Чтение онлайн

Что ж, пусть посмотрят мутанты на тех, кого боялись. Такие же люди из плоти и крови.

О том, что делать с наложницами Двурогого — и юными, и выбракованными, которые работали на подземных фермах и в садах, — он подумает позже. Первым делом надо брать власть в свои руки, пока родичи Хорваца из большого мира не опомнились, и завоевывать Империю. Север, ощущая в себе пробуждение Маджуро, был уверен, что против бластера и мономолекулярных клинков, кои не разглядеть, если не всматриваться, будет бессилен даже Кросс, а если не получится с ним договориться по-хорошему, придется продемонстрировать силу.

На поверхности была глубокая ночь, но Убежище до сих пор праздновало: горели костры, доносились возгласы, женский визг, обрывки песен.

Платформу никто не видел, пока она была далеко, но когда начала снижаться, снизу донесся ропот, копошащиеся фигурки замерли, запрокинув головы, попадали на колени.

— Мне нужно видеть шаманов! — громом прокатился усиленный метаморфизмом голос. — Агреттон!

Платформа зависла над Лобным местом, то есть амфитеатром, явив мутантам божество, нагоняющее трепет, но теперь их страх был вполне обычным, они так и сидели, вытянув руки и воткнувшись лбами в землю.

— Встаньте, дети Пустошей! — пророкотал Север, и его голос разнесся по всему Убежищу. — Негоже вольному народу стоять на коленях. Не бойтесь! Прошло время страха, настала пора справедливости. Встаньте! — воодушевившись собственной речью, Лука вскинул сжатый кулак, и мутанты несмело начали подниматься.

Дав им время опомниться, Север увидел вдалеке прихрамывающего Агреттона, семенящего рядом карлика Кераттона и похожего на льва гривастого Лофета.

— Все, кто не спит! — продолжил грохотать Север-Двурогий. — Идите на Лобное место, грядет пора больших перемен!

Вернув полноценный метаморфизм, Лука ощущал себя почти богом — теперь ничто не остановит его! Он вошел в раж, отринув лишние чувства, и ощущал себя лезвием клинка. Пришла пора восстанавливать справедливость. Из какой-то прошлой жизни, скорее всего, той, где Эск’Онегут был ленивым студентом, всплыли странные, но такие точные слова: «Я пущенная стрела. И нет в моем сердце зла, но кто-то должен будет упасть».

Все мутанты замерли, таращась вверх, шаманы стояли на коленях. Глядя на них, Лука мысленно усмехнулся — и правильно, довольно крови попили «шестерки» «Двурогого». Даже суперы были здесь: Огненная длань, вошедшая в его рейд, и еще две тройки. Даффн уже оправился от ран, полученных на арене, и вытянулся в струнку на ступени амфитеатра.

Обведя взглядом свое воинство, Лука сдернул капюшон с головы жреца, спустил и его, и второго на арену и велел:

— Сделайте так, как я сказал.

Прижавшись друг к другу спинами, прислужники Двурогого, растерявшие уверенность, беспомощно оглядывались.

— Говорите! — грохотнул он.

— Жители Пустошей! Мы не высшие сущности, — проблеял жрец, обращаясь к собравшимся. — Мы обычные люди, захватившие вас, чтобы держать под контролем.

Мутанты так удивились, что аж онемели, лишь кто-то один несмело свистнул. В мертвой тишине Север взял стоящий у ног мешок и вытряс оттуда голову — она покатилась по камешкам арены.

— Двурогий — самозваный бог, — крикнул он, и от его мощного голоса у мутантов завибрировали внутренности. — Вот голова Двурогого, он больше не будет пить вашу кровь! Я, Север Железный, прикончил его и объявляю себя главным в Пустошах. Больше никаких поборов, никакого террора! Все богатство Двурогого, все то, что он отнимал, — ваше, я позабочусь, чтобы было так.

— Север — альфа-верховод Пустошей! — срывая голос, заорал Жаба, его поддержал Йогоро, все больше и больше людей скандировали его имя. — Он Избранный!

— Довольно унижений! — продолжал Север, снимая шлем с рогами и костюм. — Довольно гонений, мутанты — полноправные жители Империи, хватит ютиться в Пустошах! Мы собираем войско и идем на Империю, ударим первыми, пока это не сделали враги.

Толпа радостно взревела. Низвергнутый шлем воткнулся рогами рядом с головой.

— Мы сильны, у нас есть убойное оружие, стреляющее молниями, способное остановить любую армию!

В подтверждение своих слов Север выпростал руку с бластером и выстрелил в одного «жреца», затем — во второго. Он не любил убивать, но другого выхода не видел. Если их и не разорвут мутанты, они отправят своим тревожный сигнал, и на планах можно ставить крест.

— Шаманы, — Север пристально посмотрел на Агреттона.

Губы верховного шамана дрожали, в глазах блестели слезы — еще бы, такой понятный и удобный мир рухнул, а дальше непонятно что. Но Агреттон очень любил жизнь, а потому качнулся в поклоне, не вставая с колен, и хрипло проорал:

— Север Железный — освободитель! Преклоняюсь перед ним. Все наше теперь твое: казна, воинство супермутантов. Клянусь служить тебе верой и правдой, Избранный!

Его голос дрожал то ли от злости, то ли от волнения, ведь он понимал, что не так давно был причиной гонений на Севера. Откуда ему знать, что новый альфа-верховод не собирается мстить? Напротив, он постарается найти общий язык со всеми, сплотить мутантов перед походом на Империю, и чем раньше это сделать, тем будет лучше.

Не отпуская от себя Кору, Север слез с платформы. В функциональной одежде ракантов он смотрелся как чужак. Поднялся по лестнице к шаманам.

Агреттон рухнул на колени, преклонил голову и пролепетал:

— Если убьешь, это будет справедливо. Каюсь, не признал, хотя догадывался, что ты и есть Избранный! Но гордыня и страх перед неизвестным определили мои поступки. Признаю свою вину и готов принять наказание.

Лука не ожидал такого мужества от старого пройдохи и если поначалу подумывал его наказать, то сейчас решил простить. Агреттон по местным меркам умен, знает все ходы и выходы, и в его руках влияние и рычаги давления на мутантов ниже рангом.

— Поднимись, Агреттон. В том, что ты не знал правды, нет вины, ты достойно защищал интересы Пустошей и не заслуживаешь наказания. Встань!

Агреттон вскочил, как мальчишка, и горячо проговорил:

— Клянусь тебе в верности, Север, отныне моя жизнь — твоя!

Лука похлопал его по плечу, вводя наноагентов, которые нейтрализуют шамана, если он начнет свою игру.

Народ принимал нового правителя с ликованием, гуляния продолжились, сквозь столпотворение протиснулся его первый рейд: Жаба, Йогоро, Скю, — чуть позже подошли нюхач Зэ и Сахарок, поздравили с победой, пожали руку и, гордые, направились в толпу, которая уважительно перед ними расступалась. Лесси молча ударила себя кулаком в грудь, склонилась перед Севером и поцеловала руку.