, как он еще мало знает свою женушку. Ласковая, как котенок, нежная, интеллигентная девочка, на его глазах превратилась в хамоватую девицу, ругающуюся, как вокзальный грузчик. Гриша усмехнулся. Такая Маргошка ему нравилась даже больше, потому, что сам он обладал характером взрывным, на язык был не воздержан и всегда – переживал, когда при ней с его губ срывалось откровенно стыдное слово.

– Ну и сука! Если через пять минут не придет, вытолкаю из квартиры взашей, а ты мне поможешь, – распорядилась она.

Гриша усмехнулся. «И ведь вытолкает, а я помогу». Григорий никогда не мог понять, почему он, состоявшийся в жизни мужик, перед которым трепещут подчиненные, сам полностью слушается эту маленькую, рыжую ведьмочку. Стоит ей надуть губки, как он кидается исправлять то, что натворил и не натворил. Вид ее рассерженной мордочки приводил его в отчаяние, и он готов был сделать что угодно, лишь бы она сменила гнев на милость. Вот так он ее любил. «Ты ею заболел, сынок», – говорил ему его отец.

Картина в гостиной не изменилась. Молчание длилось, наверное, с тех пор, как Марго покинула комнату.

– Мам, я тебя полностью поддерживаю. А тебе, папочка, могу сказать только одно. Сам наворотил, сам и расхлебывай. Ты как маленький, ей богу. Приехала какая – то тварь без роду, без племени, назвала тебя отцом, а ты и растаял. А экспертизу сделать как, слабо? Чего тут стесняться, ты человек при деньгах, мало ли кому вздумается к тебе в родственники записаться? А из дома ее нужно гнать. Ее мамаша к элементарным правилам гигиены не приучила, такие не в квартире должны жить, а на чердаках и в подвалах. Кстати, не удивлюсь, что оно так и было. Иначе откуда такое пристрастие к бычкам на блюдечках?

– Марго, перестань. Ты грубишь от злости, и потому, что сделать ничего не можешь. Куда я ее сегодня выгоню? Вера целый день на телефоне висела, пытаясь снять для нее квартиру, но не получилось.

– Наташка, стоя за дверью, слышала последние слова Соколова. «Очень хорошо. Пока я останусь здесь. Я еще ничего про них не узнала, Он будет недоволен. Вот соберу информацию, и тогда можно сваливать». То, что ее не возьмут в члены семейства, она уже поняла. Никто ее не ждал и никто не собирается с ней делиться. Наташка наклеила на лицо приветливую улыбку и вошла в комнату.

– Что, косточки мне перемываете? Не стесняйтесь, я не против. Я же понимаю, что вы меня не ждали.

– Вот и убиралась бы добровольно.

– Марго! Ты переходишь все границы, – Соколов решил проявить твердость. Марго притихла.

– Собственно, вы что от меня хотите? Вот вы, Елена Владимировна? – Наташка насмешливо посмотрела на Ляльку.

– Честно? Я хочу, чтобы ты растаяла, как дурной сон. Но это, к сожалению, не возможно. Тогда выполни хотя бы мои требования, как хозяйки этого дома. Я не люблю, когда люди, кто бы они ни были, вели себя в моем доме, как в своем. Здесь моя территория и я не собираюсь убирать за вами, Наташа, грязь, только потому, что вы к этому не приучены. Будьте добры, не курить в комнатах, не оставлять за собой грязной посуды и тому подобное. Если я еще раз найду хоть один окурок или учую запах ваших мерзких папирос, собственноручно вышвырну ваши пожитки с балкона. Я ясно выразилась? А теперь мне хотелось бы, чтобы мой муж обстоятельно и при всех рассказал, что он дальше собирается делать с этим недоразумением.