Чтение онлайн

— Значит вот как.

Он разочаровано опускает голову. И я не могу выдержать всей той печали, что так и сквозит в его облике. Осторожно ослабляю щиты, позволяя скользнуть на грань моих чувств и эмоций. Иллири вздрагивает, прикрывает глаза, словно прислушиваясь, но на самом деле вчитываясь эмоциональный фон. А я тем временем и сам пытаюсь понять, что же чувствую.

Радость от того, что он рядом? Безусловно. Но сильно затемнённую от самой встречи. Желание подойти и обнять. Да. Но и страх быть отвергнутым. Или наоборот, что меня уже не выпустят из объятий. А я снова сомневаюсь, несмотря на принятое накануне решение… Сомнения в себе, в брате, в правильности происходящего? Вот этого точно в избытке и именно это улавливает Иллири:

— Сомнения. Опять сомнения. Ты так и не определился, что чувствуешь ко мне…

— Всё сложно…

— Сложно? Зато с этим твоим Масом оказалось легко и просто, да?

— Иллири, ты не прав.

— В чём? Разве вы с ним не вместе?

— Нет. Не вместе. Мы не делим постель.

— Да неужели?! Хочешь сказать, что мне привиделось?

— Нет. Просто… Он меня утешал.

— Это теперь так называется?

И я и сам Иллири понимаем, что его несёт, но видимо не может остановиться:

— И как часто тебе требуется утешение?

— Так часто как ты не выполняешь своих обещаний.

Брат замирает, недоверчиво уставившись на меня.

— Ага. Я ждал тебя вчера. На свой день рожденья. Как ты и обещал. Но не дождался. И… меня накрыло. А Мас всего лишь попытался вывести меня из депрессии, вытянуть, согреть.

И что ты теперь будешь делать с правдой? Что скажешь?

Иллири отставляет бокал, протягивает руку и совсем другим голосом, чем прежде просит:

— Иди ко мне.

И вот теперь я подчиняюсь, подхожу и встаю рядом, но его явно не удовлетворяет слишком большая дистанция между нами и он рывком притягивает ближе, заключает в объятья и склоняется, глядя прямо в глаза:

— Это правда? Он действительно тебя лишь утешал?

Опускаю щиты ещё немного, позволяя читать искренность:

— Да. Этой ночью между нами ничего не было.

И это правда, вот только и брат не дурак и формулировку улавливает очень четко:

— Этой ночью? Как-то не похоже на заявление верности…

Он требует верности? Инкуб от инкуба? Он так шутит?

— Иллири, тебе не кажется, что ты немного перегибаешь? какой верности идёт речь? Мы Вауу!

— Вауу, значит и обещаний можно не сдерживать? Ты обещал меня ждать, но вместо этого отдался первому встречному!

бъятья брата становиться совсем некомфортными, но он не даёт отстраниться, не даёт вырваться, удерживает крепко вцепившись в плечи.

— Мас не первый встречный!

Что я несу? Почему именно на это ответил, но не опроверг сам факт…

Но брат реагирует совсем неадекватно: с рыком впивается в губы, до крови прикусывает верхнюю, заставляя всхлипнуть от внезапной боли.

— Крэшшш, Раэль, прости, я не хотел…

Его язык нежно проходится по ранке, и он вновь целует меня, но уже иначе — мягко, ласково, тягуче. Именно так как мне мечталось, как виделось во снах, как вспоминалось. Боль из прокушенной губы буквально испаряется под лавиной нежности, сладким дурманом обволакивающей разум. И мне становится как-то немного обидно, что я вновь так быстро сдаю позиции. Бездна, да Иллири кругом не прав, а я вместо того, что нормально с ним поговорить, отстоять себя, вновь таю безмолвной свечой. Так нельзя! Со всей дури кусаю его за нижнюю губу. Для симметрии. Извращенной такой, как раз в нашем духе.

— Раэль!

— Что Раэль?! Ты попрекаешь меня Масом, но сам, кажется, совсем забыл о том, что не пришел, занятый «делами», не слал и весточки… Да и еще и дал Ингольде забеременеть! Забеременеть, твою мать!

Брат вздрогнул, его голова дернулась, будто я с размаху влепил ему пощёчину. Он даже немного отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза и спросить:

— Причём тут Ингольда?

Я аж задохнулся от подобной наглости:

— Ты издеваешься?

— Ингольда была моей женой…

— А Мас мой жених! Ну или невеста, по их…

Ох, не стоило мне так злить Иллири, не стоило напоминать про предложение, сделанное дроу, о котором очевидно ему доложил этот шпион недоделанный. Брата совсем сорвало с резьбы, и, издав рык больше подобающий зверю, он одним движением вздёрнул меня, развернулся, посадил на стол и навис эдакой горой, пылающей яростью:

— Ты. Никогда. Не. Будешь. Принадлежать. Никому. Кроме. Меня.

Каждое слово он вбивает дыханием, а я достаточно близко, чтобы почувствовать его желание, его жар. Щиты под напором эмоций и чувственности плавятся, прогибаются, но пока ещё держат. И к нему я пробиться не могу, вернее, всё что способен уловить — это гнев, ярость и ничего кроме этого. Но мои собственные чувства ничуть не слабее, во мне также пылает неистово… Ревность? От внезапного осознания действительности меня буквально окунает в ледяную Бездну. Брат ревнует меня, а я ревную брата. Если мне всё ещё не дает покоя история с Ингольдой, напоминание о которой вырвалось неожиданно даже для меня, то Иллири не может смириться с Масом. Это же очевидно. Он же совсем другого ожидал, я же обещал… Он просто чувствует себя обманутым…

— Я не согласился.

— Но и не отказал.

— Нет, Бри посоветовала не ставить точку. Он слишком ценен для нашего Дома.

— Так ценен, что ты позволил себя трахнуть?

Да что за крэшшш!

— Да не трахались мы!

— А как же инициация?

Ну, вот как признаться? Собираюсь с духом и всё же говорю:

— Мне нужно было кончить, а я всё не мог. Сила закручивалась и закручивалась спиралью, но выхода не находила. Я переоценил себя, замкнул слишком многих, и нас затянуло в водоворот бесконечного наслаждения. Если бы не Мас, то та оргия продолжалась бы пока мы бы все не сдохли прямо в процессе. Но… в общем его опыт позволил вытянуть меня на пик, дав кульминацию одновременно всем. Кстати, тогда мы и твой амулет напитали до краёв.

Щиты всё еще приспущены, так что брат знает, что всё сказанное правда. Но не уверен, что такая правда его радует.

— Значит, он правит за твоей спиной. Он помог наполнить амулет для меня. Он тебя утешал, когда я не пришел. Интересное место он занимает в твоей жизни. Я бы сказал — чужое.

— Иллири!

— Что? Хочешь сказать, что я не прав, что ты не нашел мне замену? Я был терпелив и осторожен, не давил и не заставлял, всё надеялся, что ты сам всё поймешь и придёшь ко мне. Но вместо этого ты выбрал Маса…