Чтение онлайн

Так что шансы пройти через КПП на халяву приближались к нулю. И забор вокруг добротный, военный… Грузовик зашипел и остановился. Алекс замер и затаил дыхание.

— А, Семён, это ты. Чего везёшь? Откуда-куда? — звонкий голос с командирской интонацией приблизился к тележке.

— Да… так, хлам всякий с Острова прислали. На разборку в мехмастерские, — ответил водитель.

— Слушай, Семён, а тебе, сколько зарплаты насчитали в этом месяце? — голос ещё придвинулся, и впереди на тележке что-то зашуршало. «Брезент поднимают», — сообразил Алекс.

— Да, как обычно, шестьдесят бонов и плюс премия десять, — ответствовал водитель ровным голосом.

— Не, ну ты посмотри! А мне почему-то пятьдесят восемь и без премии! — возмущённый голос придвинулся ещё, — завтра же после смены пойду в бухгалтерию разбираться. Вот, блин, уроды! Смотри как их раскурочило, аж смотреть страшно…

— А ты не смотри, — лениво сказал водитель, — чего на них смотреть? Хлам он и есть хлам.

— Эх, Семён, Семён, службы ты нашей не понимаешь, — голос остановился, — положено, вот и смотрим. А они премию насчитать не могут. Как положено. Ладно, езжай. На обратном пути договорим.

Загудел электродвигатель, створки ворот со скрипом и скрежетом отъехали в сторону, грузовик дёрнулся, взревел движком и покатился по дороге. «Кажется, прошли», перевёл дух Алекс.

— Эй, малой, жив, не порвал связь от страха? — весело спросил водитель, не повышая голос.

— Ты, пока сиди, не высовывайся. Сейчас к ангару подъеду, там выскочишь. Грузовик попрыгал на рытвинах и остановился, пискнув тормозами.

— Ну, всё, приехали, станция Березай — кому надо — вылезай!

Алекс откинул тент, осторожно сел, и огляделся. Здесь было значительно меньше света, лишь горели одинокие лампочки над ангаром, да светились окна первого этажа в мастерских. И было значительно тише.

— Ну, вот тебе ангар, а вот тебе и мастерские, — грузовоз с любопытством его разглядывал, — давай, дуй к Кузнецу. Потом, если встретимся, расскажешь, чем твоё дело завершилось.

Алекс неловко перебрался через борт, слез на землю и повернулся к грузовику:

— Спасибо вам огромное! Даже не знаю, как вас и благодарить.

— Ну, ладно-ладно, дуй, давай, не стой…, - и грузовик въехал в открывшиеся створки ангара. Алекс постоял немного, затем повернулся и пошагал к зданию мастерских.

Небо, сплошь в низких тучах, подсвеченных иллюминацией Административной зоны, тяжело нависало над Полигоном. И не было в этих тучах, ни какого просвета.

По мере приближения к входной двери мастерских Алекс медленно впадал в панику. Что говорить, что объяснять, чего просить? Здравствуйте, я ваш старый знакомый, помните, вы меня оперировали? Да я вот тут, дрона потерял… А еще был черный дрон… Ой-ёй-ёй, что будет? Пошлёт он меня сейчас в пепелац за луцем. И будет прав. А я дурак. Брошу всё и уйду в квакеры. Или в контрики. Или как там они себя называют?

Одинокая люминесцентная лампочка освещала вход — двустворчатую, обитую железом, тяжеленную дверь. Алекс подошел и толкнул правую створку. Дверь не шелохнулась. Толкнул левую. Тот же эффект. Толкнул ещё раз, уже сильнее. Ноль эмоций. Тогда он упёрся всем корпусом и поднажал. Взвыли исполнительные механизмы дрона и заморгал индикатор «перегрузка главного двигателя».

Алекс, сидящий в кресле у себя дома, весь напрягся и запыхтел. Ноль. Дверь не сдвигалась. Тогда, медленно пятясь, он стал отходить для разбега.

— Там, сбоку, красная кнопочка…, - раздался из темноты негромкий глухой голос.

Алекс подпрыгнул, сердце гулко бухнуло. Недалеко, метрах в пяти, на лавочке сидел дрон. Его было почти не видно. Он сидел спиной к зданию, в странной позе — собака на горшке и смотрел на расположенный ниже, к ручью, дронодром, по которому неспешно ползали несколько огоньков. У кого-то шли ночные занятия.

— Здравствуйте, — сказал Алекс, и робко, несмело приблизился, — а я, вообще-то, к вам.

Кузнец не спеша, поднёс к лицу правую руку. И Алекс с удивлением обнаружил там курительную трубку. В левой руке Кузнеца вспыхнул маленький плазменный факел. Кузнец неторопливо поднёс факел к трубке. Раздался негромкий, всасывающий звук, похожий на вздох, затрещал, разгораясь, табак. Над головой Кузнеца поплыл, светящийся в лучах лампы, дымок.

— Так-то мне курить нельзя, здоровье уж не то, — размеренно сказал он, выключая горелку, — вот и балуюсь тут, помаленьку — и здоровье не тревожу, и радость для духа получаю.

И снова звук, похожий на вздох, и очередной клуб пахучего дыма поплыл по ветру на север, в сторону темнеющих за ручьём, на взгорке, Сооружений.

На дронодроме бродячие огоньки собрались в кучу, потоптались, затем дружно прыснули в стороны, и через секунду оттуда долетел глухой хлопок взрыва. «Нашли мину», — отрешенно подумал Алекс. Кузнец продолжил:

— Тут мне Семён позвонил. Говорит, малец дрона потерял, чуть не плачет. Не ты ли? Алекс, заворожено глядящий на курящего дрона, встрепенулся:

— Я не плакал, просто очень обидно — что ни делаю, ни чего не выходит. Там дрон мой один валяется, а я всё войти не могу. Все записи стёрты. Даже здесь, в учебке, архив пропал. И дрон учебный тоже. Вот я и расстроился. Очередной клуб дыма утянулся на север, и Кузнец произнёс:

— Я тебя вспомнил. Года два мы не встречались, верно? Ты давай, вот что — с чувством, с толком, с расстановкой всё по порядку. Рассказывай. А я покурю пока.

И Алекс рассказал. Перебивая себя, глотая слова, торопливо и путано выдал он всё, что накопилось за эти два дня.

Трубка давно погасла, а Кузнец сидел неподвижно и молча, не перебивая и не задавая вопросов.

— …И вот я здесь. И я не знаю, что дальше делать, — закончил Алекс. И тоже замолчал. Молчал Алекс. Молчал Кузнец. Пауза затягивалась.

— Значит, давай так, — Кузнец решил, наконец, заговорить, — отключайся и иди спать. Дрона твоего я сдам, скажу — заблудился. И не возражай, сейчас всё равно прибудет полиция. Завтра, в это же время, запоминай, или запиши, войдёшь по логину — «battut», пароль — i31NO311. Иди прямо ко мне. На КПП скажешь — «иду к Кузнецу, по делу». И ни о чём не распространяйся. Всё. До завтра!