Чтение онлайн

Среди находок был школьный учебник, принадлежавший лейтенанту Кислингбери, погибшему вместе с экспедицией Грили. На форзаце имеется надпись: "Моему дорогому отцу от любящего сына Гарри Кислингбери. Да хранит тебя Бог, чтобы ты благополучно вернулся к нам". На земле лежало старое пальто Грили, также хорошо сохранившееся, и, по-моему, Макмиллан даже надевал его.

Весь экипаж жил теперь ожиданием той поры, когда "Рузвельт" развернется носом на юг, к дому. 12 июня, вслед за нашей приборкой, последовала генеральная чистка у эскимосов. Все их имущество вынесли на палубу, стены, потолки и полы помещений начисто отмыли, продезинфицировали и побелили. Повсюду наблюдались приметы близящегося лета. Поверхность льда поголубела, дельта реки обнажилась, клочки голой земли на берегу чуть ли не с каждым часом увеличивались в размерах. Даже судно, казалось, чувствовало перемены и постепенно начало оправляться от крена - результата ледового сжатия в начале зимы. 16 июня прошел первый летний дождь, хотя на следующее утро лужи затянулись ледком. В этот день Боруп поймал теленка мускусного быка в окрестностях залива Маркем. Ему удалось привезти своего пленника живым на корабль, но уже на следующий вечер животное умерло, несмотря на все старания заведующего хозяйством спасти ему жизнь.

22 июня, в день летнего солнцестояния, в разгар арктического лета и самый длинный день в году, шел снег, но уже неделю спустя погода была почти как в тропиках, и мы все изнывали от жары, как ни странно это прозвучит. Полос открытой воды за мысом Шеридан становилось все больше, они увеличивались в размерах, и 2 июля прямо напротив мыса мы увидели внушительное озеро. 4 июля, День независимости, мог бы порадовать всех тех, кто ратует за "спокойный праздник".

В уважение к покойному Марвину, а также ввиду того, что праздник пришелся на воскресенье, мы обошлись без всего того, что обычно делается в этот день, - только расцветили корабли флагами, которые едва колыхались на ветерке. В этот день три года назад "Рузвельт" при штормовом южном ветре снялся со своей зимней стоянки почти на этом же самом месте; однако теперь, наученный опытом, я предпочел выждать до конца июля, чтобы дать вскрыться льду в проливах Робсон и Кеннеди.

Казалось, "Рузвельт" разделял наше нетерпение поскорее двинуться в путь - он продолжал мало-помалу выпрямляться, и четыре или пять дней спустя этот процесс сам собой завершился. 8-го числа мы закрепили нос и корму судна 8-дюймовым тросом на тот случай, если оно подвергнется сжатию до того, как мы будем готовы к отплытию. В тот же день мы всерьез принялись готовиться к обратному плаванию. Работа началась с погрузки на корабль угля, который, как читатель вероятно помнит, был выгружен на берег вместе с другими припасами в ту пору, когда мы стали на зимние квартиры, - выгружен на случай гибели судна в результате пожара, сжатия льдом и прочих непредвиденных обстоятельств. Приведение судна в готовность к обратному плаванию не требует подробного описания. Достаточно сказать, что весь состав экспедиции в течение десяти дней работал не покладая рук.

Наконец Бартлетт доложил, что судно готово к отплытию. По состоянию льда вблизи берега можно было предполагать, что пролив Робсон пригоден для навигации. Наша работа была завершена, наши усилия увенчались успехом, корабль был готов к плаванию, мы все были здоровы. 18 июля "Рузвельт" медленно вышел из-за мыса и вновь обратился носом на юг. Лишь память о трагически погибшем Марвине омрачала наше радостное настроение.

У мыса Юнион в соответствии с выработанным мной планом мы не стали держаться берега, а сразу ввели "Рузвельт" во льды и пошли серединой пролива. Для корабля типа "Рузвельта" это лучший способ быстрейшего возвращения домой.

До Бэттл-Харбор плавание протекало без особых происшествий. Разумеется, как и всякое плавание в этих водах даже при благоприятных условиях, оно требовало неусыпной бдительности и опыта ледовой навигации. 8 августа "Рузвельт" вышел из льдов и миновал мыс Сабин. О том, насколько важен опыт и насколько оправдал себя новый способ проведения судна по середине пролива, а не близко к берегу, можно судить по тому факту, что мы теперь опережали на 39 дней наш рекорд возвращения с мыса Шеридан в 1906 году, хотя вышли с мыса значительно позднее. На все плавание от мыса Шеридан до мыса Сабин у нас ушло времени на 53 дня меньше, чем в 1906 году.

Мы остановились у мыса Саумарес - исторической области эскимосов и, спустив шлюпку, высадились на берег. Там я впервые услышал об эволюциях доктора Кука, предпринятых им в прошлом году, пока его не было в Аноратоке. 17 августа мы прибыли в Эта. Там я узнал дальнейшие подробности эволюции доктора Кука во время его пребывания в тех краях.

В Эта мы взяли на борт Гарри Уитни, который провел здесь зиму в охоте. Помимо того, мы добыли 70 с лишним моржей для эскимосов, которых развезли по домам в те места, откуда забрали их прошлым летом.

Все они были как дети, но они хорошо нам служили. Порою они действовали нам на нервы и злоупотребляли нашим терпением, но в конечном счете все они были преданными, исполнительными работниками. Не следует забывать к тому же, что я знал каждого члена племени на протяжении почти четверти века и в конце концов стал относиться к ним с теплотой и личной заинтересованностью, которую всякий должен чувствовать к представителям низшей расы, привыкшим уважать его и доверяться ему на протяжении большей части своей взрослой жизни. Мы оставили их в обладании простейшими предметами, необходимыми для жизни в Арктике, каких у них никогда не было прежде, меж тем как те, кто участвовал в санном походе, а также в зимней и весенней работе на северном побережье Земли Гранта, вообще обогатились за счет наших подарков настолько, что стали своего рода миллионерами Арктики. Я, разумеется, понимал, что по всей вероятности расстаюсь с ними навсегда. Сознание успеха смягчало это ощущение, но все же я испытывал величайшее сожаление, бросая последний взгляд на этих странных и преданных людей, которые так много для меня значили.

Мы покинули мыс Йорк 26 августа, а 5 сентября бросили якорь в Индиан-Харбор. Отсюда я первым делом послал телеграмму жене: "Наконец-то добился успеха. Полюс мой. Здоров. Привет". Вслед за ней полетела телеграмма Бартлетта матери и, среди прочих, телеграмма секретарю Арктического клуба Пири Бриджману: "Солнце", что на нашем шифре означало: "Достиг полюса. "Рузвельт" цел и невредим".

Три дня спустя мы прибыли в Бэттл-Харбор. 13 сентября, проделав расстояние в 475 миль, туда пришел из Сидни (мыс Бретон) океанский буксир "Дуглас Томас". На его борту находились представители Ассошиэйтед пресс Риган и Джеффердс [так]. Я приветствовал их словами: "Это новый рекорд в газетно-издательском деле, и я ценю такую любезность". Еще три дня спустя туда прибыло кабельное судно канадского правительства "Тириан" под командой капитана Диксона с 23 специальными корреспондентами на борту. Они были поспешно направлены на север, как только в Нью-Йорке получили наши первые сообщения. А 21 сентября, подходя к городку Сидни (мыс Бретон), мы увидели, что к нам приближается красивая морская яхта. Это была "Шейла", принадлежащая Джемсу Россу; на ее борту находились моя жена и дети, выехавшие встречать нас. Еще дальше в заливе показалась целая флотилия лодок, расцвеченных флагами и встретивших нас музыкой приветствий. Когда мы приблизились к городу, на набережную высыпали люди. Городок, в который я так часто возвращался побежденным, оказал нам поистине королевский прием, ибо на этот раз на мачтах "Рузвельта" рядом с звездно-полосатым флагом и вымпелом наших канадских хозяев и братьев развевался флаг, которого не видел еще ни один порт в мире, - флаг Северного полюса.

Что мне еще сказать?

Нашей победой мы обязаны опыту; мужеству, выносливости и преданности всех участников экспедиции; а также непоколебимому доверию руководителей, членов и друзей Арктического клуба Пири, давших нам необходимые средства, без которых ничего невозможно было бы сделать.

НЕМЕТРИЧЕСКИЕ МЕРЫ США, ВСТРЕЧАЮЩИЕСЯ В ТЕКСТЕ

Миля морская - 1,853 км

Миля уставная - 1,609 км

Ярд - 0,91 1 м

Фут - 30,48 см

Дюйм - 2,54 см

Галлон - 3,78 л

Кварта - 0,964 л

Пинта - 0,473 л

Род - 5,02 м3

Баррель - 119,24 л

Фунт - 453,5 г

Унция - 28,3 г

Акр - 40,46 а

КОММЕНТАРИИ

1. Первый раз Роберт Пири отправился в Арктику в 1886 году. В первых экспедициях Пири ставил перед собой задачу изучить западные и северо-западные берега Гренландии и пересечь гренландский ледниковый купол. Лишь в 1898 году Пири организовал экспедицию, непосредственной целью которой было достижение Северного полюса. (Прим. А.Ф. Трешникова.)