Чтение онлайн

— …Подвижничеством! — ни секунды не колеблясь, возвестил царевич, даже не задумавшись о том, кто подсказал ему ответ. — Сподвижника обретают…

— Стойкостью. — Шепот донесся более явственно, и оборотень мигом навострил уши.

— …Стойкостью, — повторил Друпада вслед за тайным подсказчиком, решив, что наследнику панчалов помогает само небо.

А кто ж еще?

— А мудрость черпается в почитании старших, — закончил подсказчик уже в полный голос.

И Друпада с кимпурушей разом повернулись к Дроне, застывшему соляным столбом.

— Ты чего подсказываешь?! — изумился-возмутился оборотень. — Я ж тебя заклял! Яджусом…

— Ты сам говорил, что этот яджус только обездвижививает. А на способность говорить он, судя по всему, не действует, — невозмутимо пояснил Дрона. — Язык у меня, правда, еле ворочается, но говорить я могу, как видишь. По гладкой, как всегда, речи сына Жаворонка отнюдь не было заметно, что язык у него "еле ворочается".

Ишь, какой у нас птенчик разговорчивый попался! — ухмыльнулся оборотень, хитро сощурив плотоядные глазищи. — Ладно, будем считать, первый вопрос! худо-бедно исчерпан. Вопрос второй. Кимпуруша напряженно задумался. Его звериный лоб пошел складками, которые в точности совпадали с черными и рыжими полосками.

— Каково величайшее из сокровищ? Какова величайшая из ценностей? Каково величайшее из приобретений? В чем состоит величайшее счастье? Уф-ф-ф!

Друпада не успел даже рта раскрыть, как Дрона заговорил, словно отвечая наставнику в Обители:

— Величайшее из богатств — мудрость, величайшая из ценностей — знание Вед. Величайшее из приобретений — здоровье, величайшее счастье — в удовлетворенности. Достаточно?

— Да я ж не тебя спрашивал! — опешил оборотень.

— Но и не сказал, к кому именно обращаешься, — спокойно возразил Дрона.

— Хорошо, — с подозрительным терпением согласился тигрочеловек. — Сейчас я обращаюсь конкретно к нему! — И однозначно ткнул лапой с выпущенными когтями в сторону Друпады. — Третий вопрос: каково бхута вы, люди, терпеть не можете нас, кимпурушей?!

Было видно, что ответа оборотень ждет с живейшим интересом.

Сомнительно, чтобы автором вопроса был божественный мудрец Лучшенький, обладатель прекрасной коровы Шамбалы.

— А вот не ловили б вы в чаще мирных путников и не мучили их вопросами, угрожая съесть, вас бы и любили больше! — злорадно ответил царевич.

— Так мы ж тово… не всех спрашиваем! — растерялся кимпуруша. — Можно даже сказать, почти никого и не спрашиваем. Обычно сразу едим. Опять же не всех, понятно! А вообще мы это… мирные мы, олешков кушаем, газелей всяких, антилопчиков! Ежели б нас с копьями не лезли, так и мы…

— Вы похожие, но иные. Ракшаса или киннара человеком не спутаешь, а вы, оборотни, слишком похожи на нас. Потому-то вас боятся и относятся с недоверием. Будь вы и впрямь мирными, как ты говоришь, вас бы все равно не любили. Это несправедливо, но это так. Впрочем, вы платите людям взаимностью.

Сперва оборотень молчал, переваривая услышанное. Как-то даже позабыл, что Дрона снова влез со своим ответом, когда его никто не спрашивал.

— Наверное, ты прав, — задумчиво проговорил он и вдруг словно очнулся. — Ладно, следующий вопрос!

— Да сколько их у тебя?! — возмутился Друпада.

— Сколько надо, столько и есть! — отрезал кимпуруша. — Итак… как там этот плешивый мудрец говорил?.. Ах, да! Что отринешь — то и… Нет. Что отринешь — и станет радостно? Что отринешь — и не останется горечи? Что отринешь — и станешь богат? Что отринешь — и будешь счастлив?

Выпалив это почти без запинки, кимпуруша устало поник в ожидании ответа.

"А он опять забыл уточнить, к кому обращается!" — с надеждой подумал Друпада, которому ответы не шли в голову.

И действительно, педантичный Дрона не преминул воспользоваться просчетом оборотня:

— Отринешь гордыню — и станет радостно, отринешь гнев — и не останется горечи. Отринешь страсть — и станешь богат, отринешь вожделение — и будешь счастлив.

— Опять ты со своим языком! — напустился кимпуруша на Дрону. — Лезешь впереди отца в Нараку!

— А ты опять не сказал, кого спрашиваешь, — равнодушно заметил Дрона.

— Ну вот, из-за тебя, трепача, все вопросы кончились, — с унынием пробормотал оборотень. — Что теперь делать? У-у, умник! Тебе что, больше всех надо?

Похоже, кимпуруша совсем забыл, что ему самому надо для полного счастья еще съесть юношу благородного происхождения. Но Друпада даже не успел порадоваться этому обстоятельству. Он вдруг увидел, как резко закостенело, превратись в обтянутый кожей череп, лицо Дроны. Даже цвет глаз изменился: они посветлели, из черных став стальными, и чуть ли не начали светиться.

"Больше всех… — беззвучно шепнули губы сына Жаворонка, словно Дрона искал недостающие слова и никак не мог найти. — Больше… больше всех…"

И скулы его отвердели.

— Теперь ты должен съесть достойного юношу благородного происхождения. — Голос молодого брахма-чарина стал резким, скрипучим и нечеловечески размеренным.

— Я? — опешил кимпуруша, разом забыв о первоначальных намерениях.

— Ты выслушал ответы на вопросы. Теперь ешь. Друпада отказывался верить своим ушам. Да и глазам — тоже. По всему выходило: приятель Дрона неожиданно рехнулся и теперь своими руками (вернее, языком!) готовил им могилу в утробе оборотня.

— Так ведь я его спрашивал, а отвечал ты! — Оборотень был сыт или не считал возможным есть кого-то "не по правилам".

Друпада машинально сглотнул, закашлялся и проникся к кимпуруше симпатией.

— Лучшенький сказал тебе: "…съесть заживо, предварительно выслушав ответы на свои вопросы". А кто именно должен тебе отвечать, мудрец не сказал.

— Ну, не сказал, — растерянно согласился кимпуруша.

— Ответы ты выслушал. Теперь тебе надо съесть юношу. Живьем. И тогда ты снова станешь повелителем гандхарвов.